Преподнесение - Кирилл Зоркий

деле удар оказался совсем слабый. Однако Женя нарочно приукрасил ощущения для поддержания образа хрупкого старика. После он произнес приговор:

— Коль злость и страх вокруг ты сеешь,

посиди в холодных сенях!

Воспитательница одобрительно кивнула и отвела забияку за дверь. Воцарилась пауза. Женя на секунду задумался, на чем он остановился. И начал по новой:

— Проходи народ честной

да в проходе ты не стой.

Огонь теплом вас всех согреет.

Сердце тут же разомлеет…

Ситуацию удалось вернуть в привычное русло. Поначалу дети чувствовали себя неловко из-за произошедшего. Но под конец увлеклись, а о неприятном инциденте почти позабыли. Как позабыли о случившемся Снегурочка и сам Деде Мороз. С остальными детьми всё прошло как по маслу.

Последняя группа ушла и вот-вот должна была отъехать. Время едва перевалило за обед. Женя и Вита уже готовились праздновать победу. В их избу заглянул Шурупчик. Но вместо того чтобы объявить об окончании их рабочей миссии, он взволнованно спросил:

— Не видели тут пацана?

— Какого пацана?

— С последней экскурсии. Вижу, тут его тоже нет.

— А что случилось?

— Пропал. Не могут найти.

Обеспокоенные Мороз и Снегурочка вышли на уличу, не покидая своих образов. Вместе с Шурупчиком они подошли к Ивану Олеговичу. Тот общался с воспитательницей:

— Точно в машине нет? Не спит ли где-нибудь на заднем сидении? — прорабатывал варианты мужчина.

— Точно нет. Дети в автобусе уже в курсе. Они бы его заметили. Но его никто не видел с тех самых пор, как мы зашли в избу Деда Мороза.

— Саня, ты все загоны и вольеры проверил?

— Все. Нету.

— А в сене где-нибудь не мог он спрятаться или в дровах?

— Дрова глянул. Сено тоже подозрений нигде не вызывает… — дал скептическую оценку Шурупчик. — Не, ну если он служил в разведке, он мог бы там закопаться так, чтобы я его пропустил. Иначе маловероятно. С таким же шансом он мог зарыться в любой случайный сугроб у нас под ногами.

— Я понял тебя, — тревожно ответил глава усадьбы. — Но в домах его тоже нет. Василиса Петровна, рассматриваем ли мы вариант, что его кто-то на дороге подобрал?

— Очень надеюсь, что нет. Водитель автобуса вроде бы его не видел. Я на всякий случай позвонила его отцу… Бывало, что дети звонили родителям и те приезжали за ними втихую… Но отец тоже в шоке!

— Поработайте тогда еще над этой версией. Шурупчик, попробуй-таки протыкать тут всё, что вызовет у тебя малейшие подозрения… Но основным вариантом, похоже, сейчас становится то, что он ушел в лес… Плохо…

— Да как же так?! — заплакала старая воспитательница, — Это всё я виновата. Не уследила…

— Нечего себя корить! Слезами делу не поможешь, — прагматично приободрил её Иван Олегович. — Если надо, будем прочесывать лес. Я пойду один на поляну у загона оленей, мне та местность хорошо известна. Малый Старый, мадмуазель, попробуйте побродить около вашего домика. Только сами не потеряйтесь, прошу вас!

— Хорошо, — кивнули они и мрачные побрели искать ребёнка.

Первым делом проверили следы рядом с хатой. Но их оказалось слишком много. Два безветренных дня тут бегали десятки детей. Многие ямки в снегу заходили даже за символический забор. На деревьях за территорией участка можно было разглядеть белые печати брошенных снежков. Тогда искатели выбрали случайное направление и пошли исследовать лес.

Зимняя природа крепко спала под теплым покрывалом рыхлого снега. Где-то там, на земле, ждали своего часа бесчисленные семена бурных растений. Но сейчас в живом мире царила эпоха негласного перемирия в вечной борьбе за лучшее место под солнцем. Белая пелена открывала лес с совершенно другой стороны. Плотные кроны деревьев обернулись в полые мудреные скульптуры. Непролазные заросли превратились в свободные проходы. И небесного света на поверхность проникало значительно больше. Просторы заповедного леса раскрылись перед забредшими в него гостями.

Яркая бесцветная россыпь полностью поглощала валенки путников, норовя проникнуть внутрь обуви. Она здесь властвовала на протяжении всей зимы: скрыла грязную землю своей чистотой, завернула хрупкие растения, приукрасила лапки сосен и ёлок. Ступать по её ареалу приходилось тяжело и аккуратно.

— Как красиво вокруг! — с грустью подметила Виталия. — Жаль, что у нас нет времени насладиться этой красотой.

— Не волнуйся. Мальчик обязательно найдется, — подбодрил её Евгений.

Периодически они окликали живые души. Но никто на их призыв не отвечал. Пройдя полукруг, они уже было отчаялись и принялись возвращаться назад. И тут девушка вскрикнула:

— Смотри! Там! Это следы?

— Похоже на то, — подтвердил её догадку парень. — Довольно далеко от усадьбы. Вряд ли кто-то забрел сюда случайно. И отпечатки выглядят очень свежими. Посмотрим, куда они ведут.

Следы шли прямо, изредка петляя меж деревьев. Видно их было четко. В конце концов цепочка ямок привела к толстому дереву, за которым сидел искомый мальчик. Андрей.

— Лапочка моя! Ты живой? Что ты тут делаешь? — бросилась к нему Вита.

Женя тем временем вёл себя более сдержанно. Особенно с учетом того, что в последнюю встречу с этим ребенком они явно не поладили. При приближении людей Андрей начал издавать всхлипывания.

— Ну, чего боимся? Посмотри на меня, — аккуратно взяла она варежками его за щеки и радушно улыбнулась. — Это я, Снегурочка. Мы здесь, чтобы помочь тебе вернуться домой. Ругать тебя тут никто не собирается.

От нападок нежности мальчик разревелся, но еще пытался отстоять своё:

— Бросьте меня тут умирать! Возвращайтесь в свой теплый дом.

— Бедняжка! Сколько страданий терзают сейчас столь юное создание! Поплачь, дорогой, слёзки помогут. Сейчас тебе плохо, но скоро станет легче и всё образуется. Что так расстроило ранимую очаровашку?

Виталия обняла его и стала медленно поглаживать по голове. Андрею она, по видимости, понравилась. Он обнял её в ответ. Шмыгая носом каждые пару секунд, он отчаянно выпалил:

— Я никому не нужен в этой жизни! Никто и не заметил бы, если бы я замерз тут в лесу!

— А как же твои родители, ластёна? Родители — это ведь те люди, которые захотели, чтобы ты появился на свет!

— Но мои родители… Они… Они… Они стали другими! Они перестали обращать на меня внимание. Постоянно кричали друг на друга… И они уже подали на развод! Неделю назад мама ушла из дома и сказала, что не стоит ждать её возвращения. А папа… Папа проводит целый день на работе. Приходит поздно вечером. Ему там весело, а со мной ему неинтересно. Бабушка иногда помогает, но она весь день смотрит телевизор и не хочет со мной даже разговаривать лишний раз… И уже завтра наступит Новый Год, который мы с папой будем встречать лишь вдвоем. Никаких семейных