Птицы - Саша Кругосветов

Ребята, вы что, с ума все посходили? Куда бежите? Вспомните, православные, то, что знаете, как «отче наш». Миром любовь правит. Посмотрите, как устроена вселенная. Физические константы ее выбраны антропоморфно. С заботой и любовью. Чтобы человеку было удобно. Если бы константы были другими, мир стал бы тяжелее или легче, медленнее или быстрее, горячее или холоднее, в нем было бы мало лучистой энергии или слишком много. А как хорошо подобрана для нас планета. Насколько удачно найдена пропорция между сушей и морем. Было бы морей больше – сушу постоянно затапливала бы вода, меньше – на континентах была бы засуха и пустыня. С любовью подобраны для нас растения планеты и животные, братья наши меньшие. Во вселенной царствует любовь.

Мир любви огромен. А миры денег и материальной выгоды – булавочные головки в нем. Живи с любовью. Иди в мир любви и будь счастлив. Иди в остывающие миры выгоды, неси туда свою любовь. Не тяни на себя лямки борьбы. И наваждения отпадут как пиявки от тела души твоей. Отогрей эти миры своей любовью. Миры выгоды умрут сами. И память о них изгладится из памяти людей. А может, это произойдет и раньше. Так, как поет Ю.Шевчук. Тогда, когда кончится нефть.

День вертухая

День народного единства. День примирения и согласия. Как это понимать? Какого народа, с кем: якутов с адыгеями, карелов с бурятами… В этот день, вещают, освободились от польско-литовских захватчиков. С поляками сейчас, вроде, чуть-чуть налаживается. С какой стати праздновать освобождение от поляков, которого не было? Наши засели тогда в Китай-городе, потом в Кремле. Им поляки дали деньги. На их место пришли тоже наши. Только другие. Которые собрали собственные деньги. Кто от кого освободился? Единство тех, кто был в Кремле с теми, кто взял Кремль? Какое это имеет отношение к современной многонациональной России, в которой мы сейчас живем? Название одно, исторические события совсем другие. Белиберда. Некоторые говорят: день Казанской иконы Божией Матери. Хороший праздник. Причем здесь Минин и Пожарский, Иван Сусанин, польские захватчики? Никто не знает, что это за праздник. Ни кремлевские политтехнологи, ни оппозиционные краснобаи и мечтатели, ни, тем более, пацанско-братанские прагматики.

Никто не знает. Я вам скажу, что это за праздник. Очередной поклончик современным кастратам от компартии. Отменить советский праздник не решились. Лукаво переименовали. А празднуем его же. Боимся обидеть тех, кто семьдесят лет нас презирал, ненавидел, распинал и поедал живьем. Не хотите себе в этом признаться? А я вам скажу. Мы празднуем день Великой (абсолютно правильно) Октябрьской (абсолютно точно) Социалистической (как нас всех убеждали) Революции (исторический факт). Людоедской революции. Пожиравшей две трети века здоровое тело могучей страны и прекрасное тело моего народа. Что делали и куда делись эти людоеды? Эти вертухаи? Жили счастливо. Ели человеческое мясо. Рожали детей и внуков. Потом поставили их у руля. Ради них и сохранен праздник. Сохранен нашей «самой современной», «самой демократической» элитой. Которая до сих пор испытывает священный трепет при воспоминаниях о людоедском режиме. Потомки вертухаев, вертухайская элита празднует день своих великих вертухайских предков. Вот вам, ребята, говорят они, день примирения с людоедами. Празднуйте день единства бедных и богатых, день согласия угнетенных и угнетателей, палачей и жертв.

День вертухая, одним словом. Пусть празднуют без нас. Нам-то, зачем это надо?

Живите в России

Вместо поздравления с Новым Годом

Давайте перед Новым Годом поговорим о чем-то хорошем. Вы же – мои френды. А я вас гружу и гружу всякой тягомотиной о неурядицах. То – не так, это – не так.

Попробуем разобраться. Что нам нужно для счастья?

Здоровые, крепкие, толковые, энергичные люди, которые способны обустроить свою жизнь и жизнь своих близких, – а мы ведь с вами именно такие, разве не так? – все скажут в один голос. Мы хотим свободы. Чтоб на нас не давили.

Что давит на людей? Общество. Значит, вы хотите свободы как в дикой природе. Там вы можете быть свободными. Делать, что захотите. Но, уж мильпардоньте, получите тогда все издержки дикой природы. Выследит ягуар – пиши пропало. Или дикарь из соседнего племени заберет твою женщину. Неизвестно еще, что лучше. Одичать, конечно, вы тоже не хотите. Хотите быть цивилизованными дикарями. Жить в обществе, но быть дикарями. Как пусси райот, например. Цивилизованные дикарки. Или – хиповать, колоться, любить, колоться… Или быть wolf-рокерами. Неплохие в общем-то варианты, но не каждому подходят. Мало кому подходят. Из нормальных.

Что получается? Быть свободными. Но быть защищенными. Вот, что мы хотим. Многие хотели бы и удобства современные иметь. Чтоб не на улице. Может, и комфорта немного. Значит, нам хочется жить в развитом обществе. В котором подробно разработаны правила общежития. Правила, которые нельзя нарушать. И пусть общество следит, чтобы и не нарушались правила эти. Чем более регламентирована жизнь в обществе, тем ближе это общество к тоталитаризму. Тем меньше остается личных свобод.

Хотите жить в Китае? Если повезет, – будете жить в городе, устроитесь на работу в хорошую фирму – может, и неплохо. И безопасность обеспечена. А если в сельской местности? Где нищета. Где новорожденных девочек не регистрируют. Вырастают девушки и живут без паспорта. А если ты тибетец? Скрывай, что не китаец. Что любишь своего ламу. Сказал слово против компартии – секирбашка. Поддерживаешь права тайвань-цев – секирбашка. Ребенка лишнего завел – секирбашка. Заработал чуть-чуть, что не положено – расстрел. Со свободами – не ах. Тоталитаризм. То ли коммунистический. То ли социалистический.

Хотите жить в Америке, самой свободной стране? Вот где полная безопасность. Все до мелочей расписано.

Как там со свободами? Посмотрел на полицейского не так. Не встал у машины навытяжку – получи демократизатором по башке. Обругал президента – по башке. Отодвинул в сторонку чужого ребенка (обливал тебя водой на улице) – в полицию, дотронулся – значит, приставал, значит, педофил. В тюрьму, посиди годочков десять – двадцать. Ошибся, налогов не доплатил, незнание законов не освобождает от ответственности – посиди годочков двадцать – тридцать. Пошутил с хорошенькой женщиной – сексуальные домогательства – посиди годочков тридцать – сорок. Поговорил с приятелем из фирмы конкурента – передал коммерческие секреты, посиди. Знаком с арабом. Не с тем, с кем положено. Посиди. Нарушил закон. Что ж, что не знал? Не туда пошел. Не до того дотронулся. Не то продавал. Имел грех с горничной, секретаршей? Что с того, что по обоюдному согласию. Может, она и не очень хотела. Сперма чья, твоя? Посиди. Деньги двигал не так – финансовые пузыри. Посиди. Залез в сайт Минобороны. Посиди. Сто лет. Двести лет. Пятьсот лет! Со свободами не ах. Тоталитаризм. То ли демократический, то ли капиталистический.

Другое дело – в России. Вот тебе блага цивилизации. Вот тебе безопасность. Относительная, конечно. А бывает ли она, абсолютная безопасность? И свобода! Вот тебе свобода. Делай, что хочешь.

Каждый делает, что хочет. Законы, конечно, есть. Но, слава богу, они не работают. «Закон – что дышло, куда повернешь, туда и вышло». Потому и живет каждый, как хочет.

Посмотри-ка, френд, на руководство страны, на лидеров наших самых главных. Неплохие, в общем-то, ребята. Смышленые, шустрые, симпатичные. Палец в рот не клади. Но и не звери. Ни в каких злодействах и в кровожадности тоже не были замечены. Не без недостатков, факт. А кто без недостатков? Мы тоже не без недостатков. Не лорды, конечно. А где они, лорды? Бары есть. Вот режиссер известный. Красавец. Талантище. Барин. Кто дорогу ему перейдет – мало не покажется. Не лорд, в общем. Да и мы – не лорды.

И чего нам к этим лидерам прикапываться? Ну, кто-то из них не нравится нам. И чего? У них своя компания, у нас – своя. Они нам не навязываются. Стоят на нефтяном кране, живут своей жизнью. А мы – своей. Сигналы нам дают: не надо вам, ребята, нас, лидеров, трогать. И мы не тронем. Хорошо живешь? Брызги от золота нефтяного перепадают? Всем перепадают. Вот и не рыпайся. Не высовывайся.

Так во всем у нас. Каждый живет своей жизнью. И никого не тронет. Если его не тронут.

Часто говорят: вот, мол, полицейские не такие. А какие должны быть? Я, например, люблю гаишников. Стоит он, мент несчастный, на дороге – и в жару, и в непогоду, и в метель, и в пургу. Все терпит и терпит. А ты нарушаешь. Так он тебе на это никогда бранного слова не скажет. Нарушаете, Сан Саныч, говорит вежливо. Протокольчик, лишение прав. Взятку давать не просит, не намекает даже. На твой выбор. Хочешь – иди в суд, защищайся. А не хочешь – просто пожурит и отпустит. Имеет право. Если его интерес имеется. Нет желания решить все на месте – пожалуйста. Не заставляет. Твой выбор. Сам и выбираешь, что лучше. Свобода!