Тахтамукайский район в Великой отечественной войне - Рашид Савв

Фашистское командование увеличило число своих солдат около тех мест, где предполагался переход нашими партизанами линии обороны. Но наших партизан это не оста новило. Они еще активнее стали продолжать борьбу против врага.

Партизаны Гисса Уджуху. Анна Бублей, Даут Коблев, Иван Голубницкий, Владимир Науменко, Павел Верещагин, несмотря на сопротивление, переходили через линию фронта для работы в населенных пунктах. Немцы открыли огонь по нашим партизанам. Гисса Уджуху и Павел Верещагин вели ответный огонь по фашистам. Часть их была уничтожена, другая часть немцев отступила. Наши партизаны — разведчики переходили линию фронта, прибывали в населенные пункты и развертывали свою деятельность.

В районе Лакшукая продолжала свою борьбу против фашистов разведчица отряда Ефросиния Верещагина, которая сюда прибыла раньше с Давлетом Совозу. Она жила на хуторе Казазово у Цамы Чубит, собирала данные о переправе гитлеровцев через Кубань около станицы Пашковской, о движении их по дороге Краснодар — Горячий Ключ, а также о наличии вражеских войск в близлежащих населенных пунктах: установила связь с Псекупскими подпольщиками через Пиюка Чесебиева, которого она знала по совместной работе в комсомоле. Ей было поручено корректировать бомбежку нашими самолетами Пашковской переправы через реку Кубань. Она блестяще выполнила это боевое задание. Но здесь она вынуждена была бросить в воду свою небольшую рацию, когда около нее появились фашистские офицеры. Ефросиния Верещагина умела маскироваться, одевала одежду старика, старухи, укрывалась платком, надевала очки, ходила с палкой.

'Давлет Совозу был опознан и расстрелян фашистами (40). Напали на след и Ефросинии Верещагиной. Она стала переходить из одного аула в другой, из одного хутора в другой. В рваной обуви, голодная, несколько суток ей не приходилось совсем ничего брать в рот, спала часто под открытым небом зимой в лесу, в снегу, в грязи. Так она добралась до хутора Старо — Могилевский. Здесь ею былч переданы сведения, что в ауле Лакшукай — 100 автомашин и 500 подвод фашистов, что на Пашковской переправе во время бомбежки погибло много солдат и офицеров, уничтожено большое количество автомашин и другой военной техники. Переправа не работала три дня. Главное, что люди узнали после этой бомбежки, что Красная Армия не разгромлена, а ведет героическую борьбу.

Все партизаны — разведчики, побывавшие в населенных пунктах, особое внимание уделяли разоблачению фашистской пропаганды о том, что Красная Армия разгромлена. Они убеждали людей в том, что наша Красная Армия героически сражается с гитлеровскими полчищами, наносит им смертоносные удары. Под Сталинградом окружена крупнейшая группировка фашистов, продолжается операция по ее ликвидации. Наши войска в горах Северного Кавказа остановили войска противника. Они рассказывали о бомбежке нашими летчиками Пашковской переправы через реку Кубань. Недалеко то время, когда Красная Армия освободит не только наш район, но и Северный Кавказ, а затем всю страну. Наши партизаны беседовали с людьми, которые были надежны, а в основе этой разъяснительной работы был принцип «Узнал сам, расскажи всем».

Партизаны опирались на учителей — подполыциков. Особую активность проявляли учителя Шенджийской, Тахтамукайской, Афипсипской, Новобжегокайской, Старобжегокайской и других школ. Учащимся школ немецкие офицеры рассказывали о победах гитлеровских войск над Красной Армией. В аулах, хуторах, поселках учителя — подпольщики говорили детям, что это вранье, что все происходит наоборот — наши войска громят гитлеровцев. Одновременно партизаны — разведчики наносили удары по обозам противника, которые доставляли фашистам на фронт продовольствие и фураж, мешали немецким войскам выполнять задания. Кроме этого, проводили разъяснение во всех населенных пунктах, чтобы не отправляли обозы на фронт, даже если их собирали под дулами автоматов, и всячески задерживали их отправку. Партизаны сами стали пополнять продукты питания за счет этих обозов. Они заставляли командование гитлеровских войск держать значительное количество солдат и офицеров в населенных пунктах, отвлекая их от фронта.

Разведчики приобрели некоторый опыт работы среди населения в условиях оккупации района, умение маскироваться, проявлять внимательность и осторожность во время перехода из одного населенного пункта в другой, умение работы с людьми.

Однажды, выполнив боевое задание, партизаны — разведчики отправились на место базирования. По дороге Калужская — Пензенская они заметили автомашину противника с зенитно — пулеметной установкой и битком набитой фашистами. Наша партизанская группа устроила засаду. Когда машина приблизилась, разведчики открыли ураганный огонь. Они уничтожили автомашину с установкой и находившихся там фашистских захватчиков. В этом бою отличились помощник командира отряда по разведке Семен Яковлев, бойцы Сергей Воронин, Григорий Фатеев. Разведывательный отряд благополучно вернулся на базу (41). Сведения были переданы командованию партизанского куста и в штаб армии.

Как‑то раз партизаны приготовились к выполнению следующего боевого задания. Они подошли к линии фронта и перешли ее с большим трудом и риском для жизни между Папоротной поляной и Горячим Ключом через сад Олепченко. Два дня шел снег. Земля была покрыта густым, глубоким снегом. Они вышли на дорогу Горячий Ключ — Пензенская. Идти по снегу было тяжело. Рассчитывая, что на них е любую минуту могут напасть вражеские силы, они были постоянно в боевой готовности. В группе были самые смелые и отважные: Семен Яковлев, Сергей Воронин, Гисса Уджуху, Павел Верещагин, Мустафа Гунай, Григорий Фатеев, Сергей Авдеев, Иван Калашников, Анна Бублей, Наталья Пономарева. Партизаны оказались на заминированном поле. При взрыве мин погибли Сергей Авдеев, Иван Калашников, был ранен в грудь Сергей Воронин, легко ранены Семен Яковлев, Мустафа Гунай, Даут Коблев, Павел Верещагин, Гисса Уджуху, Алексей Чекалдин (42). Членам этой группы с неимоверными трудностями удалось вернуться к линии обороны наших войск и отправить раненых в госпиталь.

Остальные бойцы и командиры партизанского отряда «За Родину» на следующий день вновь перешли линию обороны и направились в населенные пункты района. Их деятельность была многообразной. Главное — это разоблачение офицеров противника, которые вели ложную пропаганду о стране, Красной Армии; сбор новых сведений о количестве вражеских войск в аулах, хуторах, поселках района и их передвижении по дорогам Краснодар — Горячий Ключ, Краснодар — Новороссийск, Энем — Тахтамукай — Шенджий — Горячий Ключ и т. п. Одновременно партизаны вступали в бой с немецкими оккупантами, уничтожали их.

25 декабря 1912 года разведчицы Ефросиния Верещагина и Анна Бублей удачно перешли линию обороны противника и направились в район выполнять боевое задание. Анна Бублей направилась на хутора Ново — Могилевский, Старо-Могилевский, 2–е отделение «Маяка», аул Шенджнй. Ефросиния Верещагина — на хутор Казазово, потом на хутор Гриднево, затем на хутор Суповский. где собрала необходимые сведения о количестве войск в населенных пунктах ЛакШукайского Совета, о их передвижении по дороге Краснодар — Горячий Ключ. Она рассказывала людям о победах нашей армии на фронтах Великой Отечественной войны и, прощаясь с ними, говорила, что следующая встреча состоится в этих населенных пунктах без фашистов, после их разгрома нашими вооруженными силами.

Ефросиния Верещагина шла через хутор Ново — Могилевский в поселок Отрадный. На окраине хутора ее остановили два офицера противника, спросили, кто она такая. Она не растерялась, сказала, что живет на хуторе, что у нее в доме солдаты и офицеры, что она для них пришла набрать сена. Офицеры отпустили ее (43).

После поселка Отрадного она побывала на хуторе Суповском, затем пришла в аул Тахтамукай. В этом ауле ее опознали и арестовали. Ее зверски пытали, издевались над ней, сутками допрашивали, от нее требовали сведений, где находятся партизаны — разведчики, в каких населенных пунктах, их фамилии, имена, отчества, откуда они родом и где проживают их семьи. Мужественная разведчица держалась стойко, всегда отвечала, что ничего не знает. Убедившись, что они от нее ничего не добьются, 10 января 1943 года фашисты вывели ее полураздетую и голодную на улицу. Поставили около больших деревьев акации, рядом со зданием районной сберегательной кассы (ныне отдел муниципального имущества администрации района) для публичного расстрела. Ее последние слова — «Вы понесете наказания за свои злодеяния, за муки и страдания народа! Ваши дни сочтены!» — оглушили автоматные выстрелы (44). Три дня лежало тело отважной партизанки на месте расстрела. Ее охраняли и не разрешали хоронить. Лишь через трое суток ее похоронили местные жители, а после освобождения Тахтамукая нашими войсками ее с почестями перезахоронили в братской могиле.