Арина Великая - Владимир Александрович Бердников

за завтраком иной раз даже две чашечки этой приятной гадости, не особенно опасаясь за здоровье. И что немаловажно, – хозяин едва заметно улыбнулся, – растворимый кофе очень просто готовить, —старенький доцент снова улыбнулся, да так широко, что Арина отметила нехватку пары коренных на правой стороне его верхней челюсти.

– И всё-таки давайте отложим кофе на потом, – мягко возразила девушка. – Мне страсть как хочется взглянуть на фотографии, – Макаров молчал и с печальной улыбкой смотрел на гостью, но видел он Карину Титаровскую и далёкое время своей молодости. Арина попыталась чем-то заполнить неловкую паузу:

– Вы живёте одни? – она, по-хозяйски окинула взглядом неуютное помещение.

– Да, знаете ли, совершенно один. Жена умерла, а дочь вышла замуж за шведа, недобитого под Полтавой, и укатила в его вшивую Уппсалу. Сказать откровенно, я и не жалею, что остался один. Я и комнаты их запер, и никогда в них не захожу. А в этом пространстве, – Макаров обвёл жестом свою берлогу, – я, знаете ли, живу привольно… без внешних раздражителей. Моя жена, по мнению посторонних, была прекрасным человеком, однако при всём своём якобы ангельском характере она не могла отвыкнуть пилить меня по поводу и без оного. Впрочем, всё это вам неинтересно, давайте перейдём к моему фотоархиву. Подумать только, я целых полвека в него не заглядывал. Сейчас модно всё оцифровывать, но кому, скажите на милость, нужен этот хлам? Нет у меня умиления по тем пяти годам, которые, извините за выражение, прожил дурак-дураком со слепой верой во всесилие науки. Слава богу, хотя бы в коммунизм не верил.

Арина не стала перечить, её интересовал фотоархив. Макаров снова глубокомысленно помолчал и наконец высыпал из папки ворох фотографий.

Она сразу увидела уже известный ей групповой снимок с Кариной.

– А вот и ваш знакомый, – ухмыльнулся хозяин, положив перед Ариной крупную фотографию светловолосого молодого человека.

– С ума сойти! Олег! – выскочило из уст Арины. – Как попала к вам эта фотка?

– Да она, знаете ли, покоится здесь уже без малого пятьдесят годков. Видите, как пожелтела. И никакой это не Олег, а ваш знакомый и мой, пожалуй, самый способный сокурсник Колька Быстряк, то бишь всеми уважаемый Николай Быстров (отчество, простите, запамятовал). Он работает в Академгородке. Краем уха слышал, что даже процветает. Конечно, сейчас – с лысиной, морщинами и в очках – он мало похож на самого себя в молодости.

– Да-да, конечно же, это не Олег, – согласилась Арина. – Просто молодой человек на этой фотографии сильно смаивает на одного моего сокурсника.

– Ну, а теперь взгляните на нашу Карину, – Макаров вытащил из груды снимков крупную фотографию Титаровской. – Видите, как вы на неё похожи. Даже имя её созвучно вашему. Странно, что вы не имеете к ней никакого отношения. Впрочем, откуда? Ведь, насколько мне известно, у неё не было и, как говорили её подруги, и не могло быть детей. Хотя… – Макаров стукнул себя по лбу, – я не исключаю, что вы её натуральная реинкарнация. Но почему Провидение выбрало именно Карину? Воистину неисповедимы пути Господни. Видимо, не зря в последнее время я всё чаще думаю о мистических перевоплощениях. И вообще, я убеждён, что информация о наших обликах не исчезает. Учтите, милая девушка! – Макаров сделал значительное лицо. – Полный объём информации мира остаётся неизменным со дня Великого Творения… Вот теперь и вы знаете, как звучит выведенный мною главный закон сохранения.

– Дмитрий Петрович, я, к сожалению, атеистка и не верю в мистические трансформации и в переселения душ. Да, признаться, и в самоё душу не больно-то верю. Видимо, перед нами элементарный пример игры случая. Просто в моём геноме ещё раз сошлись несколько генов, определявших основные черты внешности Карины Титаровской. Вероятность такого события невелика, но всё-таки она должна быть заметно выше нуля.

– Ну, знаете ли! – вспыхнул Дмитрий Петрович. – Хотите верить в эту материалистическую чепуху, так и верьте на здоровье, ваше право, – хозяин криво усмехнулся. – У каждого человека, даже у талантливого, есть право на заблуждения. Однако, милая барышня, подумайте сами, как могло случиться чудо совпадения облика двух абсолютно неродственных женщин?

Но Арина уже не слушала «мудрые» прозрения старого брюзги. Её тянуло вырваться из этой убогой комнатёнки с её пылью, рухлядью и спёртым воздухом на улицу, где гуляет свежий ветер, чтобы подумать, но не о своём совпадении с Кариной Титаровской (в этом она уже убедилась раньше), а о таком же чуде совпадения лица её Олега с лицом молодого Николая Михайловича. Она выпросила у Макарова фотографии Титаровской и Кольки Быстряка и, глубоко вздохнув, приступила к процедуре прощания. Но не тут-то было.

– Постойте, Арина Сергеевна, а как же с кофепитием? – искренне возмутился Макаров. – И даже не пытайтесь отказываться. Я убеждён, что прежде чем окунуться в петербургскую стылую морось, вам для вашего здоровья совершенно необходимо испить со мной чашечку горяченького бескофеинового кофейку?

Только через четверть часа Арине удалось вырваться наружу.

Мрак, ветер и мелкий ноябрьский дождь окружили её, но она не чувствовала непогоды, изумление и нечто подобное священному ужасу парализовали её способность к адекватному восприятию окружающего мира. Ноги машинально влекли Арину к автобусной остановке на Каменноостровском проспекте, а в голове билась одна единственная мысль: «Её Олег – точная копия Николая Михайловича Быстрова». Она вдруг ясно представила, как полвека назад по её любимому университетскому коридору проходила лёгким шагом пара студентов, неотличимых от неё с Олегом. Одно совпадение – уже чудо, а что же говорить о двойном совпадении!? В её голову упорно лезли дикие мысли о петлях времени, о червоточинах в четырёхмерном пространстве Минковского, о буксующих матрицах, с которых снова и снова считывается одна и та же информация, и даже о перевоплощениях после смерти. Но перевоплощение могло быть лишь в её случае, а как быть с Олегом, когда одновременно существуют оригинал и его копия? Никакие завитки времени не могли бы объяснить это явление. Впрочем, гипотеза о многократно копированных вселенных легко справилась бы и с этой трудностью.

На следующий день, увидев Олега, Арина спросила:

– Скажи, тебе известен городок по имени Талнах?

– Как мне не знать его? это же, фактически, район Норильска. Норильск на левом берегу Норилки, а Талнах – на правом.

– Надо же! – делано удивилась Арина.

– А почему ты спросила?

– Да так. По телеку показывали этот городок. Говорили, там добывают что-то ценное.

– Да, там обнаружено богатое месторождение медно-никелевых руд.

Весь второй час лекции Арина провела в размышлениях. Оказалось, её многое связывало с Олегом. Во-первых, они оба родились в первых числах