Леди Пятница - Никс Гарт

Вдобавок к свету и жару, помещение наполнял глухой механический грохот. Он исходил из того угла, где ось, вращаемая большим колесом снаружи, приводила в движение меньшее внутреннее колесо, а от него, в свою очередь, двигалось множество колес, ремней и рычагов, заканчивающихся серией механических молотов. Самый большой из них был размером с микроавтобус, а у самого маленького боек был примерно с голову Артура.

Все молоты работали монотонно и непрестанно. Возле каждого суетилась толпа Жителей, они подкладывали и заменяли золото — под большой молот клали слитки, затем их последовательно расплющивали в широкие листы. Из-под самого маленького молота еще одна колонна Жителей несла листы золота в дальний угол, где стояли двести или триста верстаков. За каждым Житель работал молотком, расплющивая золотые листы еще больше.

Кругом кипела деятельность, кроме одного участка недалеко от Артура. Там лежали, словно во сне, с полсотни Жителей, и у каждого ко лбу была приклеена узкая полоска пергамента, тянувшаяся через нос к шее.

Артур быстро окинул взглядом работников и странных заклеенных бумагой Жителей, но не стал тратить время, узнавая, что это они делают. У него хватало других причин для беспокойства.

— Кто здесь главный? — спросил он. Ему пришлось кричать, чтобы перекрыть шум молотов, перекличку Жителей и шипение и булькание расплавленного золота. — И можно ли как-то выглянуть наружу, чтобы увидеть, что происходит?

— Вы точно-точно не собираетесь нас всех убить? — спросил Марек.

— Нет! — крикнул Артур. — Почему вы все спрашиваете? Я что, похож на безумного убийцу?

— Нет… — ответил Марек таким тоном, словно думал, что да, но не хотел раздражать Артура. — Прошу прощения. Времена сейчас странные… и я видел, что вы сделали с теми пустотниками…

— Кстати о пустотниках. Еще целая толпа скоро нападет сюда, — предупредил Артур. — Я хочу поговорить с тем, кто здесь главный.

Марек что-то произнес, но Артур не разобрал слов. Раздраженный, он вышел снова в прихожую, позвав с собой Марека. Там, за полузакрытой дверью, в относительной тишине, Артур снова повторил вопрос.

— Я не знаю, кто главный, — Марек съежился так, что стал почти одного роста с Артуром. — Телефоны не работают. Нам пришло письмо утром, там было сказано, что Леди Пятница куда-то удалилась, и Рассвет Пятницы, наш Гильдмастер, отправился вверх по каналу выяснить, что происходит. А когда он ушел, пришло письмо от Превосходной Субботы. Там было сказано, что она берет на себя управление Средним Домом, и что нам нужно продолжать работу, а новый Гильдмастер скоро прибудет, чтобы присматривать за нами.

— Кто здесь идет по порядку следования в Доме после Рассвета Пятницы? — спросил Артур. Он уже сильно нервничал из-за неизбежного нападения подателей. — И есть ли способ как-то выглянуть из башни, чтобы осмотреть окрестности?

— Элибазет Кователь Золота — мастер-золотитель. Но она слишком занята фольгой, ее нельзя отвлекать. Я третий, после Элибазет, и моя обязанность собирать письма. Кемен второй, но он переживает, и еще несколько недель не вернется. Чтобы выглянуть из башни, нужно просто по-другому открыть эту внутреннюю дверь. Однако, если вы не собираетесь убивать нас всех или разрушать все, лучше уходите. Нам тут и так дел хватает!

Артур моргнул. Марек переключился от трусливого скулежа к странной агрессивности за одно мгновение.

— Я Лорд Артур, Законный Наследник Зодчей, Командир Армии Зодчей, и так далее и тому подобное, и это я беру на себя управление здесь, а не Превосходная Суббота или еще кто-нибудь. Понятно?

Марек тут же переключился снова на трусливый скулеж и опустился на колено.

— Да, лорд.

— Иди и оторви Элизабет…

— Элибазет, лорд.

— Да, Элибазет. Оторви ее от занятий и скажи, что я приказываю всем Жителям, служившим в Армии, собраться возле вот этой двери, с любым оружием, которое сможете найти или соорудить. И открой дверь по-другому, чтобы я мог выглянуть из башни.

— Да, лорд.

Марек показал Артуру, как потянуть дверную ручку на себя, повернуть ее на девяносто градусов и снова вдвинуть на место. На этот раз за открытой дверью оказалась не прихожая, а темная, холодная и сырая лестница, неуютность которой не скрашивали тоненькие полоски света, пробивающиеся через щели в закрытых ставнях наверху.

Артур двинулся вверх по ступенькам, а Марек закрыл за ним дверь. Добравшись до первого окна, мальчик отодвинул задвижку на ставнях и приоткрыл одну из них на несколько сантиметров, чтобы выглянуть из окна, не попадаясь на глаза.

Сквозь узкую щель он видел снежную равнину и больше ничего. Видимость оставалась неважной: снег все еще падал, а облака спустились так низко, что их почти можно было достать с башни. Артур наполовину ожидал увидеть выстроившуюся армию подателей или иных пустотников, так что испытал сильное облегчение от того, что врагов поблизости не было, по крайней мере пока.

Затем ему вдруг пришло на ум, что он смотрит только в одну сторону. Податели вполне могли выстроиться с другой, или с третьей стороны — с четвертой находился канал, и потому она была, вероятно, безопасна. Если у подателей нет ни крыльев, ни лодок. А и то, и другое вполне возможно, подумал, Артур. Так что с тех сторон тоже нужно проверить.

Чтобы выглянуть из других окон, ему придется подняться и осмотреть следующие три этажа. На каждой площадке было только одно окно, глядящее на север, юг, восток или запад — хотя Артур и не взялся бы сказать, какая сторона тут какая.

Артур взбежал по ступеням и быстро взглянул во все стороны, каждый раз старательно снова запирая окна. Он помнил, что во Второстепенных Царствах податели — с крыльями или без — не могут пересечь порог без приглашения, но не был уверен, что это правило действует в Доме.

А это, в свою очередь, напомнило ему еще о двух вещах. Во-первых, он так и не понял, где же в точности находится. Он только предположил, что где-то в Среднем Доме. Во-вторых, у Первоначальствующей Госпожи все еще оставался Полный Атлас Дома, и хотя Артур не собирался с ним советоваться, ему все равно было не по себе. Он бы предпочел, чтобы Атлас был у него, чтобы на самый крайний случай все же можно было задать ему вопрос. Вдобавок, он не хотел, чтобы Атлас был у Госпожи.

"Не то чтобы я ей не доверял", подумал он. "Просто… Я не уверен, следует ли мне ей доверять".

Артур встряхнул головой и вздохнул. Думать о Волеизъявлении и его проявлении как о раздражающей Первоначальствующей Госпоже — это никак не поможет в нынешней ситуации.

"Сосредоточься", сказал он себе. "Сосредоточься!".

Ни в каком направлении не было никакой угрозы — по крайней мере, Артур ее не видел. Он спустился вниз, чуть медленнее, чем поднимался, но его разум работал вовсю, обдумывая ситуацию и прикидывая, что теперь делать. Внизу он повернул ручку и открыл дверь в зал с расплавленным золотом и работниками.

Артур надеялся, что увидит там значительный отряд отставных ветеранов, готовых выслушать его приказ, но был разочарован. Возле двери стояли вольно всего трое Жителей. В руках они держали трехметровые ковши для золота, без какого-либо другого оружия. Все прочее в зале осталось точно таким же, как и десять минут назад: муравейник за работой, вот только группа лежащих Жителей с полосками пергамента на лбу стала заметно больше. К ней прибавилось еще двадцать или даже тридцать Жителей.

Марека нигде не было видно, но возле двери стояла Жительница в мятой зеленой рубашке и более чистом переднике, чем у других, и отдавала распоряжения нескольким работникам. Увидев Артура, она промаршировала к нему и низко поклонилась.

— Элибазет?

— Да, лорд.

— Это что — все здешние Жители, кто служил в Армии?

— Все, кто не переживают, — подтвердила Элибазет, махнув рукой в сторону спящих Жителей с бумажками.

— Что? — Артур не был уверен, что правильно ее расслышал, сквозь шум молотов и прочего.