Войти в Тень - Ольга Волоцкая

Оскар убрал руку с клавиатуры и повернулся ко мне всем корпусом.

– Мы знаем, что ты не дурак, Мартин.

Я криво ухмыльнулся:

– Danke.

– И очень ценишь собственную свободу.

Я пожал плечами.

– А кто ж ее не ценит?

– А еще тебе крупно повезло в том, что тебя не смогли вычислить с самой активации Дара.

Я хмыкнул. Я тоже считал это невероятной удачей.

– Так что нам пришлось попотеть, чтобы составить этот документ.

Я чуть не подскочил.

– Нам – это кому же?

Зачем – у меня вопроса не возникло. Мне довольно недвусмысленно дали понять, что меня вербуют в одну из вольных команд как минимум на одно задание. Правда, как-то уж слишком изящно и легко. Прошлые мои столкновения с вербовочными структурами были куда менее вежливы. Впрочем, я никогда не сталкивался с вольными наемниками.

Мягкость улыбки Оскара совсем не вязалась со стальным отблеском в его глазах.

– Нам – это нам. Нашей команде Shadowrun. Тени, если угодно. – Оскар насмешливо склонил голову.

– А-а-а-а-а… зачем? – только и смог выдавить я.

Тут медиум весь как будто подобрался, и в его глазах мелькнул хищный огонек. Он почувствовал, что я попался.

– Нашей команде необходим телепат.

– Это я уже знаю. Но… настолько, что вы были готовы платить всем этим за информацию?

Я махнул рукой в сторону ноута, где досье начиналось с замечательного списка источников на мое имя. До меня уже дошло, что это были не столько заказчики, сколько поставщики информации. И из многих, собранных в разных точках, обрывочных данных какой-то гений умудрился выжать то, что есть на самом деле. Ну или почти выжать. Я пока проверил отнюдь не все.

Оскар пожал плечами.

– Это было надо, Мартин. Иначе как бы я смог убедить тебя сотрудничать с нами?

Я чуть было не съехидничал, что «пока еще и не убедил», но здравый смысл взял верх. Не стоит шутить с человеком, у которого на тебя такое досье. Особенно если этот человек – сильный паранорм. В конце концов, меня не запугивают – покупают!

Но не стоило мне льстить себе. Все паранормы знали, что насилие над телепатом может обернуться очень плохо. Тем более, если дело касается его профессиональной деятельности, его Дара. Насильно заставлять работать телепата могли только те, у кого было достаточно средств для удержания такой игрушки. Если же происходил малейший сбой, все могло закончиться совсем не весело. В лучшем случае телепат умирал. В худшем – сходил с ума. И последствия были обычно непредсказуемы. Боюсь, даже Стаковски вряд ли бы взялся просчитать вероятности.

Так что нас проще было покупать, или уговаривать, или еще как-то брать в свои сторонники, но только по минимуму затрагивая нервную систему. Вот Оскар и постарался. По минимуму. Убедительно так.

– И какие же у меня условия?

Я затушил очередную сигарету и недовольно, хотя и не без уважения посмотрел на Оскара.

– Назови хотя бы цену или что ты хочешь от меня?

Я уже устал злиться, бояться, и даже выпить как-то не хотелось. Я знал это странное состояние апатии. Когда ты понимаешь, что ситуация решается только одним способом. И не важно, сколько ты приложишь усилий, рамки уже обозначены. И не тобой.

Даже несмотря на то, что я не мог пройти сквозь блоки оракула, я почувствовал, что он немного расслабился. Он ждал этого вопроса. Это означало мою почти капитуляцию.

С другой стороны, смешно, что так серьезно озаботились одиночкой без всякой защиты, кроме хрупкой специфичности Дара.

Оскар поднялся с дивана.

– Тебе мартини со льдом или с соком?

Ого, а вот такие услуги в переговорах совсем не обязательны. Да и не хотелось мне уже пить. Но невежливо отказываться, поэтому я бросил легкомысленно:

– И того, и другого.

Оскар вернулся с двумя бокалами. Бар в номере все-таки был.

– Я уже говорил тебе, что нам дали задание, с виду показавшееся не таким уж сложным. Настолько, что мы даже взяли под него аванс. Мы сейчас осваиваем новые базы, но даже без этого – деньги нужны всегда. Ты как никто должен это понимать.

Я пожал плечами, отпивая первый глоток коктейля – неплохо, но, на мой взгляд, слишком много сока.

– Я не буду сейчас вдаваться в детали, ведь мы еще не договорились ни о чем. Просто повторю то, что уже говорил тебе. Нашей команде нужен телепат. Досье ты видел. Так что должен понимать, насколько нужен.

Мягкий голос Оскара постепенно набирал стальные обертоны. Громкость он не повышал – и без того звучало внушительно. Но, тем не менее, я все же рискнул.

– А если я… не соглашусь?

Ответом мне была самая безмятежная улыбка, которую я когда-либо видел.

– Тогда мы продадим это досье… кому-нибудь. Как ты видел, список желающих более чем достаточен. А за отдельную плату даже передадим тебя с рук на руки.

Мое сердце как будто сжали в железном кулаке. А Оскар продолжал:

– Не то чтобы мы не ценим твою свободу воли. Просто… должны же мы получить какую-то компенсацию за наши труды. Да и аванс сможем отдать с неустойкой.

Я плохо себе представлял, какие деньги крутятся в бизнесе паранормов, но если судить по этой фразе, то очень большие. Я знаю, сколько стоит составить такое досье. И немного представляю, что такое стоимость услуг вольной команды паранормов. И если Стаковски говорит, что он покроет все расходы, просто продав меня «охотникам за головами», значит, дело у него нешуточное.

– У меня есть время подумать? И… мне хотелось бы просмотреть это досье полностью, если возможно.

Мне надо было знать, какие проколы в моей биографии они допустили. То, что они там есть, я не сомневался. Все-таки я достаточно долго водил всех за нос.

Оскар разглядывал меня уже как свое будущее приобретение. Он-то не сомневался в результате. Я, похоже, тоже. И Стаковски любезно решил сделать мне еще одну поблажку. Как после горького лекарства дают сладкую конфету.

– Немного. До завтра. В десять часов утра я захочу узнать ответ. А диск ты можешь прочитать хоть сейчас.

– Ты оставишь меня здесь на всякий случай? Или мне можно все-таки пойти к себе? У меня в номере есть компьютер, там я тоже могу почитать.

– Как захочешь.

Оскар провел ладонью по боковой панели ноута, вынул серебристую пластину памяти и протянул ее мне.

– Твоя гостиница недалеко. Можешь отдохнуть и все обдумать. Я даже тебя провожу, если хочешь.

Я забрал диск и убрал его во внутренний карман.

– Danke. Но лучше я сам.

– Как хочешь, Мартин.

Улыбка у Оскара была на редкость обаятельной. Если, конечно, не знать, что за ней скрывается.

Глава четвертая

Из гостиницы я вышел как будто в тумане. По пути к себе завернул в небольшой винный бутик, принадлежащий ресторану моего отеля, и вышел оттуда с небольшим, но увесистым пакетом. Сидеть и напиваться в общем баре я сейчас был не состоянии, а запасов в номере могло и не хватить. Мне нужно было абстрагироваться и подумать. Для начала я должен был стать незаметным для любого ментального считывания.

Все то время, что я провел с Оскаром, я старался быть как можно естественней. Я искренне нервничал и вел себя, как и положено молодому психованному телепату с почти отключенной логикой. Я не знал, насколько Дар Стаковски сливается с другой степенью ментальности – телепатией. Мне совсем не надо было, чтобы Стаковски распознал мою… радость?

Я добился своего. Меня приглашала вольная команда. Сама!

Вся моя беготня от любых структур в ожидании того, что я хочу, стоила свеч. Это была игра по-крупному, многоходовка на выживание.

Только вот выглядит это сейчас отнюдь не так радужно, как я себе представлял.

Но это было уже не важно: я хотел влипнуть, и я влип, хотя и гораздо серьезней, чем предполагал.

Из всего того, что я собрал о мире паранормов, я понял, что вольные наемники были единственными, кто сохранял хоть какую-то самостоятельность, и могли считаться свободными от любых обязательств, кроме как внутри команды. И сейчас мне было важно ничего не упустить. Если я уж решил продать себя, то стоило это сделать как можно дороже. В конце концов, мне есть что продавать!

И с этой мыслью я, вооружившись бутылкой Baileys, уселся за компьютер у себя в гостиной. Машина была, конечно, не такой крутой, как у Оскара, но для простого считывания вполне подходил. Я углубился в чтение.

Самое отвратительное при прочтении досье, особенно если оно приближено к реальности, – это то, что начинаешь вспоминать. Указаны события верно или нет, ты все равно вспоминаешь всю свою жизнь, со всеми взлетами и падениями. И в отличие от досье, госпожа память предоставляет тебе это в гораздо более ярких красках и подробностях.

Когда я закончил читать, бутылка была уже пуста, а моя голова разрывалась от боли. Мне не надо было раздумывать, что я отвечу Оскару завтра. Я уже знал ответ. Но перед сном меня все-таки хватило на победную улыбку в темноту потолка. В досье были дыры для использования. И видит Бог, я не дам никому влезть в эти области.