Японистка. Книга первая. Хищная Сакура - Полина Кацуро

Она дошла до терминала, купила карточку и набрала знакомые цифры. Трубку подняла Димина мама, стала расспрашивать, как дела и всё ли в порядке. Оказалось, что Димы дома нет – ушёл с друзьями играть в баскетбол, будет примерно через час. Дана пообещала перезвонить. Выйдя из будки, она почувствовала себя потерянным щенком. «Он забыл о нашем уговоре и ушёл играть в какой-то баскетбол!» Дана злилась. Был испорчен такой замечательный день! «Наверное, он не мог не пойти на игру – может быть, заболел основной игрок команды, и его срочно попросили поиграть на соревнованиях. Это, конечно, важнее разговора. Я ведь и перезвонить могу», – рассуждала Дана уже у себя в комнате. Немного успокоившись, она стала смотреть какой-то японский фильм по телевизору. Когда настала пора выходить, хлынул проливной дождь. «И тут не везёт. Но ничего не поделаешь, обещала же, теперь придётся шлёпать по лужам», – пробормотала Дана, взяла зонтик и вышла из общежития во второй раз.

Идти до терминала было совсем недалеко, но под проливным дождём и ветром дорога показалась бесконечной. Всё намокло, и достать мокрыми руками из кошелька карточку оказалось нелегко. Дана сняла трубку, подержала её в руках несколько секунд и с ужасом поняла, что телефон не работает. Наверное, из-за грозы отключился. Она перешла в соседнюю кабинку, потом ещё в одну, но нигде не было гудков. «Что такое не везёт и как с ним бороться? – промелькнуло в голове у Даны. – А всему виной этот матч. Может быть, больше вообще не звонить Диме?» И как только эта мысль возникла в голове, будущая жена твёрдо решила во что бы то ни стало поговорить с Димочкой именно сегодня. Она прошла через площадь к посту дежурного по станции и спросила, где находится ещё автомат, с которого можно позвонить за границу. Оказалось, что до ближайшего идти не так далеко, по ступенькам в гору.

Через пятнадцать минут Дана всё-таки добралась до вершины холма, на котором стоял заветный телефонный автомат. Зайдя в кабинку, пришлось повторить всю процедуру вытирания рук и извлечения карточки из кошелька. Намучившись, Дана решила перевести дух: «Ну, сейчас-то я точно одна в этом районе. В такую погоду, как говорится, и собаку на двор не выгонят». При этой мысли Дана обвела глазами залитый дождём красиво оформленный пятачок земли, похожий на маленький парк. И к её величайшему удивлению обнаружилось, что она не одна. Неподалёку, под большим деревом, у самого края холма стояла парочка под большим зонтом и фотографировалась. Это было понятно по вспышкам, хорошо заметным в темноте. «Бедняжки, дождь испортил им свидание». Но по движениям и какой-то радостной суете видно было, что парочка совсем не расстроена. В этот момент сильный порыв ветра стал вырывать зонт из рук молодого человека, и он опустил его, чтобы не лишиться столь нужного в данный момент аксессуара. Дана увидела, что парочка целуется. «Да, когда рядом милый, не страшна и такая непогода. Но надо же, как смешно одет этот парень, в таких клетчатых брюках уже давно никто не ходит. Ах, японцы! Неужели в таком виде можно появляться на свидании?» – подумала Дана и вспомнила, что она тоже сейчас будет на вершине счастья.

Целующаяся парочка тут же вылетела у неё из головы. Только бы он уже вернулся со своего матча. Несколько гудков, и в трубке послышалось:

– Алло.

– Алло, Димочка! Привет, любимый. Это я, – радостно заверещала Дана.

– Кто это? – недоуменно спросил Дима.

– Как кто? Дана. А ты чей звонок ждал?

– Ой, Даночка! Здравствуй, зайчик! Я вообще звонка не ждал, но жутко рад тебя слышать.

– Как это не ждал звонка? Мы же договорились, что я тебе буду сегодня звонить. Я тебе уже второй раз звоню. Тебе мама не передавала?

– Нет. Я только пришёл.

– Тебя что, попросили подменить игрока в важном матче? Ты, наверное, поэтому забыл о нашем уговоре?

– Да нет. Просто ребята пригласили, вот я и пошёл, делать-то нечего.

– Как это нечего? И ты забыл про мой звонок просто потому, что тебя пригласили ребята поиграть в мяч?

– Да, уж лучше бы я туда не пошёл, мы всё равно проиграли. Терпеть не могу проигрывать.

– Сейчас речь, по-моему, не об этом, – Дана снова начала злиться.

– Да ладно тебе, нам и так разговаривать времени мало, расскажи скорее, как ты там? Уже начали заниматься?

«Господи, он даже не понял ничего! Вот это дела! По-хорошему надо бы устроить ему скандал, но он прав, времени у нас действительно мало, не стоит тратить его на пустые ссоры. Он просто сильно устал, вот и не понимает, что говорит. К тому же, он не знает, какая здесь погода», – в одну секунду пронеслось в голове.

Они поговорили ещё минут пятнадцать и, как всегда, под конец разговора признались в вечной любви друг к другу. Но, положив трубку, Дана поняла, что какой-то неприятный осадок в душе всё-таки остался. Чтобы позвонить ему, она прошла чуть ли не весь город под дождём и ветром! А он даже не помнил об их уговоре. Им и раньше приходилось расставаться на несколько недель, но всегда они чувствовали друг друга, всегда были на одной волне. А сейчас прошла всего неделя разлуки, и произошёл какой-то разлад. Снова вернулось странное чувство, что Дана не просто уехала в другую страну, а попала в другое измерение. Конечно же, любовь к Димочке была так же сильна, как и раньше, просто всё было как-то не так.

Проходя мимо большого дерева у края холма, Дана заметила, что парочка ещё там, и, похоже, они всё ещё целуются. «Везёт же некоторым, – подумала она. – Нет, ну какие смешные брюки, надо же…»

Глава 9

После проливного дождя от великолепия сакуры остался только бледно-розовый ковёр на земле и желтоватый налёт пыльцы на лужах.

Жаль было облетевшей красоты, но всему свое время – пора было браться за учёбу.

С утра в понедельник три русских стажёра сели в школьный автобус и отправились в университет в первый раз. Университет не был большим, но построен был в лучших традициях студенческих городков и состоял из четырёх основных зданий: административного, основного учебного и лингвистического корпусов и спортивного зала. В четырехэтажном административном корпусе размещались разные полезные службы и личные кабинеты профессоров. Здесь ещё находилось очень приятное кафе без кухни, но с кофейными и булочными автоматами. В основном учебном корпусе, тоже четырехэтажном, находился самый большой лекционный зал, аудитории и небольшие пятачки для отдыха. В лингвистическом корпусе, вытянутом низком двухэтажном здании, на первом этаже располагались аудитории, оснащённые аудио- и видеоаппаратурой, необходимой при занятиях иностранными языками, а на втором была библиотека. В просторном проходе между основным и лингвистическим корпусами расположилась уютная и светлая студенческая столовая или, как её принято было называть в этом университете, «кафетерий».

Все четыре здания соединялись друг с другом коридорами, поэтому в дождливые и холодные дни можно было пройти из одного места в другое, не выходя на улицу. Но, когда времени для перехода не было, приходилось срезать путь через двор, вокруг которого и располагались три основных здания, а спортзал выходил туда только торцом. На дворе этом был разбит большой по японским меркам газон и стояли лавочки вдоль красивой пешеходной дорожки. В общем, всё необходимое для счастливой студенческой жизни было. Конечно же, в университетский комплекс входило и большое футбольное или бейсбольное поле, теннисные корты, просторная стоянка для машин и домики, которые служили складами оборудования и инвентаря для различных клубов, но они прятались за основными зданиями.

В солнечные дни основная жизнь университета проходила во дворе. Студенты сидели на газонах, на ступеньках корпусов, на лавочках и вокруг них, и даже на бордюрах пешеходной дорожки. Толпа тусующихся студентов на первый взгляд казалась хаотичной, но если взять в самом крайнем автомате кофе с густой молочной пенкой, сесть на одну из отдалённых лавочек в углу двора и понаблюдать, можно легко определить, кто на каком курсе учится и к какой компании принадлежит.

Молодёжь с волосами, выкрашенными во все цвета радуги, одетая в новенькую яркую одежду, собирающаяся в большие, смеющиеся и шумные группы – это первокурсники. Они ещё не определились по интересам и изо всех сил пытаются самовыразиться в поведении, шутках и цвете волос. Те, которые собираются небольшими группками по два-три человека, у которых ухоженные свежевыкрашенные волосы и которые одеваются кое-как – второкурсники. Они уже определились, с кем им общаться, поэтому одеваются только для того, чтобы прикрыть наготу. А волосы красят только потому, что у них есть на это время, да и эксперимента ради. Те, у которых уже отросшие крашеные волосы, и которые также собираются по два-три человека, но ненадолго, только чтобы перекурить, перекинуться несколькими словами или обменяться тетрадями – третьекурсники. Они пытаются добрать недостающие баллы с предыдущих курсов в этом году, поэтому времени тусоваться и красить волосы у них нет. А четверокурсников вообще увидишь редко, так как они появляются в университете только на семинары по своей дипломной работе и пробегают к нужной аудитории, не останавливаясь. А если уж остановились, то вокруг них тут же образуется небольшой кружок кохаев, которым они что-то рассказывают или отвечают на их вопросы. У всех четверокурсников были обязательно чёрные, в крайнем случае, немного коричневатые волосы, потому что в этом году они занимались устройством на работу.