Оперативно-розыскная деятельность: совершенствование форм вхождения ее результатов в уголовный процесс - Нина Царева

Доказательства имеют, во-первых, содержание, т. е. информацию об искомых фактах (юридических, доказательственных), обладающую свойством относимости, во-вторых, процессуальную форму, именуемую в законе средствами доказывания, и в-третьих, определенный процессуальный порядок получения и исследования доказательственной информации и самих средств доказывания. Эти три признака характеризуют правовую природу доказательств. Устранение любой стороны аспекта доказательства ликвидирует или существенным образом деформирует указанное понятие[62].

Доказательство, лишенное его познавательного содержания либо процессуальной формы, вовлеченное в процесс судебно-следственного познания с нарушением уголовно-процессуального порядка, перестает быть таковым, поэтому широкое признание в теории доказательств (в том числе среди противников включения «источников» в понятие доказательств)[63] получило представление о том, что показания, заключения, вещественные доказательства, протоколы и иные документы — это та процессуальная форма, в которой сохраняются и используются фактические данные, полученные следователем или судом. Считая такое представление правильным вследствие понимания доказательства как диалектического единства содержания и формы, нельзя не прийти к выводу о невозможности отделения «фактических данных», составляющих содержание доказательства, от «источника», т. е. его формы.

Под источником доказательств понимаются процессуальная форма, посредством которой сведения о фактах, признаваемые доказательствами, вовлекаются в сферу доказывания, и носитель тех сведений о фактах прошлого, которые интересуют следователя, прокурора и суд.

Любой источник доказательств, используемый как средство доказывания, должен быть допустимым. Это требование касается обоих элементов понятия источника, как процессуальной формы получения доказательственной информации, так и ее носителя. Если один из них не удовлетворяет определенным условиям, то источник доказательств может быть призван недопустимым.

Следует, однако, заметить, что сам термин «источник доказательств» небезупречен как с логической, так и с гносеологической точек зрения, ибо не способствует уяснению сущности доказательств по уголовному делу. Более предпочтительным, по мнению С.А. Шейфера, является известный процессуальной науке термин «виды доказательств», способный отразить различия как в способах сохранения и передачи фактических данных, так и в процессуальном положении носителя доказательственной информации[64]. С этой точкой зрения следует согласиться.

Итак, доказательство представляет собой неразрывное единство содержания (фактические данные, т. е. сведения о фактах, подлежащих установлению) и формы (показания, заключения экспертов, вещественные доказательства и документы).

Однако в последнее время наблюдается попытка переосмыслить понятие доказательства, делается акцент на его форме в ущерб содержанию. Так, по мнению С.А. Пашина, доказательствами служат процессуально оформленные сообщения, а также документы или другие предметы, которые правомерно использовать в судопроизводстве для установления фактов, учитываемых при вынесении процессуальных решений, в особенности приговоров. Как полагает С.А Пашин, все доказательства — суть материалы, под которыми понимаются сообщения, документы или другие предметы, используемые при судопроизводстве[65].

Вряд ли такое представление является более точным и полным, чем традиционное. В нем отсутствует указание на весьма существенное свойство доказательств — его относимость, т. е. связь доказательства с предметом доказывания (как известно, не любые сообщения являются доказательствами, а лишь те, которые указывают на обстоятельства, подлежащие доказыванию). Нет в нем четкого указания на способ получения доказательства («процессуально оформленными» могут быть и сообщения, полученные незаконным способом), а главное — не разграничиваются содержание и форма доказательства, присущие любому явлению (сообщения, т. е. сведения, фактические данные, стоят в одном ряду с «документами или другими предметами»).

Статья 74 УПК РФ гласит: «1. Доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном настоящим Кодексом, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

2. В качестве доказательств допускаются:

• показания подозреваемого, обвиняемого;

• показания потерпевшего, свидетеля;

• заключение и показания эксперта;

• вещественные доказательства;

• протоколы следственных и судебных действий;

• иные документы».

Требование закона (ч. 1) об установлении доказательств в порядке, определенном УПК РФ, не решает проблемы. Из каких именно источников дознаватель, следователь, прокурор, суд или судья могут получить сведения, устанавливающие наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, закон ответа не дает. Вероятно, такими источниками являются: показания свидетеля, потерпевшего, подозреваемого, обвиняемого, эксперта, заключение эксперта, вещественные доказательства, протоколы следственных и судебных действий (заседаний), иные документы

Логически оправданно и вполне целесообразно вести речь об их допустимости, как это предусмотрено в ч. 2 ст. 74 УПК РФ, и изложить ч. 1 ст. 74 в следующей редакции: «Доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, которые устанавливаются: показаниями свидетеля, показаниями потерпевшего, показаниями подозреваемого, показаниями обвиняемого, показаниями эксперта, заключением эксперта, вещественными доказательствами, протоколами следственных и судебных действий, иными документами в порядке, определенном настоящим Кодексом».

Само по себе слово «сведения» в русском языке толкуется как некоторые результаты чувственного восприятия. Это соответствует антропогенным, т. е. исходящим от человека, доказательствам, выраженным в знаковой форме — словами, цифрами, условными знаками. Но в понятие «сведения» плохо укладываются доказательства иного рода, возникшие вне и помимо сознания человека: предметы, которые в силу особых физических свойств, состояния, признаков, меток, места нахождения могут быть использованы для установления обстоятельств уголовного дела. Похищенную у потерпевшего и найденную у обвиняемого одежду отнести к сведениям, видимо, нельзя.

Понятием, объединяющим сведения (сообщения) как продукцию сознания и признаки, свойства, особенности материальных объектов (систем), является информация Поэтому, имея в виду уголовно-процессуальные доказательства, понятия фактических данных и информации можно использовать как тождественные[66]. Однако это предложение нуждается в уточнении, ибо в юридической литературе предлагалось отказаться от терминов «сведения о фактах», «фактические данные» и сформулировать содержание судебных доказательств через научный термин «информация»[67].

В научной литературе о классификации средств доказывания можно встретить несколько суждений. Так, по мнению одних авторов, вопрос о них преимущественно сводится лишь к одному виду доказательств[68]. Другие полагают, что есть все основания утверждать, что средствами доказывания являются не только доказательства, но и процессуальные действия, производство которых приводит к получению доказательств[69]. Третьи указывают, что сам термин «средства доказывания» должен применяться для обозначения многогранного понятия. В полном своем соответствии с этимологическим смыслом[70] средствами доказывания являются как фактические данные (доказательства), используемые в ходе этой деятельности, так и формы, в которые они облечены (источники доказательств), и способы, с помощью которых такие данные становятся достоянием органов следствия, прокуратуры и суда[71].

Рассматривая первую группу «средств доказывания», можно утверждать, что ими являются доказательства, определенные в ч. 1 ст. 74 УПК РФ как любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном настоящим Кодексом, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

В качестве средств доказывания могут использоваться лишь такие доказательства, которые образуют определенную совокупность, признаваемую следователем, прокурором, судом и дознавателем достаточной, устанавливающие обстоятельства, составляющие предмет доказывания. Средства доказывания являются доказательственной основой выводов и решений. Именно законные, легитимные доказательства служат цели правосудия — достижению истины по делу, с помощью которых она устанавливается.