S-T-I-K-S. История Маньяка (СИ) - Сиянов Дмитрий

Окликнул Маньяка мужичок (именно мужичок, по-другому не скажешь), одетый в брезентовый плащ, серые видавшие виды брюки, заправленные в кирзовые сапоги, его голову прикрывала панама, по стилю идеально подходившая к штанам и плащу. Из-под панамы выбивались крупные кудри светло-каштановых волос. Лицо с маленькими хитрыми, но добрыми глазами украшала рыжеватая борода и пышные усы того же цвета.

У ног мужичка настороженно замерла крупная лохматая черная собака с короткой и широкой мордой. Породу друга человека Маньяк вот так сразу определить не взялся, но в предках животного явно отметились кавказские овчарки или алабаи. Собака смотрела на Маньяка настороженно, но без враждебности. Будто бы не могла решить, друг стоит перед ней или враг.

Хозяин, подобно своему питомцу, смотрел на Маньяка спокойно, с хитрецой в глазах, но дружелюбно. И тоже не проявлял враждебности, это Маньяк чувствовал на уровне инстинктов. Однако в его руках был охотничий карабин. Оружие было не новым, но заметно, что за ним тщательно ухаживали. Держал его мужичок в положении «патруль», и держал уверенно, умело. И это тоже не укрылось от взгляда Маньяка.

- Человек прохожий, – пожал плечами Маньяк и, вспомнив о вежливости, добавил: - И тебе не хворать.

- Так откуда и куда проходишь, прохожий? – настоял на своём мужичок.

- От Пекла иду к Удавке, – ответил Маньяк. Тайну он из своих планов делать не видел смысла.

- Неблизкий путь, – покачал головой мужичок. Подтверждая предположение Маньяка, что это не случайный лесник, попавший под перезагрузку, а вполне себе рейдер Улья. – Так, а сам-то кто будешь?

Маньяк с пониманием отнёсся к расспросу, если не сказать допросу, мужичка – это встреться два человека в лесу его прошлого мира, такое поведение можно было бы счесть неуместным, но здесь Улей, здесь надо ясно понимать с кем общаешься и можно ли поворачиваться к этому человеку спиной. Это правило, конечно, работало и в противоположную сторону, но карабин в руках у мужичка, и он готов пустить его в ход, а значит, отвечать первым Маньяку.

- Меня Маньяком кличут, – мужичок при этих словах усмехнулся. – Был стронгом, теперь просто рейдер, – продолжил свою краткую биографию Маньяк. – Пока одиночка.

- И за что же тебя из стронгов погнали? – с усмешкой осведомился мужичок.

- За излишнее чувство юмора, – вернул усмешку Маньяк. И добавил, решив быть до конца откровенным: - И за косорукость…

- Понимаю, – ещё шире заулыбался мужичок. – А что же стронги у Пекла делали?

- Есть отряды, которые и там, и там промышляют. И не без успеха. Промысел-то схожий, и там на опасных зверей охотится, и там. Только специфика разная, но это уже детали.

- Специфика… даа… – поживал губами мужичок, отчего его косматая борода и усы еще больше заершились. Постоял недолго в раздумьях, а потом неожиданно спросил: - Это из отряда Мёртвого, что ли?

- Нет. Нерв у нас за командира ходил, – без раздумий ответил Маньяк.

- Ну, что ж, Маньяк. Заходи, гостем будешь, – предложил мужичок, махнув рукой. Видимо, Маньяк прошел последнюю проверку и был признан достойным доверия. – Ты ведь не сильно, я смотрю, торопишься? По лесу гуляешь.

- Не сильно, – согласился Маньяк. – А…? – Маньяк указал рукой на табличку, предупреждающую о минах.

-А! Да нет тут никаких мин, что ты? – коротко расхохотался так и не представившийся мужичок. – Откуда им в лесу-то взяться, минам-то? Волчьи ямы в три ряда нарыты, это да, по всей границе стаба. Я нарыл, от мертвяков. Вот тут проходи, – и он показал Маньяку на едва различимую в траве тропинку. – Гости у меня нечасто бывают, заходи. Меня Ёрш зовут. Меня когда рейдеры нашли, я весь взъерошенный был, да. Ну и ершистый, да, а как тут не быть ершистым, когда вокруг такое?

Когда Маньяк подошел к Ершу, собака подалась вперёд. Понюхала протянутую Маньяком ладонь, пару раз неуверенно махнула хвостом и позволила Маньяку погладить себя по лобастой голове. Вот теперь все проверки были пройдены.

Глава 6

- Я как попал сюда… в Улей этот, значит, – рассказывал Ёрш, сидя у добротно сколоченного стола с кружкой чая в руке. – По первому времени был совсем как пыльным мешком ударенный. Привезли меня, значит, в поселение, в стаб, да. А дальше - живи как знаешь. А у меня всё это в голове не укладывается: живчик пить надо, мертвяки эти, дар улья, кластеры, – последние слова Ёрш выговорил с явным усилием. – А я хожу, значит, как баран, глазами на всё лупкаю.

Насколько понял Маньяк, Ёрш прибыл в Улей из мира хоть и похожего на его родной, но сильно отстающего в техническом развитии. Во всяком случае о мобильных телефонах там слыхом не слыхивали, не то что о гаджетах. И воспринять Ершу новые жизненные реалии было куда как сложнее, чем современникам Маньяка, привыкшим к огромному потоку информации.

С другой стороны, суровые времена – суровые люди. В мире Ерша армия была в фаворе, как и физическая подготовка: многие владели оружием хотя бы на первоначальном уровне, у многих были значки ГТО, и носили их с гордостью. Сам Ёрш, по его рассказам, когда попал в Улей, мог с тридцати метров из гладкоствольного ружья попасть спидеру в голову, а из нарезного - так и с пятидесяти. А Маньяк, например, знал только с какой стороны у автомата пульки вылетать должны. Да что там Маньяк, многие его сверстники не способны без помощи гугла рис сварить. А уж если физическая культура – это либо спорт, на что способны далеко не многие (это ведь не хобби, а образ жизни), либо бодибилдинг (надо же хорошо выглядеть), и бодибилдинг, как правило, бездумный, где обладатель мускулатуры, внушающий не уважение, а скорее мысли о том, что Кинг Конг жив, пробежав 500 метров, умрёт. Причём без посторонней помощи – просто от сердечного приступа.

А еще Ёрш жил в небольшой деревеньке и был весьма немолод, когда кусочек его мира провалился в Улей, и простому деревенскому деду очень непросто пришлось в совершенно новом мире. Но он устроился, хотя и весьма своеобразно.

- Ну вот, пообтёрся я, значит, понял вроде что к чему, – продолжал свой рассказ Ёрш. – Людей хоть понимать начал, а то сначала-то совсем труба, говорят вроде по-русски, а я половину слов не понимаю.

- Ага, – усмехнулся Маньяк. – Я когда с подростками разговариваю, у меня тот же эффект возникает.

- Ну вот, понимаешь, значит, – улыбнулся Ёрш и продолжил: - И вот ведь какое ещё дело, я всё понять не могу: радоваться мне или плакать? С одной стороны, силы прибавилось, суставы крутить перестало, волос снова почернел. Даже зубы новые выросли. А с другой, каково с новыми людьми-то сходиться, на восьмом десятке лет-то? Да и бабка моя. И Васька, дружок фронтовой… Да! – Ёрш махнул рукой, видимо, не в силах высказать то, что творилось в душе. – В общем, Маньяк, подался я обратно к своей деревне. Я ведь хоть и старый, но не дурак, понял, как это работает всё… загрузки эти. Вот поселился тут. Избу сладил, хозяйством обзавёлся. А до деревни моей тут две версты всего, и ещё одна есть, в другую сторону, – Ёрш махнул рукой в сторону ещё одной деревни. – Но та совсем маленькая. Десяток домов, но к ней Улей колхоз пристроил, маленький… как это назвать по-новому? – Ёрш чуть призадумался, подбирая нужное слово. – Фермерское хозяйство. Вот! Главное, коровы есть, а ни выпасов толком, ни покосов, один лес кругом. Так Улей распорядился. – Ёрш посмеялся. – Так о чём я? Да, так вот, живу здесь, в деревню свою хожу. Не сразу после загрузки, а погодя, как там обратятся уже, но чтоб не окрепли ещё. Все думаю, может повезёт, и кто из моих живым останется… Ну, с иммунитетом, в смысле. А то… плохо мне без них. – Ёрш вздохнул. – Не должен человек один быть, плохо одному…

Маньяк сидел напротив Ерша и думал. Смог бы он вот так раз за разом убивать своих переродившихся близких? Это очень тяжело, видеть родного человека в таком состоянии. С другой стороны, у Ерша есть цель, есть надежда.

- Это сначала совсем тоска была, – продолжал Ёрш. – Но я работал, ямы капал. Ловушки делал, потом избу ставил. А за делами некогда себя грызть: пока можешь – работаешь, устал – спишь. А потом вот Полкан появился, вместе жить куда веселее стало.