Возведение (СИ) - Гуринов Александр

Что примечательно, ценность данной валюты практически не падает. То есть, инфляция у неё есть, но настолько медленная и малая, что происходит едва ли не деинфляция. Причиной тому является то, что количество Дрейков не может расти быстро! Даже если прямо сейчас королевства и прочие государства найдут богатые месторождения золота, быстро увеличить количество Дрейков не получится — мастера ювелиры, что их изготавливают и пускают в экономику государства, не так многочисленны и просто физически не способны быстрее работать, сохраняя качество. Отсюда ситуация, когда ценность Дреков не падает, ведь количество душ растёт, и пропорционально количество этой валюты едва успевает пополняться, чтобы покрывать нужды экономики государства.

Вообще, история Дрейков, как довольно необычной валюты, меня заинтересовала. Как так вышло, что во всём известном Урелу регионе государств принята одна валюта? Даже ценность во всех ближайших странах практически одна! И мне безумно интересно, как протекали события тут в прошлом, что все пришли именно к такому решению?

Однако, как уже сказано, Дрейки, это валюта для высшего класса жителей государства, занимающихся высочайшее положение! То есть, знать и маги. Для всех остальных иметь хотя бы один Дрейк, это… ну, это невероятно. Это, словно житель России внезапно окажется владельцем слитка золота. Что скажут остальные? Украл! Здесь примерно то же отношение. У простого человека не может быть Дреков — слишком они ценны! Потому, в обычном народе намного больше в ходу другая валюта — серебряная капля, кольцо и монета.

Это валюта, которой пользуются не знать, но и не бедные люди, эдакий средний класс. К таким, чаще всего относятся высококлассные ремесленники, вроде кузнецов, плотников, мастеров-каменщиков, торговцы, дети всех вышеперечисленных людей, а также, те из знати, кто обнищал в прошлом. Из этого класса денежных единиц, серебряная капля — маленькая шляпка серебра, не чистого, само собой, который похож на каплю воды, что упала на стол. Кольцо — аналог Дрейков, в общем-то, основная денежная единица для такой группы людей. Аналог сотенных купюр в России. А вот монеты, куда как более ценная единица, представляет собой, собственно, монету из сплава серебра и нескольких других металлов. Собственно, её легко можно сравнивать с тысячными купюрами в России, когда я в ней жил.

А вот у более бедных классов всё не так хорошо и разнообразно. Среди них в ходу только одна денежная единица — медное кольцо. Опять же, подражая Дрейкам, это просто медное кольцо. И всё. Больше ничего нет! Более того, из того, что знал Урел, даже эта денежная единица все больше уходит из экономического оборота, а самой минимальной денежной единицей все больше становится серебряная капля. Люди со всё большей не охотой берут Медный Дрейк, всё чаще отказываясь принимать эту единицу, как оплату труда или товара.

Держа в руке собранные денежные средства, я, вместе с тем, проводил полное их сканирование и молекулярно-атомарный разбор парочки образцов, чтобы сохранить в памяти схему-модель их построения.

Через двадцать минут хождения по улочкам грязного города, мы, наконец, добрались до здания, которое, судя по памяти Урела, и является гостиницей Румбель.

Зайдя внутрь, стало понятно, почему это место считается чуть ли не элитным и имеет очень не малую цену среди всего остального города.

Внутри было чисто, приятно пахло свежей едой и выпечкой, не было запаха дешёвого алкоголя, народ тут не шумел, да и вообще народа, как такового тут не было, лишь несколько человек сидели за столом и, довольно тихо переговариваясь, что-то ели. Столики, кстати, тут были расположены вдоль стены и огорожены друг от друга небольшой перегородок, что невольно навевало воспоминания о какой-то кафешке на Земле. Только тут антураж был куда как более… старым.

— Иди, закажи нам комнату, или две, если получится, — повернулся я к Урелу, передавая все ранее набранные деньги, в том числе и те, которые разобрал на атомы, просто собрав их вместе вновь, а сам направился за столик. Тут они почти все свободны, так что выбор был велик…

Через несколько минут вернулся Урел, что сразу сел ко мне за столик.

— Всё готово, Господин. На две комнаты не хватило, но на одну с двумя кроватями оказалось достаточно, ещё и на еду осталось. Надеюсь, вы не против, что я попросил принести нам ужин, а так же подготовить для нас ванные. Если бы не цены, я бы сказал, что это самая лучшая гостиница, в которой я бывал! — с заметной улыбкой сказал он, явно довольный от того, что оказался в знакомо ему мире, в знакомой и даже привычной обстановке, в которой он жил с самого детства и от которой хоть и отвык за эти годы, тем не менее, она ему более привычная и приятна, чем жизнь в лесу и на те капли, что он зарабатывал с продаж товаров из Степей.

— Вот и хорошо… — кивнул я, — Но на будущее запомни, что еда мне практически не требуется, её мне заменяет многое другое, так что, если у меня будет желание поесть, я тебе об этом скажу или сам займусь данным вопросом.

— Как это, без еды? — не совсем понял он.

— Мне её заменяют альтернативные методы получения энергии, функция получения строительного материала у меня устроена совершенно иначе, нежели у людей. Впрочем, не важно, ты вряд ли поймёшь краткое объяснение.

— Ничего, я никогда не интересовался магией и чем-то, что не входит в круг интересов человека знатного рода. Экономика, финансовое дело, торговля, земельном управление… это, да и не только, то, в чем я неплохо разбираюсь.

В этот момент нам стали приносить к столу еду. И, надо признать, хоть стоило это не мало, но и количество еды было огромным, а также разнообразным. Подобие салата, который, пока мы оный уплетали, дополнился вялеными нарезками мяса, позже принесли уже зажаренное мясо, потом какое-то подобие супа, и всё это сопровождалось мягким, явно свежим хлебом, который, непонятно, покупали где-то рядом или готовили тут же.

Надо признать, что хоть само тело у меня не человеческое, чувствительность и органы восприятия у меня намного лучше, так что и вкус хорошей пищи я ощущал куда как лучше, чем довольный Урел.

Глава 7

— Итак, — начал я разговор, стоило нам устроиться в ванных. Всего их тут было шесть штук, каждый из которых представляла из себя огромный деревянный чан с водой, в который может поместиться даже такой крупный человек, как я, и не чувствовать недостатка места. — Ты решил для себя, что тобой движет, Урел?

— Я… долго сегодня раздумывая об этом… и понял, что главное для меня — отомстить за дорогих мне людей. Отомстить, чтобы они могли успокоиться, зная, что их убийцы и мучители пережили их не намного дольше и пали они от моего имени, из-за того, что они совершили. Однако, что до того, как они умрут… мне всё равно. Конечно, у меня есть предпочтения… — сказал он, чуть сильнее погружаюсь телом в воду, полностью погружая бороду и частично длинные стальные волосы в воду. — На протяжении практически трёх лет я часто представлял в голове, как стою перед ними, с оружием в руках, а они стоят передо мной, отчаявшиеся, осознающие свою скорую смерть, осознающие, что они вот-вот умрут от моей руки, осознающие, что они и весь их род будет прерван навсегда за то, что они совершили! Я не раз представлял где-то внутри, как смотрю в глаза тех, кто с улыбкой смотрел на то, как король, на которого я возлагал надежды, прогоняет меня прочь и забирает у моего рода земли и владения, оставляя лишь немного денег на существование, а незадолго до этого, и вижу в них мольбу о сохранении жизни, может, даже, даю немного надежды… а затем лишаю их и её, медленно убивая их на глазах друг друга…

Урела явно понесло. Он погрузился в свои мысли и искренне говорил о том, что представлял и о чем мечтает, лишь в конце опомнившись где находится и с кем говорит.

— Простите, Господин, я понимаю, что мои мысли… могут быть странными для других и казаться чудовищными… — начал быстро говорить он.