Питер Пэн и Ловцы звёзд - Дэйв Барри

Питер остался стоять и смотреть им вслед.

«Чего я не должен?»

Он направился к кучке матросов, делавших вид, будто работают, а на самом деле сплетничавших. Да и то сказать, им было о чем посплетничать. Конечно, о спасенных пиратах и о том, что произошло прошлой ночью. Об этом происшествии по кораблю ходили разные слухи.

— …охранял дверь, — как раз произнес один из матросов. — Он сказал, мол, вот только что у него ни в одном глазу сна не было, а минуту спустя он уже пришел в себя на полу. Как будто его заколдовали.

Питер придвинулся поближе.

— Заколдовали? — фыркнул другой матрос. — Это вряд ли. Рому перебрал, вот и все колдовство.

— Нет, — возразил рассказчик. — Только не Джон. Он вообще не пьет, ни капли. Потому-то Сланк и поставил его сторожить. Нет, он сказал, будто почему-то отключился, а когда пришел в себя, в комнате кто-то был — он слышал голоса. Поэтому Джон кинулся туда, а кто-то налетел прямиком на него.

— И кто же?

— Он не видел. Он говорит, это случилось внезапно. Кто-то поставил Джону подножку, и Джон грохнулся прямо головой об сундук.

— Кстати, а что там, в этом сундуке?

— Понятия не имею, — отозвался рассказчик, — но, что бы в нем ни было, Сланк его сторожит, как золото. В общем, Джон попытался встать, но у него было такое чувство, будто голова его раскалывается от удара. Он посмотрел вверх и тут увидел это.

Рассказчик сделал драматическую паузу.

— Ну? — спросил один из слушателей. — Так что он увидел?

— Крысу, — ответил рассказчик. — Летающую крысу.

— То есть прыгающую? Я сам видел, как они прыгают в высоту…

— Нет, — возразил рассказчик. — Джон сказал, якобы она летала по воздуху.

— Ну, я в это не верю. Я тридцать лет плаваю вместе с крысами и точно могу сказать: крысы не летают.

— А я думаю, это правда, — произнес новый голос, принадлежавший высокому матросу с крупным мясистым носом.

Это был тот самый матрос, который вносил загадочный груз на корабль и повел себя странно. Он оглядел собравшихся.

— Я верю Джону, — сказал он.

— С чего это вдруг, Альф?

— Да с того, что крыса была в комнате с сундуком. Я прикасался к этому сундуку в день отплытия. Он какой-то странный.

— Странный — это одно дело, Альф, а летающие крысы — совсем другое.

— Говорю же вам, я это чувствовал, — не унимался Альф. — Я что-то ощущал — не знаю, может, магию. У меня было такое чувство, будто…

Он огляделся по сторонам и заколебался.

— Будто что, Альф?

— Будто… будто я могу летать, — ответил Альф.

На миг повисла тишина, а потом вся группа разразилась хохотом.

— Само собой, Альф, ты можешь летать!

— Да ты вообще певчий дрозд!

— Атас! — предупредил кто-то. — Сланк идет!

Моряки, продолжая посмеиваться, мгновенно разошлись, а покрасневший Альф остался стоять, глядя себе под ноги. Поколебавшись, Питер подошел к нему и дернул за рукав. Альф взглянул на него.

— Чего тебе, малый? — спросил он.

— Я этому верю, — сказал Питер. — Насчет крысы.

Альф нахмурился:

— Почему?

Питер снова заколебался, потом сказал:

— Потому что я ее видел.

Альф наклонился поближе к Питеру:

— Ты ее видел, малый? Ты был там, внизу?

Питер кивнул.

— А что еще ты видел? — спросил Альф, — Может, ты видел, что находится в сундуке?

— Нет, сэр, — ответил Питер.

Альф внимательно посмотрел на него, потом негромко произнес:

— Но тебе хочется. Хочется узнать, что в нем.

Питер снова кивнул.

— Вот и мне тоже, приятель, — сказал Альф. — Мне тоже.

ГЛАВА 10

Черный Ус идет на сближение

Черный Ус услышал пронзительный свист, разорвавший ночной воздух, — он походил на крик голодной чайки, — и задрал голову, глядя на дозорного, который размахивал руками в «вороньем гнезде».

«Он в пределах видимости».

Черный Ус дважды стукнул тупым концом своего палаша о палубу: бух, бух. Тут же восемь длинных весел дружно поднялись из моря, роняя капли воды, и втянулись внутрь корабля. Команда, стремившаяся к воде не меньше, чем к сокровищу, уже двое суток трудилась не за страх, а за совесть, управляясь одновременно и с парусами, и с веслами, безукоризненно ловя ветер и сокращая разрыв между «Морским дьяволом» и «Осой». Теперь они были готовы к завершающему рывку.

«Она моя».

Черный Ус еще трижды стукнул палашом, созывая своих офицеров, затем спустился к себе в каюту и присел к столу, на котором были разложены карты. Еще на столе стояли две маленькие изящные модели парусных кораблей: один черный и блестящий, как «Оса», второй — копия «Морского дьявола».

В дверь нерешительно постучали.

— Входите! — прорычал Черный Ус.

Сми вошел, и его чуть не стошнило: в каюте воняло так, будто тут сдохла корова. На самом деле на койке Черного Уса валялись несколько кусков протухшего мяса и полуобглоданные кости индюшки.

Огрызки прошлых трапез усеивали пол. Повсюду жужжали мухи. Сми закрыл нос рукой, стараясь проделать это как можно незаметнее.

— Вызывали, капитан? — спросил он.

— Пора, — сказал Черный Ус, глядя на модели кораблей. — Момент настал.

— Так точно, сэр, — сказал Сми и развернулся: ему не терпелось поскорее удрать от этого зловония. — Я сейчас же поднимусь наверх и скажу…

— Подожди, — велел Черный Ус. — Я хочу еще раз обсудить окончательный план с тобой и Стори.

Сми неохотно повернул обратно. В этот самый момент стук в дверь повторился, и вошел Стори, старшина команды. Он отшатнулся, на миг покачнувшись от вони, потом поморщился и заставил себя войти — словно человек, идущий против сильного ветра.

— Да, кэп? — произнес он сквозь стиснутые зубы.

— Присаживайтесь, друзья, — сказал Черный Ус.

Сми и Стори огляделись по сторонам. Сесть было не на что, не считая койки с гниющими объедками и деревянного табурета, на котором валялась большая, покрытая мхом груда — не то старая головка сыра, не то дохлая кошка.

— Если вы не против, кэп, я постою, — сказал Стори.

— И я тоже, кэп, — подхватил Сми.

Черный Ус оглядел каюту: судя по всему, он лишь сейчас заметил, в каком она состоянии.

— Сми, — сказал он, — куда, черт подери, подевался мой юнга? Тут же беспорядок.

— Вы отправили его пройтись по доске, кэп, — напомнил Сми.

— Пройтись по доске?

— Да, кэп, — подтвердил Сми. — За то, что он трогал ваши модели кораблей.

Сми предпочел не добавлять, что юнга отправился за борт почти с радостью — ведь ему не придется больше убирать в каюте Черного Уса.

— А, действительно, — вспомнил Черный Ус. — Когда захватим «Осу», найди мне нового юнгу.

— Есть, кэп, — отозвался Сми.

Этот юнга должен был стать шестым за прошедший год.

— А теперь насчет «Осы», — произнес Черный Ус и обратился к Стори: — Мы готовы?

— Так точно, кэп, — доложил Стори.

Он указал на модели кораблей, благоразумно не прикасаясь к ним.

— С веслами мы их постоянно нагоняли. Теперь мы поймали попутный ветер. Ваш план оказался отличным, капитан. Теперь мне плевать, насколько быстроходна «Оса»: с ветром по курсу, когда мы наденем на «Морского дьявола» «штаны», мы нагоним ее в два счета.

— Ну, тогда ладно. — Черный Ус сделал эффектную паузу, наслаждаясь моментом, и отдал команду: — Поднимайте «штаны»!

— Слушаюсь, сэр! — хором воскликнули Стори и Сми и ринулись к двери, на свежий воздух.

Когда они ушли, Черный Ус посмотрел на модели кораблей. Он осторожно, почти с любовью прикоснулся к модели «Морского дьявола» и медленно двинул кораблик вперед, пока тот не уперся в «Осу». И продолжал толкать, пока «Оса» не очутилась на краю стола. Затем он улыбнулся и злобно толкнул ее. Маленькая «Оса» упала на пол, и ее хрупкий корпус разлетелся на куски. Черный Ус расхохотался. От его дыхания зловонный воздух каюты стал еще зловоннее. Затем он встал и, наступив на останки «Осы» каблуком, вышел из каюты.

«Пришло время убивать».

ГЛАВА 11

Посланцы

Была пасмурная ночь, и темной палубы «Гдетотама» не касался ни лунный свет, ни звездный. Дул ровный ветер в пять узлов. Судно, покачиваясь, плыло по морю.

Молли, накинув поверх ночной рубашки одеяло, как плащ, взобралась по трапу и быстро огляделась по сторонам. Пусто. Никого нет. Она торопливо прошла на корму, к поручням, — босиком по шершавой палубе. Она не решилась обуться, когда выходила из каюты, — боялась разбудить похрапывающую миссис Бамбрейк.

Еще раз быстро оглядевшись, Молли перегнулась через поручни и принялась всматриваться в темную воду. Но увидела лишь пенный след, тянущийся за кораблем, призрачно-белый в свете одинокого кормового фонаря. Молли изо всех сил старалась разглядеть что-то еще.