Соль. Судьба Первородной - Александрова Марина

– Это человек, который спас Эрдана, – коротко пояснил Рэйн, не вникая в подробности.

– Это правда? – несколько возбужденно встрепенулась женщина, устремив на меня лихорадочный взор синих глаз.

– Что, не стоило? – пробурчала я, изогнув бровь.

– Ч-что? – немного растерялась она.

– Не обращай внимания, мам, – всё же не удержав словесных нечистот, заговорил 'Эрдан – поганый – уродец – неблагодарная – скотина', – Соль – довольно необычный человек. К нему нужно привыкнуть, но Рэйн прав, он спас меня, когда никто бы не смог!

– О, Лурес, это правда?! – в очередной раз воскликнула женщина, а я подумала, что вот он – корень идиотизма этого дома.

– Да, – нарочито медленно, не теряя зрительного контакта, ответила я в надежде, что в четвертый раз она уже постесняется спросить.

– Вы даже не представляете, как много это значит для нашей семьи! Прошу вас быть не просто нашим гостем – станьте нашим другом! – воскликнула она.

Моё молчание на данное предложение было тут же растолковано как восторг, который попросту отнял у меня способность к связной речи.

– Когда мой Эрдан пропал, я столько слез пролила, молясь всем Богам, вы даже не представляете, как может страдать сердце матери!

'Куда уж мне', мысленно скривилась я.

– О, Боги, вот опять, – схватилась она за белоснежную салфетку, что лежала рядом с её тарелкой, и начала утирать невидимые слёзы. Хотя, может, это только мне их не видно, все остальные как по команде сложили бровки домиком и скорчили умилительные рожи. Все, кроме Рэйна. – Стоит мне только подумать, что я могла его потерять… Слава Лурес, вы встретились на его пути! Не иначе сама богиня откликнулась на мои молитвы и привела вас к нему в столь ужасный час его жизни, так ведь?

Будто хищная птица, она резко повернулась ко мне и уставилась так, что, скажи я ей, что была б моя воля, то десятой дорогой обошла засранца, она тут же выдрала бы мне глаза.

– Теперь я знаю, кому обязан, – кивнула я. – Непременно вознесу молитву за подаренный шанс познакомиться со столь замечательной семьёй. Мы есть будем или как? – всё же задала я насущный вопрос, решив прервать стенания этой женщины.

– О, вы голодны?! Конечно, конечно, – встрепенулась тетка и подала знак прислуге.

Мне же стало интересно: в этой семье умеет ещё кто-нибудь говорить, кроме неё и 'Эрдана-неубиваемого-поганца'? Надолго моей выдержки не хватит, а насколько я знаю, не стоит хамить мамам, чьи дети могут на вполне легальных основаниях отлупить вас розгами.

Уже через несколько секунд после отданного распоряжения распахнулись двери, и в столовую вошли сразу с десяток служанок и расставили перед собравшимися тарелки с едой, напитки, свежую выпечку и фрукты. Я уже очень давно не считаю себя гурманом. И поскольку от ядов в пище испытываю лишь изжогу и несварение, то ем особо не задумываясь то, что есть. Жизнь отшельника даёт возможность не мудрить особо над пищей, да и для организма полезнее простая еда. Так что стоило тарелке оказаться передо мной, я мысленно плюнула на собравшихся и тут же занялась тем, ради чего собственно пришла. Ела я всегда быстро, так что уже совсем скоро в тарелке показалось дно, и я сыто откинулась на спинку стула, едва не рухнув на пол, совершенно забыв, для кого эти самые стулья сделаны.

– Вот зараза, – сдержанно выругалась я, возвращая себе равновесие.

И только в этот момент я поняла, что шесть пар глаз неотрывно следят за мной, будто бы выжидая чего-то.

– Всё хорошо? – участливо спросила 'мама'. Этот Рэйнхард мог бы и представить своих родственничков, а так придется самой знакомиться.

– Вполне, госпожа… – кивнула я, мысленно соображая, чем теперь себя занять, пока эта трапеза не закончилась. Ведь кроме меня никто и не пытался поторопиться.

– Филиция, для вас, Соль, я просто Филиция. Это меньшее, чем я могу отблагодарить…

Да ё! Если б я только знала о щедрости вознаграждения, то на руках бы донесла её сына до дома!

– Эрдана и Рэйнхарда вы уже знаете, мой муж и отец наших детей Димитрий, – на этих её словах мужчина коротко кивнул, но так и не обронил ни слова. – Димитрий соблюдает обет, ему сейчас нельзя говорить, – скромно заметила Филиция, а я подумала, что вот она, ощутимая польза религии. – И наши младшие дети, Аргус и Джемма, они двойняшки…

– А правда, что вы первородный?! – раскрасневшись будто помидор, буквально выплюнул младший Ариен и впился в меня взглядом.

– Нет, – коротко возразила я, ухватившись за края вазы с фруктами и притянув её к себе.

– Но, как же… – разочарованно протянул пацан, устремив обиженный взгляд на старшего брата, – а Эрдан сказал, что вы первородный, потому как никому иному его спасти бы не удалось.

– Ну, ему-то конечно виднее с его медицинским образованием и опытом…

– Но у Эрдана нет медицинского образования, – растерянно пробормотал Аргус. – У Эрдана вообще нет образования…

– Вот именно, – серьезно кивнула я, выудив из кучи фруктов замечательного вида яблоко. Оно почему-то показалось самым аппетитным из всего, что было.

– Аргус имеет в виду, что я ещё не защитил диплом, но уже этой зимой он у меня будет.

– Самоуверенно, – фыркнула я.

– А почему вы не снимаете повязку, когда едите? – теперь уже младшая Ариен решила отметиться в разговоре.

– Зубы мои выпали с десяток лет назад, и когда я ем, то слюни у меня летят во все стороны, а это негигиенично, потому стараюсь не смущать окружающих, – я откровенно устала от этого завтрака, а глупые вопросы не добавляли мне хорошего настроения.

– Зачем же вам тогда яблоко? – наивно хлопнув огромными голубыми глазищами, поинтересовалась девочка.

– У меня в комнате терка есть, с собой возьму, – фыркнула я, сунув замечательный плод в карман.

Этот завтрак длился и длился. Лично мне казалось, что столько времени тратить на еду просто верх глупости! Но славная чета продолжала трапезничать, без умолку болтая о всякой ерунде, и задавая по большей части нелепые вопросы мне. Стиснув зубы, я отвечала и время от времени посматривала на молчаливо наблюдающего за мной старшего сына семьи. Казалось, что не только Димитрий соблюдал лишь богам ведомый обет, но и сам Рэйнхард. За всё время завтрака он не проронил ни слова. Впрочем, и к нему самому никто не пытался обратиться, чтобы вовлечь его в разговор. Я же ему искренне завидовала.

Наконец, глава семьи встал из-за стола, и это послужило сигналом для всех остальных. Словно солдаты хорошо вымуштрованного подразделения, они изящно отложили столовые предметы и уставились на старшего.

– Буду в девять, – коротко бросил он, направляясь к выходу. – Соль, проводите меня, – опять же сказано это было не как приказ, а скорее как просьба. И в то же время у меня и мысли не возникло перечить.

Я поднялась и последовала за мужчиной, который и не думал дожидаться меня в дверях. Нагнав его уже в коридоре, я молчаливо следовала за ним.

– Я решил, что совместный завтрак поможет вам узнать мою семью, – заговорил он. – В принципе, это не имеет особого значения для вас, но всё же я не планирую строить из себя рабовладельца.

– Иллюзия равноправия? – изогнув бровь, спросила я.

– Разве это плохой вариант сотрудничества?

– Не худший, – согласилась я.

– Как мы и договаривались, сегодня вечером я жду вас у себя.

– Прежде я хочу увидеть своего ассистента, где он?

– Его должны были поселить на этаже для слуг. И несмотря на то, что я знаю, что он всего лишь мелкая сошка в том деле, которое рассматривает тайная служба, но пока он находится в этом доме, к нему будет приставлена стража, и я запрещаю ему покидать выделенную ему комнату. – Справедливо, – кивнула я и, не видя более смысла следовать за этим мужчиной, решила попрощаться прямо сейчас. – Что ж, тогда до вечера.

– Обычно это я говорю, когда пришло время прощаться, – холодно заметил старший Ариен.

– Обычно я просто ухожу, – более не дожидаясь ответа, я повернулась спиной к своему пленителю и направилась в сторону служебных коридоров, по которым этой ночью вел меня его личный слуга.