Цепи любви - Бакли Эмеральд

Джессика закрыла глаза, пытаясь унять разыгравшееся воображение, и в это время услышала щелчок дверного замка, показавшийся неестественно громким. Он вовсе не собирался к ней прикасаться, он всего лишь как вежливый хозяин решил открыть перед гостьей (пусть и незваной) дверь, а она-то нафантазировала… От этого открытия Джессика испытала мучительно острое унижение.

Ей так захотелось поскорее исчезнуть, сбежать не от мужчины даже, а от собственной идиотской реакции на него, что она попыталась проскользнуть в дверь еще до того, как Грей открыл ее достаточно широко. В результате она только ударилась бедром о дверную ручку и вскрикнула от боли и неожиданности. На этот раз он действительно к ней прикоснулся, но не как любовник, а как потерявший терпение взрослый, столкнувшийся с глупостью бестолкового ребенка. Крепко удерживая ее за руку, Грей Харди открыл дверь пошире и насмешливо заметил:

– Я слышал, что некоторым женщинам свойственно мысленно преуменьшать свои формы, но, простите, сквозь такую щель не протиснулся бы и шестилетний ребенок!

Больно задетая его насмешкой, Джессика выпалила первое, что пришло в голову:

– Сестра, наверное, уже волнуется, куда я пропала. Мне нужно возвращаться.

– Действительно, и несколько секунд, которые вы могли бы сэкономить, протискиваясь сквозь еле-еле приоткрытую дверь, имеют решающее значение. Не правда ли, странно, что вы поняли, как вы торопитесь, только когда попрощались с Фредериком?

На это ей было нечего ответить, и, к счастью, дверь была уже открыта. Оставалось только высвободиться из его уже не такой крепкой хватки и попытаться сделать вид, что ее поспешное и неуклюжее бегство не выглядит по-идиотски. Идя по дорожке к машине, Джессика с трудом удержалась от искушения оглянуться и узнать, в самом ли деле Грей Харди так внимательно смотрит ей вслед, как ей кажется.

Разумеется, она так резко выжала сцепление, что из-под колес автомобиля полетел гравий, и, разумеется, Грей Харди наблюдал за ней с непроницаемым видом – это выяснилось, когда Джессика все-таки не удержалась и оглянулась на дом, перед тем как уехать.

Когда Джессика вернулась, Долли, естественно, пожелала узнать в подробностях, что произошло.

– Бедняжка, наверное, тебе хотелось провалиться сквозь землю, – сочувственно прокомментировала сестра, когда Джессика рассказала, как Грей Харди застал ее в своем кабинете. – Но все же он должен радоваться, что ты появилась как раз вовремя и позаботилась о его сыне.

– Как видишь, он не обрадовался, – ответила Джессика с кривой улыбкой.

– Бедняга. Я ему не завидую, – заметил Джошуа, когда ему рассказали эту историю за чашкой кофе. – Нелегко ему приходится с маленьким ребенком, а подходящую няню не враз найдешь.

Долли швырнула в мужа подушкой.

– Все вы, мужчины, одинаковы, вечно друг друга выгораживаете! Разве может нормальный отец оставить шестилетнего ребенка с миссис Моррел?

– Может, если у него нет другого выхода, – возразил Джошуа.

– Гм… ладно, если ты когда-нибудь поступишь так с нашим ребенком… – начала Долли, но муж не дал ей договорить.

Взяв подушку, он направился к жене и улыбаясь поддразнил:

– Зачем? Ведь у меня есть ты, ты за ним и присмотришь.

Джессика по-хорошему завидовала близости и взаимопониманию, существовавшему между сестрой и ее мужем. Может, иногда Джошуа и строил из себя приверженца патриархальных взглядов, но было совершенно ясно, что их брак основан на партнерстве равных. Джессика не сомневалась, что, когда у них появятся дети, Долли и Джошуа будут делить родительские заботы поровну.

– Джесс, не будь слишком строга к Грею, – тихо сказал Джошуа. – Ему нелегко пришлось. Я тут обмолвился на работе, что ты познакомилась с его сыном, и один из моих коллег, который жил по соседству, когда Грей женился, рассказал, что его жена была первостатейной стервой. Ходят слухи, что она нарочно забеременела, чтобы женить Харди на себе. Однако как только стало ясно, что, несмотря на свое богатство, он не собирается вести бурную светскую жизнь, она взяла и ушла от него, лишив возможности видеться с ребенком. Кажется, она даже пригрозила заявить, что ребенок не от Грея, если он попытается обратиться в суд… но при этом деньгами, которые он давал, отнюдь не брезговала. И все это, заметьте, я слышал от человека, который открыто признается, что, впервые увидев молодую жену Грея Харди, был сражен ее красотой наповал. По-видимому, это тот случай, когда внешность обманчива.

– Да, возможно, – вмешалась Долли. – Но если Грею Харди так хотелось видеть сына, то почему сейчас он держится с ним отчужденно и раздражается по всякому поводу?

Джошуа пожал плечами.

– Кто знает? Возможно, он боится подпустить мальчика слишком близко, а может, тот сам не хочет. Насколько мне известно, мать не упускала случая настроить сына против отца. Мало ли, что она про него наговорила? Да, Грею сейчас туго приходится.

– Что ж, будем надеяться, он найдет женщину, которая сможет заботиться и о нем, и о его сыне. Фредерик уже однажды пытался сбежать, а в его возрасте дети особенно ранимы. Страшно подумать, что с ним могло бы случиться, не найди его Джессика.

– Я его не находила, – уточнила Джессика. – Можно сказать, он сам меня нашел. – Она с тревогой посмотрела на сестру. – Как ты думаешь, Долли, он не попытается сбежать еще раз?

Не далее как сегодня днем Джессика пыталась ненавязчиво внушить Фредерику, что нельзя убегать из дому. По-видимому, бабушка предупредила его, что опасно разговаривать с незнакомыми людьми, особенно на машинах, но не объяснила почему. Джессике хотелось подкрепить предостережения конкретными примерами, но, с другой стороны, она сомневалась, вправе ли вмешиваться в воспитание ребенка, не имеющего к ней никакого отношения.

– Так приглашать нам его или нет?

Задумавшись, Джессика не слышала, что Долли и ее муж обсуждают предстоящий званый обед. Более того, сестра спрашивала у нее, стоит ли пригласить Грея Харди.

– Не спрашивайте меня. То есть…

– Ты ее смутила, – сказал жене Джошуа, но тем самым еще более усилил ее смущение.

– Ах, Джессика, прости, я вовсе не пытаюсь вас сосватать, – быстро сказала Долли, – просто мы с самого переезда сюда еще не разу не устраивали настоящего званого обеда. К тому же я почти закончила большой заказ, и во мне как всегда просыпается жажда деятельности. Правда официально сезон званых обедов начнется позже, когда закончатся школьные каникулы, но некоторые правила иногда не грех и нарушить.

– Ладно уж, признайся честно, что тебе просто любопытно познакомиться с Греем Харди, и а это единственный приличный способ удовлетворить твое любопытство, – поддразнил Джошуа.

Теперь покраснела уже Долли.

– Конечно, мне любопытно, – оправдывалась она, – а от Джессики никакого толку. Как сказала моя домработница, «это настоящий мужчина, вы понимаете, что я имею в виду», – повторила она, подражая говору Эмили. – Но ты, Джессика, вообще не рассказывала о нем как мужчине. Единственное, что я услышала, так это что он недостаточно хороший отец.

Долли с интересом посмотрела на сестру.

– А он действительно такой супермен, как считает Эмили?

– Пожалуй, я бы его так не охарактеризовала, – честно призналась Джессика.

Но, даже отвечая на вопрос сестры, она чувствовала, что говорит не всю правду, и очень отчетливо помнила ощущения, в которых не желала признаваться даже себе самой. Джессика помнила свою физическую реакцию на Грея Харди, помнила, как ни с того ни с сего вообразила, что он собирается ее поцеловать, даже почти ощутила прикосновение его губ…

– Честно говоря, я не очень к нему присматривалась, – солгала она. – Меня больше интересуют его отношения с Фредериком.

– Значит, ты не будешь возражать, если я приглашу его на обед? – лукаво поинтересовалась Долли.

Что она могла ответить?

– Нет, я не против, если только мне не придется сидеть с ним рядом, – как можно безразличнее ответила Джессика.