Девять этажей вниз - Елена Северная

отдыхают.

Отдыхаешь и ты вместе с ними.

Как маленькая веточка огромного людского дерева, питающегося из одного кафейно-ресторанного источника.

Отдыхаешь и расслабляешься.

Путаешься в чужих любовных играх и смеешься с глупых попыток завлечь в эту игру и тебя. Ты же знаешь, что у тебя сейчас одна игра. Виртуальная игра в любовь в рабочей обстановке…

– 

Мне сказали, что Вы некорректно ведете себя с моим первым замом. – резко говорит тебе Управляющая.

Думаю про себя: “Что значит – некорректно?”

– 

Пожалуйста, ваши личные вопросы решайте вне рабочего время и в другом месте. Чтобы мне начальник отдела безопасности не делал замечания по вашему поводу. Вы и так отличаетесь особой невменяемостью. – говорит она.

– 

Еще раз. Он – женат, у него трое детей, разве Вас это не останавливает? Как вы вообще можете с ним так фамильярничать. – говорит она.

– 

На этой неделе корпоратив. Если вы позволите и на празднике себе такое

поведение

, можете сразу писать заявление на увольнение. Это мое последнее предупреждение. Так и знайте.

Смеешься про себя с ее слов.

– 

Хорошо. Больше не буду.

Маленькая девочка плачет где-то внутри.

***

А потом устраиваешь вечерние челленджы: меняешь один ресторан на другой, как в детстве аттракционы на дневной прогулке. Чтобы прогнать и забыть этот бред, который тебе вешают на работе.

Отдыхаешь и расслабляешься.

Меняешь рестораны.

И опять отдыхаешь и расслабляешься.

Но тут удар.

Вроде бы ничего не произошло.

Луна светит так же.

Люди сидят те же.

Но вот какой-то образ знакомый.

Дух.

Душа.

Привет из прошлой жизни.

Кровь и плоть.

Губы. Глаза. Трехдневная небритость.

Задорный взгляд и куча слов, как песчаная буря наваливается на тебя.

И ты куда-то прячешься. Куда-то вглубь. В ночь. С головой. С шеей

С животом. Осталась только макушка, которой придется разговаривать с ним. Если он увидит.

Но он не увидит.

Но ещё можно сбежать. Сбежать от него куда глаза глядят.

Быстрее и быстрее.

Дальше.

Дальше.

Глубже спрятаться.

Закутаться в шарф и пробежать мимо.

Но сейчас лето, и шарфа нет.

Спрятаться негде.

Не сейчас, Влад. Не сейчас.

Улыбнись. Пошути. Не дай Бог, обними.

И все. Месяц на смарку. К черту.

Как больно потом.

Какой Зам? Какая любовь?

Вот любовь. Вот она. Стоит невдалеке и смешит народ.

А ты сиди в своем кабинете и раздавай кредиты.

И забудь о своей единственной любви в этой жизни.

Безответной.

Тягучей, как резина на солнце.

Терзай свое сердце и плачь. Плачь ночами. И днями. Плачь, пока никто не видит. Плачь внутри себя. Жалей об упущеном.

Любовь моя.

Влад.

И бежишь из этого ресторана домой.

Раненой рыбой.

Русалкой, выброшенной на берег.

Бьешь хвостом по земле в надежде выбратся поскорее в море.

Он не увидел меня. Наверное. Слава Богу.

Конечно же, потом, опять при такой же случайной встрече, будет спрашивать. Почему не подошла: “Ведь я же всегда-всегда здороваюсь. А ты почему-то нет.”

Ага.

А попробуй ты потом пережить этот огонь в крови. Когда не достучатся. Когда понимаешь, что все упущено.

Когда говорят: “Все будет круто!”. А потом год думаешь над этой фразой.

Куда нам, интровертам. Не уверенным в себе девочкам с огромным комплексом неполноценности и невыученным бороться за свою жизнь.

Убегаешь из ресторана, куда глаза глядят.

***

А потом плачу, уткнувшись в плече Пьяного Человека.

– 

Ты не представляешь. Ты просто себе не представляешь, как хотелось подойти к нему, поцеловать в щеку, и сказать «Привет!». Что может быть легче? Это даже легче, чем перепрыгнуть с одной ступеньки на другую, легче, чем перевернуть одну страницу в книге, легче, чем нажать на кнопку «Power» на компьютере.

Но не смогла, не смогла сказать просто «привет», не смогла сказать «да» этому новому для меня человеку, этому другому.

Может быть, это будет просто общение, может быть что-то другое, не важно, главное – что-то другое. И зависаю где-то в промежутке между ложными воспоминаниями о будущем и надеждой, что, может быть, все таки эти воспоминания станут реальностью и все будет хорошо.

Но проходит время, и ложные воспоминания так и остаются ложными. Ничего не меняется, ничто не происходит. И только мысленно извиняюсь перед ним: «Прости, что не подошла. Прости, что не поздоровалась. Прости, что заставила удивляться и думать. Прости меня, что я в тебя влюбилась».

– 

Ты знаешь, – прерывает меня Пьяный человек, – если бы он захотел, он бы признался сам. А если бы захотела ты, действительно захотела, а не сопли наматывала на руку, ты бы подошла и сказала сама.

Он многозначительно стряхивает пепел сигареты в пепельницу, многозначительно ведет бровями над многозначительным взглядом.

Захлебываюсь невысказанными словами, перевожу дыхание и отвечаю:

– 

Ну и знаешь, кто ты после этого? – спрашиваю я его, – ТОПИНАМБУР!

И лишившись последней надежды залпом выпиваю еще одну стопку водки.

***

История про счастье.

Как-то раз один человек поспорил с Богом, что проживет счастливо всю жизнь. И он действительно прожил счастливо всю жизнь.

И даже когда у него умерла жена, сын стал наркоманом, а дочь отправилась на панель, он говорил:

– 

Я счастлив! Я счастлив! Как я счастлив, что ты мне дал возможность вырастить детей!

И даже когда его выгнали с работы, обманом забрали квартиру и он остался без средств к существованию, он все равно сквозь зубы цедил:

– 

Я счастлив! Я счастлив! Как я счастлив, что ты мне дал возможность честно жить.

А потом, на смертном одре в сугробе снега рядом с помойкой, когда возле него никого не было, кроме пары облезлых собак, он все равно твердил:

– 

Боже, как я счастлив! Как я счастлив, что теперь встречаю тебя на свежем воздухе, глядя в такое чистое светлое небо! Как я счастлив, Боже, что счастливо прожил свою жизнь! Как я счастлив, Боже, что я опять увижу тебя!

– 

Да, – ответил ему Бог, – ты действительно прожил свою жизнь счастливо. Ты выиграл. А теперь. – продолжил Бог, – за то, что ты прожил всю свою жизнь счастливо, отправляйся в ад. Научись бороться. И потом через тысячу и один год отправляйся опять жить. В мире должна быть справедливость и равновесие. Одну жизнь ты прожил счастливо, вторую – обязан прожить в горе.

Пьяный человек замолкает, выдыхает дым, втаптывает сигарету в пепельницу.

– 

Я готова прожить у моря всю свою жизнь, лишь бы доказать, что я его буду любить даже тогда, когда на меня будет двигаться большое цунами…

***

– 

Проснись! – кричит мне Принц во сне, – Проснись! Пошли со мной!!!

– 

Где я?

В каменных пещерах.

Голос принца эхом отбивается в лабиринтах подземелья.

– 

Где небо? – спрашиваю я Принца мертвыми губами, – Где Солнце? Где Пустыня?

Смотрю на него сквозь закрытые веки.

Нет, он меня не услышит. Он меня не увидит. Мы в разных измерениях, мы в разных временах.

И только Демон с ехидной улыбкой на губах, сидит и машет ножками на сталагмите, рядом с входом в пещеру. И подмигивает мне.

– 

Проснись! – кричит мне принц в темноте пещеры.

– 

Иди нах! Отвали! Не лапай меня! –отбиваюсь я от принца. Вырываюсь и с закрытыми веками бегу по туннелям вглубь.

Встречаю на просторах интернета фото с Владом в обнимку с какой-то рыжей