Сокровище для непримиримых принцев. Возвращение - Анастасия Берг

на попытки что-либо обдумать, мозг быстро уволакивал меня в царство Морфея. Было нежно, и сладко, а меня будто убаюкивал ветер, положив на что-то более мягкое чем диван. Наверно, на облачко.

Сильный аромат круассанов и кофе из темнообжаренных зерен поднял лучше будильника. Здравствуй новый день и новые свершения!

Я открыла глаза и тут же закрыла. Точно, слепота не исчезла. Вдох– выдох.

Итак, главная задача на день – узнать, почему я эпизодично начинала видеть и имеет ли это хаотичный или следственный характер?

А еще, откуда у Карэла такой невероятный голос? Этот вопрос был, конечно, риторический, но уж очень мне понравилась его колыбельная. А главное, у нас были схожие интересы в музыке.

Переключилась с воспоминаний на ощущения, и поняла, что раскинулась звездой явно не на диване, потому что мою спину обволакивал мягкий матрас. Очевидно, меня перенесли.

– Добрый день. – Донеслось сбоку. Карэл стоял где-то в углу.

– Привет, – ответила с улыбкой. – Уже обед?

– По времени да, но у тебя завтрак.

Как скажете, сэр.

– Я с удовольствием! – привычная мысль о том, что меня могли сейчас отравить задержалась ненадолго. Если бы от меня хотели избавиться, сделали бы давно. Я всю ночь пролежала беззащитной!

Особо не церемонясь, уселась по-турецки прямо на кровать и нашла усилившимся обаянием ароматную французскую вкусняшку рядом на журнальном столике. Мне показалось, что сейчас по запаху я могла найти любого, и в подтверждение своим словам опять унюхала неподалеку собаку, живущую в их большом доме. Точнее было сказать – особняке.

– Какая порода, кстати? – спросила так, будто предыдущие мысли тоже произнесла вслух и откусила выпечку.

– Мм?

Не произнесла. Доев первый круассан, расщедрилась на объяснения.

– У вас тут пес, отчетливо чувствую его запах. На заданиях помогает, наверно. Породистый?

– Лабрадор-Ретривер. – Мужчина ответил, чуть помедлив, как будто не мог вспомнить, а меня обволокло прохладой.

– Ууу добрячок, красавчик! – сразу представила эту моську, выыпив грячий напиток, чтобы согреться..

В ответ кашлянули.

– Это с виду. Он может феноменально запоминать много запахов одновременно, в розыске равного нет, в охоте и охране тоже. – Немного уязвленно презентовали мне своего питомца.

Ого, это было нетипично для породы. Хотя меня сейчас тоже хоть в поиск отправляй, с моим-то обонянием. Может у пса эти способности так же приобретенные?

Обдумала идею, укусив очередную сильно пахнущую булку.

– Карэл, давай определимся, мы хоть примерно по одну сторону? – выговорила четко, доев очередной круассан и отпив глоток ароматного напитка.

– Вот и мне интересно узнать. – Ответили задумчивым безэмоциональным голосом.

На этом диалог прервался, вокруг послышались какие-то шаги, а завтрак явно пополнили чем-то более существенным. Карэл сел рядом, погладив по плечу, но боясь придвинуться ближе. Я его понимала, нас все еще беспощадно тянуло, и чем больше мы узнавали друг друга, тем сильнее.

– Может все-таки сначала нормальной еды? Тут овощная фриттата и жаркое. – Мне намекали на то, чтобы прекратить насиловать организм сдобой.

– Да, пожалуй.

Следующие минуты я охотно вкушала итальянский омлет, и без зазрения совести попросила добавку. Ну, а что? Труд у меня физический и умственный. А умные мысли, как известно, требовали хорошей подпитки. Да и усилий на противостояние нашей страсти и удержания сознания трезвым я тратила много.

– Не расскажешь, что у вас за интересные штуки хранятся в том кабинете? – спросила невинным голоском, немного ожидая, что удастся склонить мужчину на откровение. После пережитой близости, разговоров, колыбельной и кофе в постель – имела право!

В ответ хмыкнули.

– Не могу Лиза, не моя тайна.

Значит брата все-таки. Я сжала губы, почувствовав легкий укол обиды.

– Ну и ладно. Я тоже буду молчать. – Буркнула для виду.

– Лиза.

– Что Лиза? Я уже двадцать семь лет Лиза.

– Малышка. -Раздался тихий смех.

– Чтоо?

Какое предвзятое отношение к возрасту и умелый перевод темы!

– Какая я малышка? С двенадцати лет сама за себя, мудрая не по годам, потому что выживание – мой конек! – отрезала и заткнула себя очередным кусочком омлета..

Меня все-таки удостоили легким поцелуем в плечо, что немного сбавило мой пыл.

– Тебе сорок, пятьдесят ? По голосу не скажешь.

– Пусть будет где-то так.

– Тут разброс в двадцать лет, ты уж определись!

Мужчина хмыкнул и я уже смирилась, что ответа мне не ждать, но после непродолжительного молчания меня огорошили.

– Мне очень много лет, Лиза, я метаморф.

Я замолчала только, потому что подавилась. И, только приложиив титанические усилия, проглотила кусок.

Кто ж такое говорит за едой? Метаморфы – это кто вообще? Люди со способностями преобразования, превращения? В базе таких осмысленных Homo sapiens явно не было, а уж я-то вначале успела залезть в каждый корпус!

Собралась с мыслями, замаскировав этот процесс за желание доесть завтрак.

– Ты родился таким? – приглушенно и все еще недоверчиво спросила после последнего кусочка. Отпила уже остывший кофе.

– Не совсем, скорее меня таким сделали.

Было видно, что говорить Карэлу не хотелось, но он сам начал!

– Извини, но кто? – спросила ровным тоном, поддерживая профессионализм.

Услышала вздох.

– Не честно, – хмыкнул он. – Ты же знаешь, что я не смогу тебе соврать.

Укор в его голосе заставил смутиться. Вспомнила, что обманывать напрямую мы не способны, ложь ощутилась бы предательством из-за нашей связи. А вот бесконечно юлить – пожалуйста.

Я осторожно поставила кружку, и на ощупь, обходя стратегически важные места его тела, нашла ладонь, сжав ее пальцами. Мужчина охотно сплел пальцы в ответ.

– Слушай, я просто хочу сильнее узнать тебя. Я не знаю откуда у нас эта сильная связь, страсть и желание быть искренними, но если мы хорошо друг друга узнаем, все это хотя бы будет иметь смысл.

И мужчина, проникнувшись моей речью, незамедлительно решил меня убить.

– Мне сто пятьдесят.

Я забыла, о чем думала, и уткнулась в одну точку где-то внутри своего сознания. Наверно, все эмоции отражались на моем лице.

– Примерно. Не стоило говорить. – Последовавший сокрушенный вздох вывел меня из коматоза.

Мужчина! Не мог! Лгать! Я наконец-то обрела дар речи:

– Вот это да! – восхищенная улыбка поползла вверх.

Невероятная информация о такой длительности жизни приоткрыла дверь к безграничным возможностям и исследованиям новых способов жизни, план которых тут же возникал в моей голове, порождая кучу вопросов.

– То есть ты пережил обе войны и революции? Ты всегда жил в этой стране? А родители тоже такие? И какой максимальный возраст у таких, как ты? И еще… мозг сильно стирает воспоминания столетней давности? Ты один такой? И, вообще, как удалось скрывать это?! И смогла бы я так? Что для этого надо?…

Словесный поток продолжался,