Фестиваль (СИ) - Алексеев Александр

Я вам что? Пушкин что ли? Он за долги с листа стихи сочинял... Эй, вы там наверху... Подкиньте комсомольскую песню про Ангару. Ну, хотя бы за увиденную, благодаря мне, "битву тортами". Обещаю, что буду регулярно устраивать подобное, чтобы повеселить вас... (Соврёшь - не дорого возьмёшь!)... Э-э, это я не вам...

Тут же получаю нужную песню. Пока слушал с закрытыми глазами, комсомольские боссы притихли. Видать, поняли, что творческому процессу мешать нельзя... Вот так и рождаются легенды про гениальных поэтов.

Чтобы мне такого попросить у этих прохиндеев? А попрошу-ка я назначить моим замом товарища Плэнглин. Она в Москве постоянно, не в декрете(мысленно крещусь), языки знает, с головой почти всегда дружит...

Озвучиваю просьбу. Начальство кривиться, как лимон съели. Видать, читали её досье в моей команде.

- Понимаешь, Юра. - начинает самый молодой политбюровец, - Эта девушка - случайный пассажир в наших рядах. Не чувствуется в ней желания строить коммунизм. Таких к сожалению сейчас много и в комсомоле и в партии. Нужна чистка рядов, а у нас загоняют в ВЛКСМ всех подряд... Не... Плэнглин - не вариант.

Выслушав Шелепина, я начинаю рисовать картину заблудшей души, как она стремиться к светлому и прекрасному, какой она талант и умница, прекрасный друг ( чуть не сказал с огромным сексуальным горизонтом... ).

Короче, пообещал я им песню и... Рисую по памяти эмблему того Московского Фестиваля 1957 года. Середина - земной шар и пять лепестков-континентов, как на Олимпиаде - пять цветов. Девиз: За мир и дружбу!

- А ты знаешь, - кивает головой Шелепин, покрутив набросок в руках, - В этом что-то есть. И не сложно... В понедельник будем подводить итоги конкурса на эмблему. (Семичастному) Володь, оформи это, как заявку от Жарова. И пусть наш художник получше нарисует...(мне) Значит, ручаешься за Плэнглин головой? Юра, ты что, Кощей бессмертный? Она же подведёт тебя под монастырь!... Ручаешься? Ну, лады. Пусть за тебя ходит... (Пожимаем руки).

Ну, если эта советская "Агата Кристи" только попробует не ходить?! Колобок её на себе целый месяц домой таскал, а я - так вообще её Спаситель!... Йо-хо, одной проблемой будет меньше!

Встречаю в цэковском коридоре товарища Бояринова. Ну, того с которым самолёт в Корее сбивал...

Молодой подполковник тянет меня в столовую, видать что-то нужно от меня.

В очереди трепимся про киношных героев-разведчиков, которые глубоко внедряются в чужой стране. Спрашиваю, знает ли Григорий язык. Знает. А не захотел внедряться из-за жены и ребёнка:

- Некоторые папаши по 10-15 лет не появляются дома. Не видят как дети болели, как пошли в школу, как её закончили и пошли в институт, как появились внуки. А потом раз - появляются и начинают качать права, типа вы же зарплату мою получали...Их не колышет, что весь двор думал, что у детей нет отца, а у их матери нет мужа...

А ведь и правда. Я с этой стороны про разведчиков как-то не думал...

Подполковник же, сделав участливое лицо, спрашивает типа по-приятельски:

- Юра, ты же Василию Сталину всякую пургу на совещаниях нёс, а потом она оказывалась ценной информацией. Меня тут сватают на начальника отдела в формируемый Комитет Государственной Безопасности к генералу Серову. Мне нужен толковый аналитик. Пойдёшь? По деньгам правда пока не очень, но в перспективе...

Отказываюсь, мол, футбол-хоккей, сборная и всё такое... Бояринов кисло улыбается:

- Ну, хоть расскажи, что в Париже интересного видел-слышал... Мне сейчас каждое зёрнышко, как каравай...

С гэбистом лучше дружить, мало ли что...

- Читал где-то там... У американцев фирма IBM объявила о разработке новой компактной вычислительной машины. Наши же собираются такую технику у Лёвы Булганина для ПВО и наводки истребителей использовать. Только наша машина слишком велика... Вот если бы была как американская...

И смотрю на подполковника... Тот, записав импортное название, кивает, мол, понял - нужно внедрить в IBM надёжных товарищей...

- А ещё, - продолжаю я, уже озвученную Молотову, но, возможно, затерявшуюся информацию, - В Персидском заливе султанат Маскат продаёт портовую деревушку в Пакистане. Там, если постараться, со временем можно военно-морскую базу построить и контролировать ситуацию в этом нефтеносном регионе, а нефть, как известно, - кровь войны...

Снова записывает и повторяет:

- Юра, а может пойдёшь? Со временем я тебя в замы выведу. На майорскую должность, а там...

- Не, - прерываю я Бояринова, чиркаю ему в блокнот номер, - Вот клубный телефон в Горьком. Звони, если что.

Вечером подъезжаю на "Эмке" с замазанными грязью номерами в условленное место. Начало смеркаться. Из разных сторон, как капельки ртути, сходятся персонажи "тайного братства" с новоявленной сестрой. Быстро садятся Старков, Карпов и прокурорша Ольга.

А ничего так. Симпотная. Как я понял, я нужен в этом деле, как водитель "кобылы". Всё остальное сделают эти "мстители". Я же, блин, больше никогда-никогда... Э, харе, трястись! Смотри на дорогу! Чуть кошку не задавил...

Останавливаюсь за пару домов до нужного нам. Из-за плетня выходит дежуривший "дядя Вова" и докладывает, что объект на месте, а его охранник днём куда-то ушёл и ещё не вернулся.

- Так даже лучше, - говорит Карпов, улыбаясь, - Работы меньше. ( и мне ) Моргнёшь фарами, если что.

На пустынной улочке дачного посёлка не было фонарей. Корме нужного нам дома света в окне нигде не было. Команда двинула на дело.

Ох, побыстрей бы. Что-то стрёмно, - думаю я усаживаясь в "Эмку".

Минут через пять я увидел в зеркале заднего вида приближающегося мужчину. Тот шёл по противоположной теневой стороне улочки сгибаясь под плетнём. Луна светила неярко, но я, на всякий случай, сполз с сидения, чтобы мужик меня не увидел с той стороны дороги. Прохожий почти дошёл до калитки и присел под забор, увидев вышедшего во двор Медведева. Как я понял, охранник преступника, срулил в соседний двор и исчез за сараем...

Медведев ушёл в домик. Моргать бесполезно и опасно. Иду в соседний двор за охранником. Через лаз в заборе пролезаю во двор нужного домика. Вижу из-за кустов, как верзила вышел из сарая, держа в руках что-то похожее на немецкий автомат МП-40, который в простонародье неправильно называли "Шмайсер".

Неприятель не пошёл во входную дверь дома, а проследовал к светящемуся в сторону улицы окну.

Э, да он так там наших на раз положит...

Я ускоряю шаг, надеясь напасть на охранника сзади, но, нога предательски чавкает в грязи и громила оборачивается. Спускает курок, наставив на меня дуло. Осечка! Я лечу на него со всей дури, но, подскользнувшись в последний момент, вместо сокрушающего удара изображаю лёгкий толчок. Верзила, выстояв, оттолкнул меня автоматом, да так, что я упал на спину на доски у входной двери. В два шага гигант приблизился и поднял заклинивший автомат, чтобы раскроить мне башку... Тут из двери стремительно выпрыгнул Карпов и резко ткнул в верзилу ножом в спину. У меня хватило ума сделать перекат. На моё место рухнул охранник, саданув по деревяшке железом...

Пока я приходил в себя, громилу уволокли в дом, смыли кровь с досок у двери... Старков с ухлылочкой подкатывал к прокурорше, а та, тоже с ухмылочкой его посылала.

Психи, - думал я, чапая к машине, - Кругом одни маньяки в погонах. Только я да Медведев нормальные...

Сажусь на водительское кресло, тут рядышком усаживается нормальный "дядя Вова" и, вытирая тряпкой кровь с финки, говорит мне:

- Смирный, чего ждёшь? Дом минут через пять полыхать начнёт... Хочешь, чтобы нас усекли?

И ты, Брут? - по-цезаревски подумал я, глядя на годящегося мне в отцы "неуловимого мстителя" и завёл мотор.