Цена слова - Елизавета Шумская

Опешили, кажется, все. Никто из них не был невинен, но обычно травница предпочитала на такие темы не шутить. И не говорить.

– Что?! – проревела гаргулья в ответ.

– Что слышала! – рявкнула в ответ знахарка. – Меня достали ваши высказывания. Благодарна за заботу, ежели это действительно она. Но я и сама в состоянии решить подобный вопрос! Ни у кого, а уж у тебя-то точно, нет права лезть в мою личную жизнь! И знаешь, – все больше распалялась чародейка Природы, – чем больше ты пытаешься меня от него отвратить, тем сильнее мне хочется быть с ним! Он хотя бы не лезет с нравоучениями! И не оскорбляет!

Пока Черная втягивала в легкие воздух, чтобы в том же тоне ответить на отповедь, в их «милую» беседу успел влезть Златко:

– Ива, милая, да никто тебя не оскорбляет. Дэй просто не умеет по-другому выражать свое беспокойство. Пойми, мы просто волнуемся. Ло – вампир, а связь с ними может плохо, очень плохо кончиться. Таких, как он, лучше обходить десятой дорогой. И если в его… гм… не самые худшие намерения мы еще можем поверить, то никто не ручается за его друзей и родственников, с которыми рано или поздно тебе придется столкнуться, если ты решила с ним не просто…

– Траха…

– Грым! – рыкнули Златко и Калли, а Синекрылый продолжил: – Спать. Если вы ограничитесь парой ночек, то ничего страшного, но, зная тебя, я сомневаюсь, что тебе их хватит. Вот и подумай, хочешь ли ты свою жизнь усложнять связью с существами, которым нужна кровь, чтобы жить, и которые даже среди людей прославились своим потребительским отношением ко всем, даже сородичам.

Ива оказалась слегка ошарашена подобным откровением.

– Златко, я же за него не замуж собираюсь… – попыталась возразить она.

– Еще этого не хватало! – не смогла сдержаться гаргулья, однако в ответ на злые взгляды подняла руки – мол, молчу.

– Замуж, надеюсь, нет, но отношения на то и отношения, что они распространяются и на круг общения. В них невольно втягиваются все окружающие, а какие у него… знакомые и родственники… сама можешь представить.

Травница невольно вспомнила несколько весьма темных личностей, что пару раз приближались к вампиру, он с ними что-то обсуждал, и они так же незаметно исчезали. С другой стороны…

– У Грыма тоже полно всяких странных знакомых! – сообщила она результат своих рассуждений.

– Так мы с тобой и не встречаемся, детка, – хмыкнул тот.

– И слава богам! – тут не смогла промолчать Дэй.

– Эй, клыкастая, ты что-то против меня имеешь? Или, – захохотал тролль, – наоборот?

Гаргулья не сразу сообразила, что тот имел в виду, зато потом…

– Ах ты! – вскочила она. – Ну щас ты у меня!..

И эта неразлучная парочка заскакала по залу для медитаций, пытаясь друг друга убить, а Златко, привычно не обращая внимания на этот балаган, все смотрел на травницу.

– Просто подумай, хорошо? – очень спокойно и серьезно сказал он.

Ива перевела взгляд на эльфа, но тот сидел в позе, которая, по идее, должна аккумулировать из чего-то там во что-то другое энергию, и делал вид, будто ничего не видит, не слышит и мнения по этому поводу не имеет. Возможно, так и было. Но сомнительно. Знахарка вздохнула и кивнула, обещая поразмыслить над словами друга. Синекрылый умел быть убедительным.

Сейчас же он просиял как новая монетка и, резко выбросив руку, подставил воздушную подножку троллю, отчего тот свалился, сгруппировавшись и пару раз перекувырнувшись через голову. Калли, все с тем же отсутствующим выражением лица, проделал аналогичный трюк с гаргульей. И когда эти два вечных соперника вскочили, пылая праведным негодованием, Бэррин поднял палец и весомо произнес:

– Медитация.

А Светлый меланхолично добавил:

– Преподаватель идет.

Ива хоть и обещала подумать, но делать этого не собиралась. Однако мысли упорно лезли в голову. Наверное, Златко не был бы собой, если бы случилось иначе. Травница злилась, однако пришлось разбираться в своих мыслях и сомнениях. Больше всего ее раздражало понимание того, что, по сути, Т’ьелх уже раз втянул ее в свои дела, и это вышло ей боком. Почему то, что совершаешь, когда влюблен, кажется таким правильным, а потом проходит время, и не можешь сам себе объяснить, зачем так поступил? Хотя… как могло быть иначе? Любые встречи и общение всегда что-то меняют в нашей жизни. Это неизбежно. А уж тем более любовь. «А Ло?» – ехидно толкнулась внутри мысль.

«А с Ло надо поговорить!» – решила девушка и собралась уже сбежать к нему на свидание, но фокус не удался, ибо появилась вся остальная компания, а в частности, Златко, одержимый новым расследованием.

И понеслось… Сначала они пробежались по нескольким кабакам, кушая и слушая. Грым с Калли решили еще остаться, а Синекрылый забрал девушек и отправился домой. Там их ждала еще стопка непросмотренных книг с легендами.

Однако все мысли Ивы были где угодно, но только не там, где хотелось Бэррину. Сам виноват.

– И что же такого сказал тебе Бэррин, что ты избегаешь меня? – Ло каким-то образом научился открывать окно в ее комнате (второй этаж для него не был преградой), и вот теперь травница, оторвавшись от книги, наблюдала его приближающуюся темную фигуру в неизменном плаще поверх теплой куртки на фоне прямоугольника вечерних сумерек. Из-за пояса выглядывал кинжал, а в глазах светилась решимость. К счастью для Ивы, врагом она вампиру не была, однако натянуть плед повыше не преминула.

– Закрой окно, холодно же, – произнесла травница, зная, что выставить его без разговора не получится.

Ло с обманчивой покорностью скользнул к окну и прикрыл его створки.

– Ты не ответила на мой вопрос.

Он повернул голову, и отблеск свечей полыхнул в темно-синих глазах.

– А тебе не говорили, что без разрешения врываться в спальни девушек – это неприлично?

Вампир медленно повернулся и направился к постели знахарки. Чародейка ощутила жгучее желание натянуть плед еще выше. «По крайней мере, я в домашней одежде, а не в ночнушке». Однако приближающийся медленным шагом мужчина не вызывал в ней уверенности в ее собственной стойкости, зато что касается иных чувств…

– И-ива… – протянул он и, откинув плащ, уселся на кровать. – Ты хотела мне что-то сказать.

«В самом деле? Тогда почему так не хочется?» Под этим взглядом она пугалась и смущалась одновременно. Хотя чего боялась? Ива не задавала себе этот вопрос, а то поняла бы, что опасаться-то явно нечего. Но Ло умел производить именно то впечатление, которое ему было нужно.

– Я вовсе тебя не избегаю. Просто у Златко новая идея, и он гоняет нас по всему городу, – слишком быстро произнесла она.

– Не только это, – покачал он головой. – Я чувствую. Рассказывай.