Околдовать разум, обмануть чувства - Екатерина Полянская

Между последним уроком и отработкой образовалось примерно полчаса свободного времени. Я купила пирожок с вишней, кофе и присела во дворе у фонтана. Как-то не заметила, что на другой стороне за статуей красивой аллиночки в пышном платье сидит кто-то еще.

– Привет, Катарина, – прозвучало противное, шепелявое.

Я вздрогнула.

Этот голос в Колледже знали все. Глэни Блат. Сочувствующая.

Так называли людей, которые считали, что «ненормальных» притесняют несправедливо, и не боялись говорить об этом вслух. Они тут же становились изгоями. Их игнорировали и никогда не упускали случая унизить прилюдно. Вот и в нашем Колледже училась одна такая. Я знала Глэни в лицо, но ни разу не заговаривала с ней.

И сейчас промолчу. В отличие от некоторых, мой инстинкт самосохранения еще жив.

– Не знаешь, ту девушку уже казнили?

Жар опалил лицо. И руки. Или это я кофе пролила?

Молчу!

Больше заговорить Глэни не попыталась.

Не чувствуя вкуса, я запихала в рот остатки пирожка, вытерла салфеткой руки и пошла в класс. Вряд ли Ковир рассердится за то, что ученица явилась на десять минут раньше.

Постучала, получила разрешение, вошла.

Ковир сидел за столом. Он снял пиджак и остался в одной рубашке. Я заметила, потому что у него он был интересного кроя: застегивался от горла до пола, и не на обычные пуговицы, а серебряными булавками с ониксами. Красиво и непривычно. Вся обстановка в классе показалась какой-то неформальной: немного встрепанный учитель, книга перед ним явно не из учебников, разлитый по чашкам чай и нарезанный пирог. Тот самый, яблочный.

И хотя куратор привычно хмурился, мне вдруг стало не по себе. Захотелось убежать. Ну или хотя бы отсрочить неизбежное еще на десять полагающихся мне минут.

– Проходите уже наконец, аллиночка Катарина! – потерял терпение Гардиан Ковир.

Нехотя я переступила порог и сделала еще два шага.

За спиной щелкнул замок.

Я обернулась. Никого. Но как?! Ковир сидит за столом, он бы не дотянулся, а остальные разбрелись по мастерским, в это время Колледж почти пуст. Неужели он тоже «ненормальный» и может двигать предметы на расстоянии?! Иного объяснения у меня просто нет…

– К-как… в-вы это сделали?

– Под учительским столом есть кнопка, блокирующая двери, – невозмутимо ответил куратор. А мне стало стыдно не за то, что подумала, просто чуть не ляпнула вслух! – Садитесь, аллиночка Брей.

И он указал на стул за первым столом. Как раз тем, на котором дожидался чай с пирогом.

Положа руку на сердце, было немного страшновато, но я подчинилась.

– В этом и заключается отработка? – А что, имею я право поинтересоваться своей судьбой?

Впервые он искренне улыбнулся. Почти незаметно уголки губ приподнялись.

– Вы должны помочь мне справиться с последствиями заскока других аллиночек! Думаю, это будет справедливо.

Учитывая, что проступка за мной нет и Ковир прекрасно осведомлен об этом, чай с пирогом – идеальное наказание. Рука сама потянулась к понравившемуся куску. Но я не такая дурочка, чтобы решить, будто все окажется так легко. Он будет говорить гадости?

– Логичнее было бы пригласить кого-то из учителей, – сообщила куратору, прожевав первый кусочек. – Или учительниц.

Поскольку остальной учительский состав все еще активно интересуется новым коллегой, я сделала вывод, что Гардиан Ковир не торопится вливаться в их ряды. Новый учитель предпочитал держаться особняком, на переменах отсиживался в классе и уже считался нелюдимым. Это плохо. Очень плохо, если он собирается остаться здесь насовсем.

– Не поверите, аллиночка Брей, я так и сделал… – сказал он и досадливо поморщился.

Если бы не это, я бы не стала спрашивать!

– И что? Неужели они не пришли?!

Второй раз за день мне стало его жаль… Немножко, самую малость.

– Шутите? Конечно, пришли, им же любопытно. – А вид у нового учителя все равно оставался такой, словно у него зуб болит. Сильно. – Или думаете, мне одному под силу справиться со всей снедью, которую здесь оставили ваши подружки?

Я окинула взглядом опустевший стол. Ладно, признаю, сыщик из меня никакой.

– Но колбаски, которые принесла Виса, оказались с курицей, а ваш директор ее не ест. Все знали, а я нет. Откуда?! В итоге ему стало плохо, а я с этого дня не только нелюдимый, но и подлый, заносчивый… Ну и так далее.

О, теперь мне его правда жаль! Я говорила, что у нас тут одна большая семья? Так вот, у всего этого есть и обратная сторона. Если не влился, жизнь малиной точно не покажется.

– Ужас! – выдохнула искренне.

– Ага, – кивнул учитель, на секунду забывшись. – Вот пожаловался и вроде полегчало.

Чай был удивительно ароматный, и пирог домашний, вкусный. К собственному удивлению, я смогла расслабиться. Но рано, Ковир снова стал собой.

– Что ж, вернемся к отработке, – проговорил медленно, со вкусом наблюдая за моей реакцией. А фиг тебе! Я сделала вид, что интересуюсь исключительно угощением. – У меня к вам деловое предложение, аллиночка Катарина.

– Правда?

Ковир поерзал на стуле, устраиваясь удобнее, и начал издалека:

– Поскольку с моим появлением в Колледже был введен новый предмет, мне предложили свою мастерскую. Все необходимое будет готово примерно через неделю, если, конечно, после случившегося я не впал в немилость.

Учитывая, какие люди тебе покровительствуют? Вряд ли. Произнести эту мысль вслух я не осмелилась, но ободряющей улыбки не пожалела. Хотя бы в благодарность за то, что поделился пирогом, он действительно замечательный.

– Катарина, вы в какой мастерской занимаетесь?

– В кремной, а что?

Вид у куратора стал искушающий и хищный одновременно: черты лица еще больше заострились, глаза прищурены, губы – ниточки. И этот голос… Завораживающий!

– Не хотите всерьез заняться опасными ароматами? Высокая отметка по всем моим предметам гарантирована. Как приятный бонус, оплата больше на десяток монет. И перспектива получить работу при Бастионе в дальнейшем. Ну же, Кат, соглашайтесь! Третий курс, пора уже задуматься о будущем!

Его голос журчал, приятно вибрировал, будто укачивая на своих волнах. А я сидела как громом пораженная. Он это серьезно?

Почему я?!

– От таких предложений не отказываются, Катарина, – подвел итог Гардиан Ковир.

В глубине души я это понимала, но…

– Опасные ароматы – это яды?

– Зачастую.

– И Сортировка может закинуть меня не только в Бастион, но и в один из Департаментов? – Этого я боялась больше всего, но и хотела втайне.

Такой успех! К тому же у себя под носом даже храны редко ищут.

– Вполне вероятно, если на то будет ваше желание.

Ого! Нехилые у него возможности. Или рисуется?

Дрожа, пальцы выбивали нервную дробь по столешнице.

– Можно мне подумать? – Иного ответа сейчас просто не было.

На лице напротив мелькнуло недоверие, но Ковир почти сразу взял себя в руки.

– До следующего понедельника. В начале недели я должен сформировать группу и предоставить списки.

Кое-какие правила приходится соблюдать даже протеже советника. Я кивнула и потянулась за развешенным на соседнем стуле плащом, но Ковир остановил:

– Еще не все, Катарина.

Застыла. Смотрю на него огромными глазами. Продолжит шокировать?

– Поскольку я все-таки ваш куратор, хотел поговорить о том, как моя ученица проводит свободное время.

Еле удержалась, чтобы не скрипнуть зубами. До всего ему дело!

– Могу распоряжаться им, как пожелаю!

– Несомненно, – несмотря на мою эмоциональную вспышку, Ковир остался спокоен, – но хочу предостеречь. Для женщины важно завести семью, а значит, вас в отдаленном будущем ожидает третья Сортировка. Постарайтесь обойтись без сердечных привязанностей, от них потом бывает больно.

Скажи он это другим тоном, я бы еще больше разозлилась. Но слова мужчины звучали так… понимающе, прочувствованно, что я ограничилась сдержанным:

– Спасибо за совет.

– Обращайтесь, – снова чуть заметно улыбнулся он.

Подхватила верхнюю одежду и устремилась к выходу, а вдогонку услышала:

– И не вздумайте мазать на себя тот крем, что я задал приготовить к завтрашнему уроку.

Вот еще! Совсем дурочкой меня считает?!

Тем не менее я остановилась.

– Феталлин Ковир, можно спросить?

– Попробуйте. – Учитель слегка удивленно и пристально посмотрел на меня.

Ну что, Кат? Сейчас или никогда!

– Что делают с теми, в ком заподозрили «ненормальные» способности? – Сердце билось быстро-быстро, как у загнанного зайца. Я не должна даже упоминать об этом! Глупо так рисковать. И все же…

– А конкретно – с нашей бывшей первокурсницей? – Ковир, как всегда, отличался проницательностью. Даже страшно порой становилось от его умения быстро поймать суть.