Проект Нужные дети - Дмитрий Федотов

— Куда делся?

— Он откуда-то из-за поворота приходил. Но последнюю пару часов не появлялся.

— Лады, — Белогор включил передачу, тронул машину. — Будьте начеку, ребята. Чую: что-то назревает!

У подъезда главного корпуса волхва встретил сотник.

— Идем быстрее, Стас! Там наши умники как раз птичку сбитую потрошат. Шибко занимательная тварюга попалась!

Они поднялись на второй этаж, в отдел клеточной трансформации — царство Иннокентия Абрамовича Зухеля. В большой, ярко освещенной комнате, на квадратном лабораторном столе, прямо на гранитной столешнице лежал вскрытый труп большой вороны, а рядом, на белой салфетке, грудились неопрятной кучкой детали какого-то электронного устройства, сильно деформированные.

Белогор коротко кивнул всем присутствующим и подошел к склонившемуся над птицей профессору.

— Что скажете, Иннокентий Абрамович?

— Скажу, что это самая обычная ворона, — рассеянно ответил тот, — если не считать вот этого. — Он осторожно приподнял пинцетом перья на затылке вороны, и волхв увидел тускло блеснувшую металлическую на вид «пуговицу», прилепившуюся к коже птицы.

— Что это? — насторожился Белогор.

— Думаю, электронный чип, — вступил в разговор стоявший рядом сутулый худой парень. Самой заметной частью на его лице был нос — узкий, с загнутым вниз кончиком, как клюв хищной птицы.

— Для чего он, по-твоему, предназначался, Пустельга? — прищурился волхв.

— Для управления этой вороной, — пожал тот плечами как о само собой разумеющееся.

— Надо же! — присвистнул Белогор. — Такое возможно, профессор?

— В принципе — да. Технологии, подобные этой, разрабатывались силовыми ведомствами сразу нескольких стран еще с восьмидесятых годов прошлого века. А если учесть это, — Зухель ткнул пинцетом в груду обломков на салфетке, — то тем более складывается картина в целом безрадостная.

— Это остатки телеблока, — пояснил Пустельга. — Наша птичка исполняла роль воздушного шпиона. И если судить по мощности батарей, приемник должен был находиться где-то в радиусе от одного до двух километров.

— Миша, — повернулся к сотнику Белогор, — передай по постам, чтобы провели осмотр своих секторов на предмет подозрительных машин, типа микроавтобусов, минивэнов, фургонов. А в ночную смену поставь самых опытных и толковых.

— Думаешь, возможно нападение? — нахмурился Рысь.

— Если дело дошло до глубокой разведки, значит, готовится силовая операция. Это азбука войны, Миша.

— Ну, мы же не на войне…

— Теперь уже — да.

— Но почему только теперь?

— А вот над этим стоит подумать основательно, — кивнул Белогор. — Заряди ребят и приходи ко мне, помозгуем.

Четверка джипов «Шевроле-Тахо», выкрашенных в матово-черный цвет, двигалась с погашенными огнями по огибающей поселок Юность проселочной дороге. Отсутствие света не смущало водителей, ибо машины были оснащены новейшей компьютерной системой «Филин», разработанной специально для езды в подобных условиях. Перед каждым водилой на лобовое стекло проецировалось оцифрованное ЗD-изображение дороги и прилегающих к ней секторов. Человеческий глаз воспринимал картинку, будто все происходило просто в пасмурный день.

Идущая последней машина остановилась у неширокой прогалины, пересекавшей дорогу и уходящей в сторону санатория. Остальные джипы поехали дальше. Следующий отстал возле спуска к замерзшим прудам на территории «Юности». Еще один замер буквально в ста метрах от ее хозяйственных ворот. Головной «Тахо», не таясь, направился по объездной дороге вдоль ограды санатория, выбрался по ней к шоссе и приткнулся за кустами обочины.

Двигатели всех машин остались работать на холостом ходу, но их практически не было слышно из-за мерного шума ельника, подступавшего к дороге. Из джипов так никто и не вышел, а за тонированными стеклами не было видно никакого движения.

В кабинете начальника охраны центра «Юность мира», располагавшегося в правом крыле основного корпуса на втором этаже, горела только настольная лампа. Шторы на большом окне плотно задвинуты, так что наружу не пробивался даже лучик света.

За столом, друг против друга, сидели два крепких мужчины, почти одногодки. Они пили чай из резных деревянных чашек и рассматривали расстеленный между ними план территории бывшего санатория.

— Вот видишь, — говорил Белогор, водя по плану карандашом, — здесь и здесь самые плохие секторы обзора, а тут — к ограде вплотную стоят липы, и ветви их торчат аккурат над ней. Как думаешь, Миша, смог бы ты с той стороны забраться на такую ветвь и перебраться по ней внутрь периметра?

— С минимальным снаряжением — запросто, — кивнул сотник и тут же добавил: — Но у нас элементарно не хватит людей, чтобы перекрыть все подозрительные векторы.

— А все и не надо. Нам с тобой важно понять, что гостей интересует в первую очередь. Твои соображения?

— Судя по приготовлениям, к нам должны пожаловать серьезные ребята. Значит, и цели у них серьезные. Захват центра, конечно, исключен — слишком хлопотно и затратно…

— Согласен. Есть более экономичные способы перекрыть центру кислород. А как насчет кого-то из спецов?

— Думаешь, это охотники? — нахмурился Рысь.

— Думаю, это логично. Объект секретный, люди здесь, по сути, находятся тайно. Выкрасть их в пользу другой конторы — наиболее очевидная и, главное, реализуемая цель. — Белогор обвел карандашом домики сотрудников.

— Я понял, к чему ты клонишь. Профессор Зухель?..

— Как наиболее вероятная цель. За ним охотились весьма рьяно, он надул своих преследователей, за что их, конечно, начальство по головке не погладило. И он единственный, кто живет в коттедже, не имея семьи.

Сотник кивнул и включил рацию:

— Сокол, выдвинься со своей «ладонью» к коттеджам. Только без шума.

— Понял, Рысь…

— Думаю, наши гости предусмотрели и какие-то отвлекающие действия, — сказал Белогор. Он поднялся из-за стола, подошел к шкафу в углу и вынул оттуда зимний комбез и берцы. Быстро переодевшись, волхв протянул сотнику короткую дубинку с металлическими «рогами» на конце. — Это разрядник. Если удастся, захватим «языка». — И сунул такую же себе за пояс.

В этот момент ожила рация. Сотник встрепенулся:

— Слушаю!

— Началось, Рысь! — раздался чей-то хрипловатый голос. — Нарушение периметра в северо-восточном углу парка…

Тут же замигал второй, а за ним и третий канал на панели рации. С постов возле прудов и у хозяйственных ворот тоже сообщили о проникновении незваных гостей.