Чудеса, да и только (СИ) - Баскова Анна

— Куда перли, точно сказать не могу. Обсуждали…. Ну к примеру, что Карл Маркс и Фридрих Энгельс — это не четыре человека, а два. А Слава КПСС, это вообще не человек. Разделись? Мойте руки и топайте на кухню. — изрекает папа с серьезнейшим видом.

— Все бабушке расскажу, — шутливо ехидничаю я.

У зависшего Егора глаза делаются круглыми, рот приоткрывается. Ну все. Процесс пошел. Мыслительный, на тему дедом подброшенную.

— Пап, захвати пожалуйста, — сую отцу пакет с сувенирами и сладостями, Егора разворачиваю по направлению к ванной. — Идем мой хороший, руки мыть.

— Чур, я первый! Помою и буду делить яблоки в карамели. Всем поровну, — ребенок переключился на другой канал, вприпрыжку понесся из прихожей.

Дождалась пока племянник освободит ванную, только намылила руки, раздался звонок в дверь.

Папа двинулся открывать, приговаривая:

— Вот и бабушка наконец-то назаседалась. Чудненько, все вместе поужинаем.

Я успела и руки помыть и насухо вытереть полотенцем, папа все не возвращается. Слышала, что он дверь открыл, и ворчание его неразборчивое слышала и еще какие-то звуки: вроде как топот удаляющийся и дверью подъездной кто-то шандарахнул, все это это я слышала, а чтоб в квартиру кто-то вошел — нет. Не слышала. Не могла же бабушка дойти до квартиры, позвонить в дверь, передумать заходить и рвануть прочь? С топотом и грохотом?

— Пап, что происходит? Это не бабушка? — крикнула выйдя из ванной комнаты.

— Нет, не бабушка, это черт знает что! — донеслось из прихожей. — Какой-то чудак, сгрузил перед нашей квартирой мешки всякие. Из центрального мешка торчит самовар. С трубой.

На кухне с грохотом двигается стул и следом мамино восклицание:

— Егорка, ты куда собрался?

— Я только посмотрю и потом вернусь! — раздается детский голосок, племянник выбегает из кухни и пулей проносится к прихожей мимо меня.

Иду за ним. Догадываюсь, что за мешки на лестничной клетке увижу.

— Ничего себе! — Егорка успел протиснуться между дедом и дверным косяком. — Это не чудак! Это — дядя Кирилл все притащил!

— Что за дядя Кирилл? — отец повернулся ко мне.

— Пап, позже все объясню. — отвечаю показывая глазами на Егоркину макушку.

— Я могу сейчас объяснить! — радостно сообщает Егор и принимается тараторить со скоростью автоматной очереди:

— Мы с ним около Ярмарки встретились, мне сперва показалось, что он похож на любимую бабушкину певицу, только у него еще борода. Он нас откуда то узнал, я подумал — он член в которой бабушка старшая и был у нас дома. А он не был. Я когда на каруселях катался, они с Аленой без моих ушей договорились пойти на Ярмарку. Я покатался, спел песню про березатый сок, это чтобы дядя Кирилл слова запомнил. Для утренника. Потом мы все пошли. Набрали там вот это вот все, а свисток, кружку, колокольчик и яблоки, Алена купила. Завтра он за нами приедет и мы поедем на сходку. Посмотреть на утвержденную снегурочку и еще зачем-то. Алена уполномощный пред….. Предводитель кого-то!

Изложение Егоркиного видения событий, прервала мама. Она вышла в прихожую и спросила:

— Ребят, у вас совесть есть? Ничего, что ужин стынет? — развернулась и удалилась.

Мы втащили самовар и прочие мешки, внутрь квартиры.

Я потом придумаю, что со всем этим делать.

Нет, ну надо так! Взрослый человек, и такие глупые шутки. Тоже мне. Красивый….. Нужно завтра одеться как-нибудь поинтереснее. Не потому, что с красивым встречусь, а просто так. И вообще. Ничего там особо красивого, подумаешь глаза синие, как небо в разгар июля……

* * *

Мама напрасно беспокоилась, ничего не случилось с ужином. Над картошечкой еще вился парок, и котлетки в сковородке накрытой крышкой остыть не успели.

Мы с Еоркой оказали посильную помощь: я заправила ароматным маслом хрустящую квашеную капусту, Егорка салатник с капустой поставил на стол.

А потом я с удовольствием ужинала неправильной на взгляд диетологов едой, слушала Егоркину болтовню на тему новогоднего утренника в детском саду, ловила на себе заинтересованные взгляды родителей. Понятно, у них ко мне куча вопросов, но задать при ребенке не могут, вот и изнывают от любопытства.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Хорошо бы елка, как в прошлом годе высокая, а гирлянду пусть больше накобелируют! И чтоб музыка громче, а то все кричат и не слышно музыку. И еще, я свой подарок отдам Насте! У нее братик маленький, в сад не ходит еще ему в тот раз не дали подарка, он плакал, а я не додумался отдать! — подчищая из тарелки остатки ужина рассуждает племянник.

— Молодец Егор! Не переживай, что в прошлый раз не додумался, лучше поздно чем никогда. — одобряет папа, поглядывая на часы.

За бабушку видимо волноваться начинает.

— Пап. Бабулю соратники до подъезда провожают. Целой толпой, — на всякий случай, успокаиваю отца.

Только проговорила, в замочной скважине завозились ключом.

— Дорогие товарищи! Что у вас тут за склад товаров народного потребления? — через несколько секунд грянуло из прихожей.

— Товарищ бабуля старшая! — Егорка ссыпался со стула, стремглав понесся из кухни, — бабуль! Мы свистульку тебе привезли, как ты хотела — птичку!

— Спасибо мой сладкий, заботливый мой! Егорушка, к нам кто-то приехал? Со своим самоваром.

— Нет, это дядя Кирилл, который не член, а соучастник самонадеятельности! Он притащил! А сам убежал! — рапортует бабуле ребенок.

— Интересные дела. Егорка, отнеси-ка пирожки на кухню, — зашуршал пакет, а потом, Егоркин топот по коридору.

— Бабуля старшая сказала на кухню отнести! Ей понравились дела! Мне тоже понравились, только я теперь конструктор хочу собирать, и боюсь вы без моих ушей про все поговорите!

Папа поднялся из-за стола.

— Я пожалуй присоединюсь к сбору конструктора. Пойдем Егор в большую комнату, выстроим замок с мостом.

— А дорогу железную к замку проложим?

— И дорогу проложим!

Дед и внук удалились, я тарелки со стола собрала, отнесла в раковину, мама разлила в чашки чай, бабушка наконец добралась до кухни. Дверь за собой прикрыла.

— Кто нибудь объяснит, что происходит? Из Егоркиного рапорта я поняла ровно столько же, сколько из сбивчивого рассказа соседки Нины с первого этажа, о шныряющей по нашему подъезду нечистой силе.

— Кого?! — изумленно переспросила мама.

— Нина утверждает, что когда возвращалась домой, на нее из черт выскочил. Огромный — метра два ростом, глаза и зубы светящиеся, одет в длинную мохнатую шубу. Нинку обежал по широкой дуге, она ему в след что-то крикнула, со страху не помнит, что именно, а он ей не оборачиваясь ответил громко:

— Я красивый!

Бабушка присела к столу, подтянула к себе чашку с чаем и тихонько рассмеялась. Я прикусила губу. У меня негромко не получится. Рискую заржать на весь дом….

— Алена, ну что ты губы кусаешь, как маленькая? Кто такой Дядя Кирилл? Это он Нинку напугал? И про пансионат поподробнее. — бабуля лукаво взглянув на меня, отпила глоток ароматного чая.

— Пансионат? — мама опустилась на стул, напротив меня.

Я покосилась на закрытую дверь, и начала излагать приглушенным голосом:

— Вчера перед уходом с работы, шеф мой Коля, сообщил о свалившейся на нашу типографию возможности провести новогодний корпоратив в пансионате повышенной комфортности. Все расходы берет на себя банк — партнер. Ну, который нам зарплату на карточки переводит. Владелец банка — отец нашей Оли. Михайлов. Дядя Кирилл — ее старший брат. Он тоже будет в пансионате. Мы с Егоркой случайно столкнулись с ним на Красной площади, после прогулки Кирилл подвез нас до дома.

— Это правильно, врага надо знать в лицо. Что это они активизировались? Пусть только попробуют обидеть Олю, а тем паче — Егорку! Мы перед банком такой митинг устроим, что век не забудут! — хмыкнула бабуля, потянулась к сахарнице зачерпнула ложечкой сахарный песок, отправила в чашку с чаем, принялась задумчиво помешивать.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ален, меня тоже внезапная активность Михайловых настораживает. Может приглашение банка — партнера и совпадение, а появление рядом с вами Оленькиного брата — вряд ли. — встревоженно прошептала мама.