Узоры на стеклах - Эля Рин

хотелось делить это самое ощущение чуда хоть с кем-нибудь посторонним. Дэн не в счет. Он очень деликатно держался в стороне, не лез с ценными замечаниями, не вынуждал меня поддерживать small talk, чтобы казаться вежливой, не навязывался. Зато ловко обращал мое внимание на мелочи, которые можно было бы не заметить, если не знать, куда смотреть. И выбирал самые правильные ракурсы для того, чтобы получить идеальный обзор этой маленькой страны чудес.

Короче, супер. Шевеля в карманах куртки замерзшими пальцами и шмыгая неромантично покрасневшим от холода носом, я думала: как хорошо, что мы случайно повстречались в самолете. Ведь если бы не Дэн, я бы в жизни не сообразила приехать сюда. Просто потому что не думала заранее об экскурсионной программе. Шаталась бы по улицам, грелась горячим шоколадом… Вроде бы, вполне себе времяпровождения для предновогодних дней. Но то, что я видела вокруг, нравилось мне гораздо больше.

— Вот и цветочный лабиринт, — сказал Дэн.

— В книге “Трое в лодке, не считая собаки” в таком заблудилась куча людей!

— Очень, очень опасное место, — тут же согласился Дэн. — Осмелитесь зайти?

— Разве что в сопровождении храброго рыцаря.

— Если говорить в средневековых терминах, то я не рыцарь, а мошенник, обманщик, посланник дьявола, — он хищно улыбнулся. — Так себе сопровождение.

Я качнула головой:

— Не думаю, что меня это смущает.

— В любом случае, дамы вперед.

Я рассмеялась и шагнула в темно-зеленый коридор, на стенах которого будто сияли мелкие белые звездочки цветов. Прошла несколько метров. Воздух здесь был влажный, и головокружительно пахло свежей зеленью. Повела рукой по листьям. Они царапали кончики пальцев и были холодные-холодные. Как будто не живые, а вырезанные из зеленого льда.

— Слушай… — я оглянулась. Дэна позади не было. — Эй?

— Эй? — послышалось впереди, из-за поворота, до которого я еще не дошла.

Как он меня обогнал? Я почти пробежала несколько метров, свернула раз, другой и оказалась будто в маленькой пещере. Над головой была растянуть сеть, за которую цеплялись вьющиеся растения, вместо стен — всё те же темно-зеленые, почти черные кусты. Наверняка, очень холодные на ощупь. А в центре…

Сердце пропустило удар.

Еще один.

И еще.

И, кажется, застыло навсегда. То есть на ближайшие несколько секунд.

Напротив — с огромным букетом роз наперевес — стоял Антон и улыбался.

13. Годный вариант

— Прости меня, — Антон шагнул вперед и протянул цветы. Я машинально протянула руки, взяла букет и зашипела от боли. Слишком колючие стебли. Зато от боли оцепенение слегка ослабило когтистые лапы, которые сжимались у меня на шее и мешали дышать. И сердце спохватилось и снова начало биться. Тук. Тук. Тук. — Давай попробуем начать всё заново. Пусть это будет другая сказка с хорошим концом.

— За… заново?

— Да. Я был неправ. И очень виноват перед тобой.

Я тряхнула головой. Это было… неправильно. То есть, нет, по законам мелодрамы — просто идеально. Я ведь… я и вправду думала, представляла себе, прикидывала невольно, что будет, если он вернется и попросит прощения. Если встретит меня под подъездом. Если позвонит в дверь квартиры. Думала, что ему скажу. И… Но это было четыре года назад. Четыре. Мелодрама не работает на таких отрезках времени. Все зрители давно заснули, разошлись, занялись собственными делами.

— Только не говори, что я опоздал, — Антон сделал еще шаг вперед, развел руками. В голове не к месту всплыло, что это похоже на общение завоевателей с аборигенами. Мол, надо демонстрировать открытые ладони, чтобы никто не подумал. будто у тебя воинственные намерения. Главное — правильный жест, а то, что за спиной целый корабль вооруженных до зубов конкистадоров — так это мелочи. — Не должен был.

— Почему… не должен?

— Я навел справки, — Антон сделал виноватое лицо и пожал плечами. — Предварительно выяснил, что у тебя нет серьезных отношений. Значит…

— Ты что, решил, что я до сих пор не могу тебя забыть?! — я сжала пальцы изо всех сил, не обращая внимания на боль от шипов. Глубже. Сильнее. Больнее. Чтобы прогнать эту боль в сердце, которая снова проснулась. Словно и не было этих четырех лет. Словно он бросил меня вчера… А ведь и правда. Он прав. Я его так и не забыла. Иначе не боялась бы тридцать первого декабря каждый год.

— Я надеялся, — он улыбнулся. Той самой прежней теплой, немного усталой улыбкой, которая грела меня долгими зимними вечерами, что мы проводили вместе. — Валь… Давай попробуем сначала?

— Но ты же сам меня бросил. Сам… послал. Дай-ка вспомнить, куда. В новогоднюю сказку. К волшебным эльфам. Что с тех пор изменилось? Тебя оставила жена? Ты принял мусульманство, и теперь рассматриваешь многоженство как вариант? Что?! — кажется, я уже кричала.

Антон поморщился.

— Я понял, как любил тебя. И как много потерял. И до сих пор… люблю.

— Это слишком красиво звучит. Ты думаешь, я поверю тебе после того, как…

— После чего? Это жизнь, Валь. Люди расходятся. Люди возвращаются