Острова междумирья - Вадим Арчер

– Ты хочешь сказать, что это Асфри? – догадался Зербинас. – А из чего это следует?

– А из того, что перед нами Асфаста – столица государства Нафи, которую заодно называют столицей всего Асфри. Ее название означает, кажется, сердце Асфри… или пупок, или какой-то другой животворный орган.

– Тогда, полагаю, нам нужно отправиться прямо в этот животворный орган. – Зербинас встал рядом с Хирро, разглядывая город. – А здесь не так много магической энергии, как мне представлялось по слухам. Конечно, побольше, чем на Лирне, но не идет ни в какое сравнение с Мороком.

– И хорошо, что не идет. Думаю, тебе не захотелось бы еще раз попасть под ливень из молний. У нас на Пирте примерно такая же концентрация магии – этого достаточно, чтобы большая часть населения имела хоть какие-то магические способности.

– Я всегда мечтал побывать на Асфри. О мастерстве асфрийских магов ходят легенды.

– Ребята умеют создать себе имя, – заметил на это Хирро. – Я знаю миры, где маги ничуть не хуже, но кто о них слышал? Но, согласен, здесь немало интересного. Один торговый квартал магов чего стоит – здесь самые низкие цены на магические товары среди известных мне миров. Никакого сравнения с вашим Колдовским тупиком в Кейтангуре.

– Да я и там не был, – признался Зербинас. – Не было случая – сначала академия, затем служба. По условиям контракта я не мог никуда выезжать.

– Провинция, – добродушно хмыкнул пиртянин. – Кстати, здесь говорят на алайни, это у них второй язык после родного, так что затруднений с языком у тебя не будет. Пойдем, что ли?

Они спустились с холма и вскоре уже шли по улицам Асфасты. Пустынные на окраинах, улицы города становились все многолюднее, пока не стали буквально кишеть людьми. Зербинас во все глаза разглядывал местных жителей. На него, напротив, никто не обращал внимания, равно как и на Хирро. Здесь давно привыкли к иномирцам.

Асфрийцы были невысокими и тонкокостными – даже самые рослые мужчины были на голову ниже обоих магов и выглядели щуплыми по сравнению с ними. Их волосы имели светлый, золотисто-медовый цвет различных оттенков, хотя изредка встречались и темные, глаза были преимущественно желтые или зеленые, быстрые и косо посаженные, что выдавало общую зоркость расы. Примечательной была кожа асфрийцев – безупречно ровная и чистая, матово-белая, без малейших следов загара. По одной этой коже можно было безошибочно узнать уроженца Асфри, где бы он ни встретился.

Хирро держался, как завсегдатай этих мест. Он не глазел ни на горожан, ни на оригинальную асфрийскую архитектуру, без заминок выбирая путь по многочисленным городским перекресткам.

– Да, я часто здесь бываю, – ответил он на вопрос Зербинаса. – Не только для торговли, но и по другим делам. А сейчас мы идем в гостиницу – неудобно таскаться по городу с вещами. Думаю, мы задержимся здесь на несколько дней. Тебе, наверное, захочется посмотреть Асфасту, да и я повидаю кое-кого из знакомых, раз уж заскочил сюда.

Когда они сняли комнату на двоих, Хирро потратил оставшееся до вечера время, чтобы показать Зербинасу город. Вернувшись, они распаковали вещи и потребовали ужин в комнату.

– Приятно побродить вдали от цивилизации, ничего не скажешь, – заметил Хирро, намазывая на кусок местного хлеба бурую субстанцию из стеклянной мисочки. – За это я люблю охоту, хотя бывают и другие способы зарабатывать на жизнь. Но не менее приятно и вернуться к цивилизации – помыться, переодеться в чистое и растянуться на мягкой постели, не заботясь о ночной охране. И за это я тоже люблю охоту.

– Это паштет или повидло? – Зербинас подозрительно глянул в мисочку.

– Ореховое масло. Ешь, не бойся – это местный деликатес.

Ореховое масло оказалось изумительно вкусным, особенно с хрустящими мясными палочками и напитком из корней травы иги.

– Я, пожалуй, тоже полюблю охоту, – сказал Зербинас набитым ртом, – если в конце меня будет ждать такой бутерброд. Ты мне вот что скажи – а такие охотничьи приключения, как у нас с тобой, случаются постоянно или все-таки изредка?

– Да как сказать… – Хирро пожал плечами. – Как на Мороке – ну, бывают. Ценную дичь трудно добыть, потому она и ценная. Но наше последнее приключение – это нечто из ряда вон выходящее, даже для меня. Оно никак не идет у меня из головы.

Зербинас не сказал бы этого по Хирро. С тех пор, как они перенеслись на Асфри, пиртянина, казалось, занимали исключительно бытовые мелочи вроде того, где и как устроиться, куда выходят окна их комнаты и что заказать на ужин.

– Да, войти в знакомый канал и вдруг оказаться неизвестно где – это нечто из ряда вон выходящее, – подтвердил он. – Как я понял из высказываний этого привратника, такое может случиться с любым каналом?

– Возможно, только с некоторыми, – задумчиво протянул Хирро. – У нас на Пирте слишком мало знают об островах междумирья. В академии я читал, что у них есть свои траектории – там, в междумирье – которые изредка пересекают некоторые каналы. Если телепортироваться во время пересечения островом канала, можно попасть на такой остров. Но как проходят эти пути, когда и что они пересекают – об этом нет никаких сведений.

– Судя по тому, с чем мы столкнулись на этом острове, у Древних Архимагов были такие сведения, – заметил Зербинас. – Кроме того, у них было странное чувство юмора.

– Я могу понять его. Во всяком случае, так лучше, чем остаться на таком острове навсегда. Однако, этот громила сказал, что до сих пор все оставались там… даже если их было очень немного, все равно статистика какая-то неприятная получается. Не так уж трудно побывать в этой пещере и вынести оттуда подарок.

– Кстати, я вынес оттуда амулет непонятного назначения. – Зербинас встал из-за стола и начал рыться в дорожной сумке. Наконец он извлек на свет медальон и протянул пиртянину. – Ты, случайно, не знаешь, для чего он предназначен?

Хирро положил медальон на ладонь рисунком вверх и некоторое время разглядывал его.

– Это амулет возврата. – Он попробовал открыть медальон, но защелка не подалась, и он вернул амулет Зербинасу. – Забавно, но мы оба выбрали по безделушке себе на шею. – Он вынул из нагрудного кармана тонкую серебряную цепочку.

– Амулет бдения, – с полувзгляда определил Зербинас.

– Да. Его надевают, когда нужно пересилить сон. На охоте в засаде это бывает полезным. – Хирро повертел в руке цепочку, пересыпая звенья между пальцами. – Простенькая и изящная штучка, она показалась мне подходящим памятным подарком.

– Удивительно, как ты углядел ее среди этих куч роскоши, – Зербинас взглянул на свой медальон. – А теперь разъясни мне, что такое – амулет возврата?