Багровый океан - Алеш Обровски

Рапорта Хьюстон составить естественно не успел, Паркер просто не дал ему на это времени, но дело было вовсе не в отчете. Сержант подозревал, что полковник вызвал его неспроста, скорее всего Хэнсу предстоит выполнить какую-то грязную работу. Разумеется, после того, как Гаррет унизит его основательно и поиздевается вдоволь. Такова солдатская жизнь, и с этим ничего не проделаешь. Начальство в армии любит показать подчиненным, «кто здесь главный», и делает это не столько в воспитательных целях, сколько ради укрепления собственного «я».

Пару раз стукнув в дверь и не дождавшись ответа, Хьюстон вошел внутрь.

В кабинете было чисто и светло. Обстановка дотошно скромная: стол, пара кресел, жалюзи на окнах, вентилятор под потолком и непременный флажок на столе. Полковник стоял у окна, глядя на улицу и заложив руки за спину.

– Сэр? – спросил Хэнс.

– Входи, – ответил тот спокойно, не поворачиваясь.

– По поводу моего отчета…

– Отставить отчет.

Естественно «отставить», Хьюстон мог бы стать армейским пророком, если бы существовала такая должность.

В остальном он ошибся.

Казалось, Паркера подменили. Он не стал осыпать Хэнса колкостями и обвинениями, а сразу перешел к делу.

– Отправишься в квадрат Б-27 в составе отряда под командованием сержанта Бута. Подчиняешься ему безоговорочно. Я не лишаю тебя звания, но в этой операции ты рядовой. Понятно? Начнешь стучать себя в грудь, моментально отправишься на строительство плотин в сектор Доле уже простым солдатом.

– Так точно, сэр.

– Отлично. Тебе объясняю все отдельно, потому что во время брифинга ты прохлаждался в медблоке.

Хэнс хотел было возразить относительно «прохлаждения», но полковник не дал ему открыть рта.

– Итак, – продолжил он. – Б-27, середина чертового океана. Глубина пять тысяч метров. В данном квадрате обнаружился рухнувший звездолет. Наш звездолет. Это грузовое судно. Такие использовались для перевозки скота или каких-то сельскохозяйственных материалов на ранней стадии колонизации Гайгана. Отсеки корабля заполнены воздухом, поэтому он держится на плаву. Не знаю, принесло его течением или он недавно свалился, суть здесь в другом. Махина привлекает эхиров. Сейчас, когда архипелаг практически наш, мне не нужны здесь незваные гости. Поэтому твоя задача избавить меня от этой кучи дерьма, которая так манит к себе всякого рода мелкоту. Заминируешь обшивку и пустишь посудину на дно. Все. Проще некуда.

– Так точно, сэр.

– Вопросы?

– Почему не продырявить скотовоз с орбиты? Ну, чтобы не рисковать людьми.

– Хороший вопрос, – похвалил Паркер способность Хьюстона мыслить глобально. – Эхиры сбили наш спутник наведения над этим сектором. Не так давно. Просить флот просветить квадрат и выполнить нацеливание самостоятельно – достаточно хлопотное дело. Я не люблю лишние хлопоты и переговоры, еще больше я не люблю кого-то просить. Так что, увы.

«Естественно, – подумал Хэнс. – Приказ отдать значительно проще, чем что-то делать самому».

– Обстрелять весь квадрат? – спросил он вслух.

– А вот это плохое предложение. Зачем тратить тонны боеприпасов, когда проблему можно решить парой умело установленных зарядов.

Хэнс не стал спорить. Ценность человеческой жизни на войне обратно пропорциональна его званию, а в этой операции он рядовой. Рядовой значит мясо, как и весь отряд, с которым ему предстоит отправиться на задание. Мясо на войне дешевле боеприпасов.

– Вопросов больше нет, сэр.

– Отлично, тогда избавь меня от своего присутствия. Если поторопишься, нагонишь сержанта у складов. Бут насчет тебя в курсе.

Хэнс вышел.

«Отряд» сержанта Бута состоял из четырех человек, включая самого сержанта, Хьюстон был пятым. Знакомство прошло гладко. Бут оказался чернокожим здоровяком и при встрече лишь презрительно плюнул в сторону. Остальные просто проигнорировали Хэнса. Все без исключения строили из себя «ветеранов», поэтому Хьюстон тоже решил придерживаться подобной модели поведения, правда, получалось пока не очень.

Они, молча, забрали со склада экипировку, оружие и оборудование для «вскрытия» упавшего корабля. До прибытия транспорта оставалось немного времени, и сержант отдал команду «вольно». Солдаты, чувствующие себя и без того вполне расслабленно, начали тихонько переговариваться, изредка косясь на Хэнса. Дабы сделать вид, что ему все равно, Хьюстон просто отвернулся, чувствуя, однако, намечающийся подвох.

– Ты пропустил инструктаж, – голос Бута, полностью соответствовал его внешности и вызвал у Хэнса легкое сокращение мышц от неожиданности.

– Я получил его у полковника Паркера, сэр, – ответил он, изо всех сил стараясь не пасовать перед начальством.

– Мне плевать на Паркера. Сейчас ты подчиняешься моим приказам. И ты, – он ткнул в Хэнса черным пальцем, – пропустил инструктаж.

Хьюстон не знал, что на это ответить. Сержант неспроста стал накатывать. Он явно хотел взвалить на него какие-то обязанности, а пропуск инструктажа был лишь предлогом.

– Полагаю, – осторожно проговорил Хэнс, – повторять его для меня персонально никто не будет.

– Именно, – ответил Бут, раскуривая потухшую сигару. Потом добавил: – Рядовой, пропустивший данное событие, я подчеркиваю – важное событие, не допускается до боевых действий.

Сержант поднял бровь, приглашая Хьюстона задать вполне резонный вопрос.

– И что же он тогда делает… сэр? Если не участвует в боевых действиях, – Хэнс не смог скрыть иронии, понимая, что отступать уже некуда и сопротивляться тоже.

– Он тащит оборудование, – подытожил Бут, указывая на внушительного размера сумку, ждущую неподалеку.

Прекрасно. Этого и следовало ожидать. Хьюстон даже вздохнул с облегчением. Всего лишь сумка, которую кому-то было лень тащить. Причем дело было вовсе не в лени, а в желании «пощупать» новичка и посмотреть, каков он «внутри».

Послышался шум двигателей идущего на посадку челнока.

– Так, внимание! Команда на погрузку! Взлет через пятнадцать минут! Вперед! Вперед! – сержант пару раз хлопнул в ладоши. – Прохлаждаться будете, когда вернемся!

Солдаты нехотя побрели к посадочной площадке.

Хэнс взвалил сумку на плечо. Она, к слову, оказалась чертовски тяжелой. Внутри что-то брякнуло, издав металлический звук.

– Там домкраты, – пояснил сержант, оборачиваясь. – Смотри, не поломай.

Хьюстон заметил, как Бут легонько хлопнул ладонью за спиной по пятерне, подставленной одним из его подчиненных.

Хэнсу оставалось лишь беспомощно усмехнуться на это действие.

Двигатели транспорта недовольно завыли, отрывая челнок от взлетной площадки. Переборки заскрипели, по корпусу пошла легкая вибрация. У Хэнса заложило уши, а к горлу подобралась тошнота. Он давно не летал.

– Только не на пол, – крикнул Бут, заметив состояние подчиненного и ткнув пальцем в сторону открытого борта.

– Вот только не надо загрязнять океан, господа, – произнес солдат, сидевший напротив Хьюстона.

Его реплика вызвала редкие смешки сослуживцев.

Хэнс быстро пришел в норму.

– Все в порядке, – сказал он, понимая, что это особо никого не волнует.

– Эй, Хадсон, – обратился к нему все тот же солдат, пытаясь перекричать шум двигателей челнока и вой ветра, проникающий через открытый борт.

– Хьюстон, – поправил Хэнс.

– Не суть. Ты откуда такой взялся?

Транспорт вылетел за пределы острова и лег на заданный курс, повернув слегка в сторону. Шум ветра значительно ослаб. Солнце было в зените, воды Великого Океана при дневном свете казались черными. Кое-где, сквозь волны виднелись крупные рыбы, следующие за тенью отбрасываемой челноком, периодически выпрыгивая из воды на манер земных дельфинов.

– Отряд Скотта Дженкинса, подразделение семь, – ответил Хьюстон.

– Скотт Дженкинс? Что-то не слышал о таком. Хэнс лишь пожал плечами.

– Я о вашем сержанте тоже ничего не знал, пока не довелось встретиться, – подытожил он, пытаясь удержать разговор.

– Быть того не может. Его весь Гайган знает. Он у нас выдающаяся личность, – солдат слегка подался вперед и произнес вполголоса. – Ходят слухи, что наш сержант произошел прямо от обезьяны.

Фраза вызвала взрыв всеобщего хохота.

– Отставить балаган, – проорал сержант, оторвавшись от карты и выронив огрызок сигары изо рта во время реплики. – Я тоже кое-что знаю о твоих предках, которые когда-то вышли на сушу прямо из огромной лужи дерьма. Будешь продолжать в том же духе – остаток пути преодолеешь вплавь.

Солдаты замолкли, но улыбки от недавнего представления еще долго не сходили с их лиц. Наконец сосед Хэнса нарушил всеобщее молчание.

– Дай пять, пельмень, – произнес он. Хьюстон хлопнул его по руке.

– Я Байерс, Майк Байерс. Не обижайся за домкраты, мы тебе типа посвящения устроили. Думали, пальцы станешь гнуть. А ты ничего, молодец. Как тебя там?