Путь Геракла : история банкира Виктора Геращенко, рассказанная им Николаю Кротову - Николай Кротов

Председатель Moscow Narodny Bank (Московского народного банка) в Лондоне А. И. Дубоносов был одним из лучших и опытнейших наших банкиров. Возглавил банк он в мае 1959 года.

Узнал я о поездке так. Однажды прибегает ко мне в отдел Инесса Квиткина и говорит: «Тебя Дубоносов ищет!» Встретились с Андреем Ильичом в коридоре, и он мне предложил: «Я народ подбираю на перспективу и хочу, чтобы у них была возможность практику пройти за рубежом. Как вы относитесь к поездке в Лондон?» Я отвечаю: «К поездке отношусь положительно, только у меня с английским языком слабовато — все-таки кредитный факультет заканчивал, а не международный». На этом и разошлись. После этого обо мне не забыли, выделили учительницу, начал я учить разговорный английский язык.

Так я и попал на стажировку в Лондон. В это время (в марте 1963 года), кстати, произошел, вероятно, самый крупный в прошлом веке в Британии скандал с министром обороны Джоном Профьюмо, стоивший консерваторам власти. Этот министр, как говорят, под напором неопровержимых доказательств признался в том, что поддерживал любовную связь с callgirl Кристин Килер, которая, в свою очередь, была в близких отношениях с помощником нашего военного атташе в Лондоне Евгением Ивановым. Я с интересом следил за развитием событий по английским газетам.

Пробыл я в Лондоне недолго. Первая загранкомандировка, а особенно в такую страну, — как первая любовь. После возвращения — что бы вы думали? Я так и продолжал сидеть на своих рамбурсах. Подумалось тогда: «Ну зачем нужно было тогда меня посылать стажироваться? Я ведь за шесть месяцев, как-никак, чему-то научился».

После прохождения практики в Лондоне (март — сентябрь 1963 года) меня вызвали в кадры Госбанка и предложили: есть место в только что открытом Международном банке экономического сотрудничества (МВЭС). В экономический отдел — соответственно, экономистом. Оклад 300–350 рублей! Во Внешторгбанке такие деньги получал член правления! А расти мне до него…

Крошка сын к отцу пришел, и спросила кроха: «Что делать?» На этот сокровенный вопрос, занимавший российскую интеллигенцию не один век, мудрый отец дал простой ответ: «Решай сам! Деньги — конечно, это важно, но этот банк будущего не имеет — из переводного рубля ничего не получится! Ну, будешь ты сидеть, изучать конъюнктуру разных стран, составлять по ним справки. Что дальше? Сейчас ты на живом деле. Не движешься, возможно, из-за меня, но это временная проблема. Если хочешь научиться делу, продолжай работать во Внешторгбанке». Я послушал отца и опять не ошибся.

В то же время я сделал, как мне казалось, хитрый ход, пошел к своему бывшему начальнику отдела экспортных операций Юрию Александровичу Иванову. Он к тому времени был членом правления и начальником валютного управления. Пришел и спрашиваю: «Посоветуйте, что мне делать — сижу давно в отделе, выполняю механическую работу, хотя на практику съездил. Для меня что, другой работы нет?!»

А я не просто так пришел, знал, что только что освободилось место начальника отдела корреспондентских отношений со странами Европы и США управления валютно-кассовых операций — уехал на работу за границу Дровосеков, с которым мы были вместе на практике в Лондоне. Кандидаты на должность в отделе, конечно, есть, но, должно быть, в связи с уходом начальника отдела может произойти какое-то кадровое движение с появлением вакансий.

Я, кстати, был к тому времени уже членом партии.

И тут вдруг Юрий Александрович предложил мне вакантное место начальника отдела. Я, правда, помялся: «Не по Сеньке шапка! Есть более опытные…» Но заставлять себя долго уговаривать не стал. Так у меня повысилась зарплата аж на 15 рублей — до 140! Зато и работа была чрезвычайно интересной!

Часть 3

За рубежом

А где гарантия, что американские эскимосы примут его, бедного чукчу, к себе и поделятся Spearmint?..

Огромную роль в развитии Моснарбанка, да и в моей судьбе тоже, сыграл Андрей Ильич Дубоносов. Это была весьма значимая фигура. Ученик кровельщика, он в 1918 году вступил добровольцем в Красную армию. В 1921-м его направили в Москву на курсы ВЧК, а по окончании — на работу в Особый отдел Московской области. Работая там, он поступил на заочное отделение рабфака, окончив которое, смог перевестись на работу в Госбанк и поступить на вечернее отделение Промышленно-экономического института. После его окончания Андрей Ильич был командирован в 1930 году Госбанком в Харбин на пост директора Дальбанка. Так, оставив работу в «силовых» органах, он начал совсем иную жизнь.

В Китае А. И. Дубоносов проработал два года и вернулся на работу в Госбанк. А летом 1939 года Андрея Ильича командируют в Лондон с проверкой деятельности советской по капиталу, но английской по регистрации Черноморско-Балтийской страховой компании — Black sea and Baltic Insurance company, часто именуемой в России «Блэкбалтси». Но вернулся в Москву он лишь через шесть лет, после окончания войны, став в Лондоне управляющим проверяемой компании. А. И. Дубоносов, в частности, страховал английские суда, возившие в Россию грузы по ленд-лизу (неплохо заработал на этом для страны и вдобавок получил орден Трудового Красного Знамени), потом работал в Главном управлении советского имущества за границей (ГУСИМЗ).

И вот после поездки в Лондон на летнюю банковскую школу Дубоносову предложили возглавить Моснарбанк в Лондоне. В результате Андрей Ильич для Моснарбанка сделал очень много, значительно повысил его рейтинг и как банкир был признан деловыми кругами далеко за пределами лондонского Сити. Уже в первый год на посту «чермэна» (председателя правления) в 1959 году он оставил старое, плохонькое помещение банка, арендовав у английского частного банка «Браун Шипли» большую часть респектабельного пятиэтажного здания на Моргейт-стрит в центре лондонского Сити. Но и этого помещения для банка вскоре стало мало, и он организовал новый переезд — в новое восьмиэтажное здание в двух шагах от Банка Англии.