Лунная соната - Кристина Майер

class="p1">-Меня Эрик зовут, - подсел к ней немного ближе, -это так, вдруг захочется что-нибудь спросить, не будешь же ты «эй» кричать? – Продолжаю подшучивать над девушкой.

- Мишель. – Прежде чем назвать имя. Она сделала небольшую паузу, интересно имя не нравится или пыталась предугадать мою реакцию, а ее нет. Для меня это уже несколько часов новостью не является.

-Папа в честь любимой актрисы назвал? - Не знаю, что девушке показалось смешным, но ее реакция заинтриговала.

-Мама в честь прадедушки. – Удивила. Мои брови приподнялись, выглядел, наверное, глупо.

-Он был иностранцем? – Девушка помотала головой.

-Его звали Михаил, мама дедушку очень любила. Она мечтала назвать сына в его честь. Первой родилась моя сестра, затем на свет появилась я, после моего рождения врачи сказали, что следующие роды могут стать фатальными, своей жизнью лучше не рисковать. Михаилом назвать она меня не могла, вот тогда и появилось имя Мишель.

-Ты наверняка прадедушкина любимица. – Смеется, машет отрицательно головой.

-Он нас с сестрой одинаково любил. Ой, - подскочила она резко на ноги, и тут же присела обратно, - Лунная соната. – Будто эта фраза все объясняла. Я так ничего и не понял. Прикрыв глаза, она словно отгородилась, погружаясь в свой, только ею изведанный мир. Стоит ли удивляться, что меня это не устраивало, а поняв, причину таких перемен произнес:

-Любишь классику? - Лунная соната Бетховена лилась из динамиков, и эхом отражалась от воды.

-Не всю. Эта моя любимая. – Ее тело плавно двигалось, а она будто этого не замечала.

-Я просто обязан пригласить тебя на танец, - ее возражения не принимались, через минуту мои доводы были услышаны, мы погрузились в другой мир. Стеснение Мишель быстро прошло, и она расслабилась в моих руках. О себе я этого сказать не мог, она создана для меня, идеально подходит для моих объятий. Эмоции зашкаливают, аромат ее тела, тепло кожи, не способствуют спокойствию, в голове эротические картинки сменяют друг друга, дыхание учащается. Сохраняю небольшое расстояние между нами, не хочу напугать, мое возбуждение имеет явные признаки. Сложно держать дистанцию, все во мне требует прижать ее к себе, ни один миллиметр не должен разделять наши тела, про одежду лучше не думать. Хорошо, что футболка частично прикрывает воздействия ее близости. В очередной раз убеждаюсь, моя жажда и тяга к этой девушке не бред больной фантазии, меня к ней ни просто тянет, притягивает так, что оторваться невозможно. Так остро я никогда не хотел ни одну женщину, на грани потери рассудка. Нежно, почти не касаясь, поглаживаю ее спину, тело пронзает током при каждом соприкосновении. Секс с ней будет незабываемым, я, от легких объятий с ней испытываю наслаждение.

Чем быстрее я удовлетворю эту жажду, тем быстрее приду в себя, злюсь на себя за слабость. А мои чувства иначе как слабостью назвать не могу. Мелодия закончилась, не знаю хорошо это или нет, ведь мне не хочется ее отпускать, но и оставаться слишком близко опасно, сорвусь и напугаю. Отвлекаю девушку разговорами, не стоит ей опускать взгляд, бугор в штанах явное подтверждение моей реакции на нее, может испугать Мишель. Пусть пока остается в неведение моих желаний, рано еще ей знать о том, что со мной происходит в ее присутствии.

-Димка любит экспериментировать с музыкой. - Рассказывает она что-то за своего однокурсника, а мне это совсем неинтересно. Я безумно хочу ее поцеловать. Коснуться губами нежной бархатной кожи, но эту точку невозврата пока рано переступать. – У него это неплохо получается, нечасто на вечеринке можно услышать Бетховена. - Нашу идиллию прервал голос, который сейчас я хотел слышать меньше всего.

-Рик, пока ты здесь танцуешь, мы тебя везде ищем. – Возмущенный тон девушки, застилает пеленой ярости мое сознание. Только бы не сорваться, матерные слова проносятся в голове. Какие у нее права на меня, откуда эти ревниво-собственнические нотки? Хочется ее послать, но она уже сделала свое черное дело.

-Извините, - вырывает руку Мишель, - мне тоже уже пора идти, друзья, наверное, ищут. – На одну секунду смог поймать ее взгляд, лучше бы я этого не видел. Мне захотелось что-нибудь сломать. Разочарование читалось в глазах небесного цвета, эти счастливые минуту назад глазки не хотели смотреть в мою сторону. Словно пощечину получил. Нет, эти ощущения хуже и неприятнее. От пощечины горит щека, а меня сейчас изнутри выворачивает. Не пойму, что со мной происходит. Да с ней хорошо, но Мишель не единственная девчонка на свете, неужели меня так напрягает то, что я не смогу с ней провести пару горячих ночей? Так есть другие, отчего, я тогда так злюсь. Эти эмоции обрушиваются на единственного человека, который сейчас рядом.

- Что это сейчас было? – Холодно, тихо, но это не значит, что не хочу свернуть ей шею. Делает недоуменное лицо, а я срываюсь.

-Я тебе что-то обещал? – Машет отрицательно головой. – С какого перепугу, ты решила, что можешь себя так вести? - Ее испуганный взгляд злит меня еще больше. – Ясно было сказано, два дня отдохнули и разбежались. Если тебя не устраивало, зачем согласилась? Я, кроме секса, тебе ничего не предлагал, если ты рассчитывала на большее, то ты дура. – Мои слова ее задели, гримаса злости исказила лицо, которое сейчас мне симпатичным не казалось.

- От нее, - выплюнула девушка, указывая пальцем в сторону ушедшей Мишель, - ты и секса не дождешься. - Что с Насти взять? Она никто, чтобы я ей что-то объяснял.

- Отдыхай, как хочешь, и с кем хочешь, около меня не показывайся. – Развернулся, собираясь уйти, пусть топает одна.

-Да пошел ты… - Если и думала, что-то добавить, то поймав мой взгляд, остановилась.

- Тебя спасает то, что ты баба, а в твоем случае еще и дура, но не все могут отличаться благородством, и за подобный тон и слова можно получить по зубам. Думай, с кем разговариваешь и какие слова произносишь. Если с одним лошком это прокатило, то рано или поздно нарвешься на того, кто тебе оторвет язык. Я вот лично себя еле сдерживаю. – Заморозив ее пренебрежительно- яростным взглядом, отправился в сторону домика.

-Ты наверняка прадедушкина любимица. – Смеется, машет отрицательно головой.

-Он нас с сестрой одинаково любил. Ой, - подскочила она резко на ноги, и тут же присела обратно, - Лунная соната. – Будто эта фраза все объясняла. Я так ничего и