Сомали: Чёрный пират - Алексей Птица

Оглядевшись вокруг и ещё раз проинструктировав его, я остался на улице, а он вошёл в подъезд. Ждать мне пришлось очень долго. Медленно текли минуты, мучительно преодолевая и разгоняя мой мандраж. Я уже хотел сам туда войти, чтобы забрать его насильно и увести. Можно было и просто уйти, но меня останавливало то, что Фарах знал, где находится моё убежище. А это плохо.

Но вот он вышел и, постоянно озираясь, чем лишь привлекал к себе внимание, пошёл в мою сторону. С собой он нёс большую сумку. Судя по тому, как он её нёс, весила она не мало. Глядя на него, я задумчиво отпустил курок револьвера, сняв его с боевого взвода. Фарах дошёл до угла здания, пыхтя, как бобр, где я и перехватил его вместе с сумкой.

Ничего пока не спрашивая, потянул своего подельника в сторону нужной улицы. Револьвер у меня находился за поясом, но строить из себя крутого гангстера я не собирался. Не тот момент. Поэтому мы просто быстро шли, направляясь к убежищу. На одном из перекрёстков стоял вооружённый автоматами полицейский патруль и внимательно осматривал всех прохожих. Особенно тщательно они осматривали женщин и почему-то молодых. Взглянули и на нас.

– Эй, вы двое, что украли?

– Господин полицейский, мы ничего не крали! – быстро сориентировался Фарах.

– Да, ладно! А ну, показывайте, что у вас там в сумке.

Фарах с готовностью распахнул сумку, явив глазам полицейских множество банок с консервами, куски пресных лепёшек и конфеты. Ещё там валялась какая-то зелень, лежали фрукты, тарелки и две кружки. Бутылки с пепси-колой и простой водой лежали на самом дне. Очевидно, что Фарах вынес весь дом, да ещё и лакомства сестрёнки прихватил, что остались дома после её отъезда. По крайней мере, те старые конфеты явно ела ещё она.

– Ничего себе! Зачем вам сколько жратвы?!

– Да мы на пикник едем в наш национальный парк. И заботливая мама положила мне с собой так много еды, что вот даже друга пришлось попросить помочь донести до автобуса.

– Да, что-то мы с утра не ели. Пикник говоришь?

– Так берите, что хотите! – щедро взмахнул рукой Фарах.

Зря он так сказал. Местные полицейские скромностью не отличались, а вот наглости у них явно было с избытком, поэтому без зазрения совести они хапали чужое добро, сколько в руках поместилось. Напоследок стражи порядка ещё раз окинули нас внимательным взглядом, но ничего подозрительного так и не обнаружили. Одеты мы были в хорошую одежду и уже не походили на забитых заключённых, что сбежали только сегодня ночью.

– Там такси есть, и дёшево, скажите, и вас довезут, – махнул рукой в сторону один из полицейских.

– Да, спасибо.

Закрыв сумку, мы поспешили к стоянке такси. Это оказался обычный велорикша, на тарантас которого мы и погрузились от греха подальше. Зазвенев колокольчиком велосипедного звонка, он тронулся с места, увозя в нужную сторону. Выйдя за квартал от моей лаборатории, мы чуть ли не бегом бросились в своё логово. И лишь войдя в убежище, я выпустил дух и без сил рухнул на скамью. Но нам нужны ещё и одеяла, чтоб спать здесь, и мне снова пришлось идти в магазин, благо он находился совсем неподалёку.

Купив всё необходимое, я снова скрылся в подвале и, закрывшись изнутри, лёг спать. Последние двое суток меня, как и Фараха, не отпускало напряжение, и адреналин буквально колобродил в крови. И лишь сейчас в непроглядной тьме я смог спокойно уснуть, не забыв положить рядом с собой автомат.

А эти пусть мучаются и ищут виновных, кто напал на полицейский участок, и ловят разбежавшихся арестантов. Завидую я им, столько приключений я им создал.

В подвале мы прожили целую неделю. Ели, спали и даже испражнялись в ведро, чтобы ночью вынести его наружу, а также набрать свежей воды. Через неделю у нас закончились продукты, да и запасы реактивов подходили к концу. Я ведь не сидел без дела или тупо спал.

Всё это время я работал, создавая зелья и эликсиры, вспоминая давно забытое и обновляя старое. Фарах сначала с недоумением, а потом с любопытством наблюдал за моими действиями, заинтересовавшись приготовлением микстур и эликсиров.

Будучи дипломированным медиком, он пытался разобраться в том, чем я занимался, и для чего мне необходимы всякие реторты, дистилляторы и прочие аллонжи.

– А что ты делаешь? – задал он глупый вопрос.

– Лекарства.

– А ты разве умеешь?

– Умею.

– А где научился?

– В другом мире.

– Это где? Где учат такому? Я никогда не видел таких методов...

На этом вопросе я бросил своё занятие и повернулся к нему:

– Послушай, что ты знаешь обо мне?

– Ммм, ничего, – признал Фарах.

– Вот именно, тогда больше не приставай ко мне. Принимай всё, как данность. Что я умею, что я могу. И вообще, поменьше вопросов задавай, глядишь, и дольше проживёшь… Теперь тебе идти больше не к кому, кроме как ко мне. Да, я совсем забыл, что тебе сказали твои родители?

Фарах настороженно молчал, но после моего вопроса снова оживился.

– Они очень испугались. Но мама, едва выслушав, бросилась собирать мне еду, а отец не хотел меня отпускать, я с трудом вырвался от них. Мама всё время причитала и плакала, а отец говорил глупости. Пришлось соврать, что мне есть куда уехать. А в итоге, мы который день сидим с тобою в подвале, словно крысы...

– Крысы?! – я усмехнулся, – а ты «Стальную крысу» читал?

– Нет. А что это за книга?

– Фантастика. Гарри Гаррисон написал. Лучше нам пока побыть крысами, зато живыми, а не в качестве чучел. Сейчас всех ищут и будут вылавливать действительно как крыс, пока не успокоятся. Тут только два выхода: или бежать в горы, или залечь на дно. К твоим родителям должны были прийти сразу, но мы успели, хвала всем богам Африки. Или нам просто повезло, что тоже хорошо. Наверняка полицейские уже побывали у твоих родителей и взяли на контроль твоё появление. Так что нам придётся провести в подвале не меньше двух недель. Потом можно будет потихоньку вылезать на свет.

– Ты так думаешь? Возможно, они ещё долго не успокоятся.

– Возможно. Но скорее всего от силы месяц, потом всё снова забудется и вернётся на круги своя. Другие люди, другие