Твой смертный грех - Чингиз Абдуллаев

Мы вышли из самолета и направились к терминалу, чтобы получить свои вещи. Нас должны были встречать два автомобиля с людьми Тухвата, которым звонил Леонид Димаров. Но сначала следовало получить свои чемоданы. У меня вещей почти никаких не было, только одна сумка. А вот у Тухвата было сразу четыре чемодана. Да еще по чемодану у Димарова и Хандамуряна. Нас окружили наглые носильщики, которые готовы были катать свои тележки за сто рублей. Когда я услышал цену, то чуть не упал. Сразу хотел набить морду одному из них. Но Димаров меня остановил.

– Здесь цены такие, деревня, – насмешливо пояснил он, – не дергайся. Все равно за все платит Тухват.

Я снова обратил внимание, как нервничает Димаров. Непонятно, почему он все время кашляет, смотрит по сторонам, потеет, оглядывается. Если бы я был постарше или поопытнее, я бы, конечно, все понял. Но мне исполнился лишь двадцать один, и я был наивным провинциальным дурачком.

Мы забрали чемоданы, и два носильщика потащили их к машинам. Автомобили находились на стоянке – черный «Мерседес» и микроавтобус «РАФ». Чемоданы погрузили в микроавтобус, и нам с Самвелом приказали сесть туда, а Тухват и Димаров пошли к «Мерседесу». Я еще услышал, как Тухват недовольно спросил:

– Откуда ты взял этих водителей? Я их не знаю.

– Хорошие ребята, – успокоил его Димаров, – ты не беспокойся. Я сам проверял. Видишь, какого я парня тебе нашел, чтобы ты не волновался. Я говорю про Рината.

– Парень хороший, – согласно кивнул Тухват.

– Ты начинаешь делать карьеру, – толкнул меня в бок Самвел.

Водитель микроавтобуса был какой-то мрачный, неразговорчивый. Он недобро посмотрел на нас и пошел к машине. Второй водитель, сидевший в «Мерседесе», все время улыбался, как будто его что-то смешило. Прежде чем сесть в машины, Тухват вспомнил об оружии.

– «Игрушки» привезли? – спросил он.

Водитель «Мерседеса» вопросительно посмотрел на Димарова, словно спрашивая его, что ему нужно делать.

– Ты на меня смотри, – разозлился Тухват. – Где «игрушки», я тебя спрашиваю?

– Успокойся, – посоветовал Леонид, – они привезли оружие. Должно быть, в багажнике. Не волнуйся. – Он подошел к багажнику, открыл его и достал из коробки сразу два пистолета, один из которых протянул Тухвату.

– А для ребят? – спросил тот.

– Только два, – ответил Леонид. – Очень опасно ездить по городу, имея столько пистолетов в багажнике… Сам должен понимать. Доедем до твоей дачи, там нас уже ребята ждут, выдадут нам столько оружия, сколько захотим. Тебе двух пистолетов мало?

– Ладно, кончай трепаться, – решил Тухват, – поехали.

Они уселись в первую машину, мы – во вторую, и оба автомобиля дружно отъехали от аэропорта.

– Почему ему нужны пистолеты? – тихо спросил я Самвела. – Он кого-то боится?

– В нашей стране такие люди, как Тухват, боятся всего, – пояснил мне Самвел. – Мы ведь не могли взять с собой оружие в самолет, поэтому он и опасается. Непонятно, почему Леня вызвал сюда только двух водителей. Обычно приезжает охрана…

– Он же взял два пистолета, – напомнил я.

– Все равно нужно было вызвать наших ребят, – недовольно проговорил Самвел.

Я смотрел по сторонам – какие-то непонятные дома, заброшенные строения, плохая дорога. Неужели я попал в Москву? Вспомните, что это был девяносто второй год. Год «мешочников» и самой большой разрухи, год, когда начались гайдаровские реформы, разорившие всю страну.

Мы выехали на шоссе, набирая скорость. Микроавтобус старался не отставать от «Мерседеса». Я не знал, о чем говорили Тухват со своим ближайшим помощником, но догадывался, что первый был недоволен парой пистолетов, которые ему дали. И вообще был недоволен такой встречей и двумя незнакомыми водителями, вызванными Димаровым.

Проехав около трех километров, машины неожиданно свернули в сторону. Самвел посмотрел на дорогу, откуда мы свернули, и спросил у водителя:

– Почему сюда?

– Я еду за «Мерседесом», – пожал тот плечами, – а они свернули. Наверное, так ближе.

– Здесь не ближе, а в обход, – заметил Самвел. – Я сам водитель и знаю дорогу.

– Когда приедем, спросишь у них, почему они сюда свернули, – предложил водитель.

В это время в салоне «Мерседеса» Тухват тоже спросил у шофера, зачем они свернули в другую сторону. Тот не успел рот открыть, как за него ответил Димаров:

– Здесь удобнее проехать, на той дороге ремонт затеяли.

– Здесь гораздо дальше, – недовольно произнес Тухват, но больше ничего не сказал.

Мы ехали по какой-то непонятной дороге, нас все время трясло. Особенно доставалось нашему микроавтобусу. В какой-то момент мы увидели два автомобиля, стоявших впереди, и нескольких мужчин, очевидно, кого-то ожидавших. И почти сразу за нашей спиной появился тяжелый грузовик, который буквально вынырнул непонятно откуда.

«Мерседес» стал тормозить, а за ним начал тормозить и наш микроавтобус. Грузовик нас догонял, и Самвел беспокойно обернулся назад. «Мерседес» резко остановился, следом также резко остановился и микроавтобус, а грузовик развернулся, преграждая нам путь к отступлению. Стоявшие у двух машин люди неожиданно подняли автоматы. Водитель «Мерседеса» буквально выпал из машины. Попытался выпрыгнуть и наш водитель. Но реакция Самвела меня просто поразила. Он схватил нашего водителя за пиджак и резко ударил его по лицу. Водитель сник, теряя сознание.

Вооруженные автоматами, четверо неизвестных подходили к «Мерседесу». Все было понятно. Тухват вытащил свой пистолет и крикнул своему помощнику:

– Доставай оружие!

Леонид достал пистолет. Несмотря на свою тучность, Тухват очень ловко открыл дверцу и вывалился из машины, не собираясь сдаваться без борьбы. Все-таки он был достаточно храбрым человеком.

Меня поразило поведение Димарова. Он спокойно открыл дверь и медленно вышел из машины, как будто ничего особенного не происходило. Тухват сделал несколько выстрелов в сторону подходивших людей. Он стрелял буквально в упор, но ни один его выстрел не достиг цели – они подходили все ближе и ближе. Тогда он поднялся и выстрелил с расстояния в несколько метров, но опять не попал.

Димаров стоял с другой стороны «Мерседеса», даже не пытаясь отстреливаться. Тухват взглянул на него и неожиданно все понял. И поведение Димарова, и появление двух неизвестных водителей, и отсутствие охраны, и даже пистолеты с холостыми патронами, которые не могли никому причинить вреда.

– Сука! – крикнул он, швыряя пистолет в своего помощника. И затем обернулся к нам: – Уезжайте! Уезжайте быстрее!

Самвел, ощупав карманы водителя, достал оттуда небольшой пистолет, выбросил тело водителя из машины и уселся за руль. Вытянув руку, сделал несколько выстрелов. Двое нападавших упали, явно не ожидая ничего подобного, а Димаров пригнулся. Самвел выругался и выстрелил в сторону Леонида. Оставшиеся двое с автоматами подняли оружие, открывая стрельбу. У нашего микроавтобуса оказалось очень выгодное для противника положение, он был зажат «Мерседесом» и грузовиком. Самвел даже не успел вырулить, как его расстреляли буквально в упор. Один из раненных Самвелом лежал на земле, и Тухват бросился к нему, он хотел успеть завладеть его автоматом. Но кто-то из нападавших поднял свой автомат, и Димаров закричал:

– Нет, только живым. Живым.

Тухват уже поднимал автомат. Еще мгновение, и он начнет стрелять. Именно поэтому оба автоматчика буквально изрешетили его. Он рухнул прямо на асфальт, а автоматные очереди продолжали его добивать.

– Беги, – прошептал умирающий Самвел, протягивая мне пистолет водителя, – беги быстрее.

Я схватил пистолет и, открыв дверцу, бросился наружу. Кто-то из напавших полоснул автоматной очередью у меня над головой, но мне удалось перекатиться в кусты, все-таки сказалась моя воинская подготовка. Не забывайте, что я прошел через тяжелые испытания и получил достаточно неплохую подготовку. Вообще мне кажется, что мы часто недооцениваем нашу бывшую Советскую армию. Ее разваливали, как и Советский Союз, – долго и методично. Сначала целенаправленно позорили, потом осмеивали идеалы, потом похабили все самое ценное, подвергали сомнениям историю и весь пройденный путь. Помните, как писали о Красной армии, завалившей трупами немцев, о глупых маршалах, не умевших выигрывать битвы без десятикратного превосходства, «разоблачали» настоящих героев и опрокидывали историю армии в грязь. Все это закончилось тем, что офицеров на улице просто оскорбляли, сбивали с них фуражки, и многие военные откровенно опасались появляться на улицах городов в форме. А когда так относятся к собственной армии, невозможно сохранить и свою страну.

Я упал на землю, не понимая, как остался в живых. Мне повезло, что за спиной рос большой кустарник. Я уже слышал, как ко мне бегут мои убийцы, поэтому рванул в сторону, пытаясь избежать выстрелов в спину. Конечно, они стреляли, но мне удалось уйти. Я бежал так, как никогда в жизни. Бежал изо всех сил.