Дворец со съехавшей крышей - Дарья Донцова

Ира рассказала все, что произошло сегодня в магазине. Потом Артем попросил меня изложить те же события и стал задавать вопросы. А в конце концов сказал:

– История с колье вообще не должна волновать Степу, ей никто претензий не предъявит.

– Но она меня напрягает, – занервничала я. – И по магазину уже гуляет слух, что я соучастница кражи. Дескать, я разыграла у прилавка целый спектакль, а мужчина, который представился Леонидом, мой подельник.

– Как правило, такие воры работают компанией, – пояснил Артем, – обычно их три человека. Один отвлекает внимание, как этот Леня. Он хорошо одет, дорогие часы, мгновенное заявление о том, что он холост, желание приобрести матери украшение стоимостью пять миллионов рублей, платиновая кредитка… Большинство продавщиц придет в восторг от такого клиента и начисто потеряет бдительность при виде мачо. Гоп-компания отлично изучила, как работают в «Баке». Когда Леонид отправился в кассу, второму участнику вменялось выждать момент и подменить упаковку. И тут весьма удачно появилась Катя, которая вызвала у Светы истерику. Скорей уж в пособничестве грабителям следует заподозрить Екатерину, а не Степу. Она всего лишь померила колье, да и то по просьбе Фурсиной и Бондаревой. Так?

Я кивнула, Артем потер руки.

– А вот Фурсина постоянно крутится около прилавка Светы, уводит Леонида в кассу и возвращается, чтобы рассказать о своей победе.

– Но гадости говорят обо мне, – возразила я, – о Екатерине молчат.

– Думаю, о тебе никто не судачит, – перебил меня Артем, – Марина Ивановна просто захотела испортить тебе настроение и добилась своего.

– Почему воры подменили пакет? – влезла в разговор Ирина. – Проще стянуть его вместе с кольцом в коробочке и удрать. Зачем такие сложности?

Артем начал намазывать кусок хлеба паштетом.

– Такие кражи готовятся заранее. Грабители нацелились на пятимиллионное колье, а колечко, отложенное покупательницей, досталось им случайно, в виде бонуса, на него они не рассчитывали. Ну и теперь представь: Света вернулась к своему прилавку, а упаковки с колье нет. Какова ее реакция?

– Закричит, вызовет охрану, – ответила я.

– Точно, – обрадовался Томилин. – Значит, того, кто ушел с колье, могли остановить на выходе. А так Света понесла покупку в офис кассира, развязала ленточки, достала мешочек… На все это нужно время, его хватит, чтобы подельник ушел с драгоценностью. Ваш товар застрахован?

Я кивнула.

– Конечно. Но ни сумм, ни подробностей я не знаю.

– Они не нужны, – продолжал Артем. – Думаю, очень скоро в фирму «Бак» прибудут представители страховой компании и начнут следствие. Степанида, ты употребляешь наркотики, играешь в карты, увлекаешься тотализатором, имеешь любовника-уголовника или содержанта?

– Кого? – растерялась я.

– Есть мужчина, которому ты делаешь подарки? – уточнила Фиса.

– По всем вопросам: нет! – отрезала я.

– У нее в голове одна работа и бабушка, – влезла в разговор Ирина.

– А кто у нас бабушка? – насторожился Артем. – Пенсионерка? Инвалид? Нуждается в дорогостоящем лечении? Ей нужно ехать в США на операцию?

– Белка – хозяйка гостиницы, у нее вполне успешный бизнес, – медленно произнесла я. – Если вы пытаетесь выяснить, испытываю ли я недостаток денег, то мне вполне хватает на еду и мелкие радости.

– Одевается Степа за границей, – перебила Иришка, – там шмотки в разы дешевле и выбор лучше. И ей часто дарят подарки разные фирмы, например, производители сумок, бижутерии, косметики. Это общепринятая практика в фэшн-мире.

– Мне хочется купить собственную квартиру, – вздохнула я. – Надоело таскаться по съемным углам. И от машины я бы не отказалась. Но надеюсь заработать и на жилье, и на колеса. Воровать не стану.

Ирина резко вскинула голову.

– Мама, я знаю, Степа ни при чем. Я хорошо ее изучила, хоть мы и недолго вместе работаем. Козлова честная, не двуличная, я за нее готова поручиться. У нас стряслась неприятность, мы пришли за помощью, а не выслушивать дурацкие обвинения. Если Артем может разобраться, будем ему благодарны. Нет? Сами как-нибудь справимся.

Томилин вынул из кармана сигареты.

– Если вы попали в недетскую ситуацию, будьте готовы к недетским вопросам.

Розова-младшая вскочила.

– Степа не брала ни колье, ни кубок. Зачем ей тогда сюда приходить и пытаться найти грабителя? Если сперла она, ей надо сидеть тихо, не высовываться.

– Видел я безутешных супругов, рыдавших над телом убитой жестоким преступником половины, – медленно произнес Артем. – Вызвал такой полицию, чуть ли не в обмороке лежит. А потом потихонечку выясняется: муженек, от горя места себе не находивший, сам жену и придушил. Всегда первым под подозрение попадает тот, кто тело нашел или у кого ценность сперли.

Ира повернулась к Фисе:

– Мама, ты всегда говоришь, что Тема лучший, и сейчас пообещала, что он поможет.

Розова-старшая спокойно ответила:

– Верно. И Тема уже начал разбираться. Я дала слово позвать хорошего специалиста, который, не поднимая шума, в частном порядке займется этим делом. Но разве я говорила, что вам понравятся его вопросы?

Дочка начала медленно втягивать в себя воздух, а я быстро вступила в беседу:

– Все в порядке. Проверяйте меня со всех сторон, мне скрывать нечего. Но у нас не очень много времени. Скоро торжественная церемония, а приз пропал. Ой, уже полшестого. Извините, мне пора бежать на совещание.

– Он нам будет помогать? – вспылила Ирина, глядя на мать.

– Вопрос лучше адресовать мне, – улыбнулся Артем. – Я приехал и готов работать. Но давайте договоримся: глупые детские обиды лучше оставить в стороне. Вы хотите найти приз или вас волнуют сплетни о колье, к пропаже которого Степа непричастна?

– Кубок! – выпалила я.

– И непременно найти того, кто спер колье, – прибавила Ира. – Нельзя, чтобы на репутации Степы осталось темное пятно.

– Это уже два дела, – хмыкнул Артем, – дороже вам обойдется.

Розова-младшая вскочила.

– Мама! Ему надо платить? Сколько? Я думала…

Анфиса отвернулась к окну, лицо ее оставалось серьезным, но мне почему-то показалось, что она едва сдерживает смех.

– Лучше обсудить гонорар сразу, – потер ладони Томилин. – Значит, так. Когда я закончу расследование, ведете меня в ресторан. И учтите, я прожорлив безмерно. Два дела – два ужина с вином. О’кей?

Фиса рассмеялась, Ирина снова села.

– Вам весело, а у нас неприятность.

– Хотите, чтобы я зарыдал и начал рвать на голове волосы с воплем: «Бедненькие зайки, потеряли кубок стоимостью в двадцать кусков евро»? – отозвался Артем. – Степа, ты не опоздаешь на совещание? Часы тикают.

Когда мы вышли в подъезд, Ирина выпалила:

– Вот идиот!

– Навряд ли твоя мама обратилась к дураку, – попыталась я успокоить ее. – Думаю, у нее хорошие связи в правоохранительных органах. Сама Анфиса показалась мне разумной и деловой.

– Фиса замечательная, – грустно произнесла Ирина. – Я ее очень люблю, но…

Розова замолчала. Я решила не задавать никаких вопросов. А Ира через минуту продолжила:

– Раньше мама была другой – очень слабой, не имела собственного мнения, ни с кем не спорила. Пойдем с ней в магазин, там продавщица нас обхамит, мамуля голову в плечи втянет и на улицу. На работе ее ни в грош не ставили, она вечно в выходные и праздники на рецепшен сидела.

– Где? – удивилась я.

Ира остановилась.

– Думаю, ее родители задолбали. Моя бабушка была профессор, дедушка академик, они дочку воспитывали как барышню девятнадцатого века. Книги разрешали читать лишь по их выбору, в десять вечера марш спать, учиться надо на одни пятерки, подруг заводить не следует, о мальчиках даже думать нельзя. Все за нее решали: как одеваться, с кем общаться, сами выбрали ей профессию – отправили учиться на психолога. Бабушка заведовала кафедрой в мединституте и хотела, чтобы дочь, получив диплом, работала с ней. Этакий тандем: хирург плюс психолог. Одна режет тело, а другая исцеляет душу. Но не получилось.

Ириша медленно шла по тротуару.

– Бабушка с дедушкой почти одновременно умерли, и мама без них совсем потеряла ориентир в жизни. Работала она, несмотря на диплом о высшем образовании, в частной медицинской клинике администратором на рецепшен. Ее спасла соседка. Над нами поселилась симпатичная женщина, Лариса, очень веселая, у нее постоянно устраивали вечеринки, необычные, с переодеванием. Допустим, в китайском стиле. Или английское чаепитие. Люди наряжались по теме, соответственно вели себя. И, конечно, шумели, в моей детской иногда люстра раскачивалась. А мамуля придерживалась страусиной политики – предпочитала, так сказать, спрятать голову в песок и не высовываться, пока не наступит тишина. Один раз я не выдержала, сама к Ларе заглянула. Соседка не рассердилась, затащила меня к себе, а там – веселье через край. Мы-то жили как мыши, нас никто не посещал, сами в гости не ходили. Представляешь ощущение подростка, впервые оказавшегося на тусовке? Я забыла обо всем. А часа через два мама появилась, преодолела свой вечный страх перед посторонними, хотела меня увести. Я ни в какую, Лариса и ее упросила остаться. Вот так их дружба и началась.