Дальние континенты - Тильда Гир

Он снова кивнул и, повернувшись, мелкими шажками направился к той двери, через которую старейшины вышли в холл. Провожатый тронул брата Лэльдо за локоть, давая понять, что пора идти.

Американцы направились к выходу, и человек, встретивший их, распахнул перед ними дверь. Из мягкого рассеянного полусумрака холла американцы снова вышли на залитую солнечными лучами площадь. И тут же разинули рты от изумления: их друзья носились друг за другом вокруг постамента со скульптурой, рыча, трубя и отчаянно мяукая. Провожавший северян горожанин как-то странно хрюкнул и сел на крыльцо, прижавшись спиной к уже захлопнувшейся двери. Ноги явно отказывались держать беднягу.

- Эй, а ну-ка, попробуйте нас усмирить! - мысленно завопила Лэса, хлопая лорса рукой с тщательно втянутыми когтями. - Мы тут немножко порезвились, чтобы эти тонконогие знали, с кем имеют дело!

- Ну, оболтусы! - рявкнул Иеро и помчался через площадь наперерез медведю, который, похоже, вздумал не просто догнать Клуца, но и прокатиться на нем верхом. - Стой, идиот! Хватит дурака валять!

Брат Лэльдо включился в общую суматоху, с удовольствием схватив Лэсу за талию и перекинув ее через плечо. Иир'ова повисла на эливенере, как лоскуток мягкого меха, и хихикнула.

- Мне нравится! - сообщила она. - Может, так и потащишь меня на себе? Куда там нас собираются упрятать?

- Перебьешься, - буркнул эливенер, усаживая Лэсу на мостовую возле постамента. - Ты, между прочим, не пушинка. Пускай тебя Клуц тащит, или Горм.

Лэса фыркнула и спросила:

- Может быть, нам лучше вообще в этом городке не задерживаться, а? Что-то мне тут не нравится. Они же постараются нас скрутить и доставить в этот твой любимый Рим, так, Иеро?

- Так, - согласился священник.

- Похоже, Рим уже не тот, а? - язвительно передал Горм. - Ты ведь всегда говорил, что именно из Рима к нам на север пришла ваша вера. Ну, теперь-то ее в Риме точно нет!

- Похоже на то, - не стал спорить Иеро. - Но нам сейчас не об этом думать надо. Нам необходимо вернуться к полусфере. Вот и решайте, что лучше - прямо сейчас рвануть, или до ночи подождать.

Но решать ничего не пришлось. Выходящие на площадь улицы вдруг, как-то совершенно незаметно для путешественников, оказались перекрыты высокими решетками из толстых кованых прутьев с острыми наконечниками. Откуда взялись эти решетки и как они очутились на местах столь бесшумно осталось для северян загадкой. Но им таким образом было предложено идти по одной-единственной оставшейся незапертой улочке. И путники зашагали за опомнившимся провожатым, который старался держаться поближе к стенам домов и подальше от "диких зверей". Путники могли говорить свободно, поскольку горожанин, само собой, не знал языков американского континента.

- Однако! - хмыкнул священник. - Не очень-то они церемонятся с нами.

- Наверное, хотят поскорее отправить нас по месту назначения, улыбнулся брат Лэльдо. - Не терпится им кучу золота получить.

- Ну, могли бы и не так откровенно это демонстрировать, - окрысилась Лэса. - Я им это припомню, вот увидите!

- Интересно, что ты можешь сделать? - поинтересовался Горм. - Укусишь провожатого, что ли? Или ночью кошачий концерт им всем закатишь?

Лэса гордо вскинула голову, не сочтя нужным отвечать на подобные глупости. Клуц, благодушно тряхнув головой, сообщил:

- А мне даже интересно, как они собираются нас заарканить? Иеро, бластер у кого?

- У Лэльдо, - ответил священник. - Мне и меча достаточно. Жаль, гранат у нас не осталось. Уж мы бы им устроили фейерверк.

- А кстати, о фейерверке, - сказал эливенер. - Не разучились еще молнии пускать? Или Котя зря вас учила?

- Скажешь тоже - забыли! - огрызнулась все еще не успокоившаяся иир'ова. - Уж этого добра они получат сколько угодно! Только мне бы хотелось врезать им покрепче, чтоб никогда больше путников в ловушки не заманивали!

- Да, проучить их не мешало бы, - согласился Горм. - Надо постараться.

- Постараемся, - пообещал Иеро, но тут же добавил: - Если удастся.

Они прошли уже четыре квартала, и наконец провожатый повернул налево. Эта улочка была такой же узкой, как все предыдущие, но дома на ней выглядели иначе. В их нижних этажах располагались лавки. В широких застекленных витринах путники увидели выставленные напоказ сокровища города Веллетри. На темных бархатных подушках искрились бриллианты, сияли золотые и серебряные цепи, играли винно-красные рубины, испускали таинственные холодные лучи зеленые изумруды, синели сапфиры и топазы, вспыхивали фиолетовые аметисты... а в соседней витрине тяжелыми волнами грудились бархатные ткани, сплошь расшитые крученой золотой нитью, а еще дальше витрины наполняли изысканные фарфоровые статуэтки и затейливая посуда - с росписями и позолотой...

- Ой, ну и тарелка! - заметил Клуц, глядя на выставленное в одной из витрин гигантское фарфоровое блюдо, по краям которого были изображены гирлянды цветов и пухлые младенцы, которым художник зачем-то приспособил маленькие белые крылышки. - На такую тарелку можно Горма уложить!

- Ага, можно, - согласился медведь. - Впрочем, на нее и ты поместишься, ели ноги подберешь. Не хочешь купить такую?

- А с удовольствием, - ответил лорс. - Только на обратном пути. Она ведь, наверное, тяжелая! Зачем же я ее с собой в горы потащу? Вот уж когда домой будем возвращаться...

Иеро покачал головой. Нет, его друзья неисправимы. В любой ситуации они шутят и валяют дурака. Впрочем, это куда лучше, чем предаваться унынию.

Молодой эливенер сказал:

- А меня куда больше, чем все эти тарелки, удивляют сами витрины.

- Сами витрины? - машинально переспросил Иеро, и тут же понял, что подразумевал брат Лэльдо. И в самом деле - стекол такого размера священнику ни разу в жизни видеть не приходилось. Как это они выдувают такие гигантские пузыри? И как умудряются раскатать их так ровненько? На здешних стеклах совсем не заметно было радужного блеска, который был неизбежно присущ маленьким оконным стеклам домов на севере американского континента. И здешние стекла были не только безупречно прозрачными, но еще и ничуть не искажали того, что лежало за ними. Да, подумал священник, эти стекла сделаны руками больших мастеров!

Но вот тонконогий горожанин, шедший впереди, остановился и сказал что-то. Брат Лэльдо перевел:

- Пришли, ребята. Вот наш постоялый двор.

"Постоялый двор", конечно же, ничуть не напоминал постоялые дворы их родного континента. Это было такое же нарядное и основательное здание, как все другие на узкой боковой улице, двухэтажное, с высокой крышей, - только оно не стояло вплотную к соседнему дому, а отделялось от него высокими решетчатыми воротами.