Терпеливый медведь (ЛП) - Хоффа Тамара

– Добро пожаловать, Джина. Мне жаль, что это было так срочно. Тебе удалось найти кого-нибудь, кто смог прикрыть тебя в библиотеке? – спросила она.

– Да, Сэнди пришла пораньше, чтобы я смогла уйти, но должна признаться, я в замешательстве. Что было настолько важным, что мне нужно было бросить все и помчаться сюда? Что происходит? – спросила Джина.

– Проходи внутрь и садись. Выпей чашечку кофе, и мы введем тебя в курс дела, – сказала Дженна.

Джина вошла и оглядела комнату. Джайлз встал и протянул ей руку, она подошла к нему, и он усадил ее на диван рядом с собой. Он налил чашку кофе, добавив сливки и сахар, как она любила, прежде чем вручить ей ее. Он заметил, что ее руки дрожат, когда она взяла чашку, и отчаянно захотел утешить ее.

Джайлз обнял ее за плечи и крепко прижал к себе. Она расслабилась в его объятиях, положив голову ему на плечо. Берн прочистил горло.

– Мне очень жаль, Джина, но нам стало известно, что Ник Манкузо действительно ищет тебя.

Джайлз почувствовал, как Джина напряглась при этом заявлении.

– Мы говорили с человеком, которого ты встретила в библиотеке, Джейком Мэтьюзом, который, как выяснилось, является частным детективом. Он был нанят Ником, чтобы найти тебя, но он не знал, что Ник за человек, когда соглашался на работу. Когда он узнал, что у Ника гнусные намерения, он не захотел выполнять контракт. Вот он и пришел к нам. Теперь он у нас, в безопасном месте.

Джина кивнула и подалась вперед.

– А Ник знает, где я? – спросила она.

Берн тоже подался вперед в своем кресле.

– Мистер Мэтьюз сообщил, что ты, возможно, находишься в Хани-Корнерс. Он должен был убедиться, что ты здесь, и доложить. Он не подтвердил твое местонахождения, но первоначально Нику было доложено, что ты можешь быть здесь.

Джину так сильно затрясло, что чашка чуть не выпала у нее из рук, и она поставила ее на стол. Из ее глаз потекли слезы.

– Я не знаю, что делать. У меня нет денег, чтобы снова бежать. Моя... моя машина сломана... ее... ее не хватит далеко. Я почти мертва.

Она начала безудержно рыдать, закрыв лицо руками, и Джайлз притянул ее к себе. Оторвав руки от лица, она положила их ему на плечи. Она прижалась к нему, когда душераздирающие рыдания сотрясали ее тело.

Дженна подошла к ней сзади и добавила комфорта к тому теплу, который давал ей Джайлз, прижавшись всем телом к спине Джины и постоянно бормоча ей:

– Тише, милая девочка. Неужели ты не понимаешь, что этого не произойдет? Теперь ты наша. Мы не позволим этому ублюдку тронуть и волоска на твоей голове. Я лично отрежу ему яйца и оставлю их в качестве трофея, который ты сможешь носить на цепочке. Тебе не нужно бежать. Здесь ты в безопасности. Ты – наша.

Наконец, казалось, слова Дженны проникли в сознание Джины, и рыдания перешли в икоту, а затем в приглушенное сопение. Рубашка Джайлза промокла насквозь, но ему было все равно, он поднял ее заплаканное лицо и достал из кармана носовой платок, чтобы вытереть ей щеки. Он поцеловал ее веки и кончик мокрого носа.

– Вот видишь, милая Джина, все будет хорошо. Я буду защищать тебя, мой медведь будет защищать тебя, Клан будет защищать тебя. Ты в безопасности. Я обещаю.

Он скрепил свое обещание нежным поцелуем в губы.

– Почему ты защищаешь меня? – спросила она со слезами, все еще затуманившими ее изумрудные глаза, и дрожащими губами.

– Я уже говорил тебе, милая Джина, ты моя. Моя пара. Моя, чтобы защищать и любить вечно.

Он видел сомнение и замешательство в ее глазах. Даже если на это уйдет остаток его долгой жизни, он сотрет это сомнение. Она будет знать, что его любовь безгранична и вечна. Джайлз попытался передать ей эмоции своего сердца через выражение своих глаз. Он не знал, удалось ли ему это, но лицо Джины смягчилось, когда она посмотрела на него с проблеском надежды.

Берн начал говорить и привлек всеобщее внимание. Джайлз усадил Джину на диван рядом с собой. Дженна села рядом, зажав Джину между ними. Каждый из них взял ее за руку.

– Ганс, как глава охраны, ты будешь нести ответственность за охрану Джины двадцать четыре часа в сутки. Они должны быть невидимыми. Твои лучшие люди. Никто не должен знать, что ее охраняют. Понятно?

– Да, Глава. Это будет сделано немедленно. – Ганс отдал честь.

– Джайлз, ты нашел всю информацию об этом Нике Манкузо и его незаконной деятельности, верно? – спросил Берн.

– Да, Глава, – ответил Джайлз.

– Ладно, давай выкладывай, – сказал Берн.

Прежде чем продолжить, Джайлз взглянул на Джину.

– Ник Манкузо вовлечен в любую незаконную деятельность, какую только можно себе представить: торговля оружием, торговля людьми, проституция, наркотики. Я нашел все записи. У нас есть два варианта. Я могу подготовить документы и сделать вид, что он припрятывает прибыль. Это приведет к тому, что высшие чины в его организации придут за ним и, возможно, убьют его, или мы можем передать информацию властям и позволить им арестовать его. Данные, которыми я располагаю, запросто отправят его в тюрьму на срок от двадцати пяти до пожизненного.

Джина покачала головой.

– В чем дело, детка? – спросил Джайлз.

– У Ника есть кроты почти в каждом подразделении правоохранительных органов. Он владелец полиции Нью-Джерси. Они все у него в руках, вот почему я не могла получить от них никакой помощи, и я слышала, как он говорит, что у него также люди в ФБР. Если ты заговоришь не с тем человеком, он может вернуться и укусить тебя за задницу, – сказала она.

– А как насчет генерала Монтроуза? – сказала Дженна. – У него есть связи с высокопоставленными людьми. Намного выше, чем у какого-то бандита. Держу пари, что он может заставить Ника Манкузо исчезнуть, и никто даже не узнает об этом.

Берн откинулся назад и почесал бороду.

– Моя дорогая Дженна, как тебе удалось придумать такую блестящую идею? Это потрясающая идея. Если Ник замешан в контрабанде оружия и торговле людьми, то нетрудно представить, во что он может быть замешан в террористической деятельности, не так ли?

– Мартин, почему бы тебе не позвонить своему тестю и не узнать, готов ли он встретится. Держу пари, что старый болван все равно захочет навестить свою дочь, – сказал Берн.

Мартин рассмеялся.

– Лучше бы Пэт не слышал, как ты называешь его старым болваном.

Берн рассмеялся.

– У нас с генералом взаимопонимание. Мы – дружелюбные враги.

– Пожалуйста, пусть так и будет, – сказал Мартин. – Моя жена и так с ума сошла от гормонов беременности.

– Обещаю, что все будет... цивилизованно, – сказал Берн.

– Я договорюсь о встрече, – ответил Мартин.

– Ладно, думаю, на сегодня все. Джайлз, ты можешь взять отгул до конца дня. Побудь со своей парой. Разошлись.

Все попрощались, и Джайлзу было приятно видеть, что все медведи оказывают Джине должное уважение и заботу при прощании. Целуя ее в щеку или в руку и принимая ее как члена Клана. Дженна крепко обняла ее и поцеловала в щеку.

– Добро пожаловать в нашу семью, Джина. Я горжусь тем, что могу называть тебя сестрой, – сказала она, отпуская ее.

Джайлз почувствовал, как слезы наворачиваются на его собственные глаза. Боже, как он любил эту дерзкую женщину, которая была парой его Главы. Он встретился взглядом с Дженной и кивнул в знак благодарности. Она только улыбнулась в ответ.

***

Джайлз проводил ее до машины, мягко положив руку ей на поясницу, Джина любила джентльменские жесты, которые казались второй натурой медведя. Они заставляли ее чувствовать себя защищенной и желанной. Когда они подошли к ее потрепанной «Тойоте», Джина покраснела от смущения.

– Извини, я знаю, что она не такая, как ты привык водить, но она привезла меня сюда.

Она похлопала по крыше маленькой машины.

Притянув к себе, он поцеловал ее в лоб, в нос, а потом в губы.

– Милая Джина, мне все равно, даже если мы будем путешествовать на лошади и в экипаже. Меня волнует только то, что я с тобой.