Любовь под прицелом. Рикошет (СИ) - Корк Ольга

Чуть ли не насвистывая, распахнул дверь, сделал шаг на улицу, и тут в меня на полной скорости влетела обезумевшая от страха девушка с ребёнком на руках. Она пронеслась мимо, даже не заметив, как толкнула взрослого, тренированного мужика с такой силой, что я, отлетев к косяку, потерял кепку.

Однако инстинкт самосохранения у барышни развит...

Поднял головной убор и, стукнув его о ногу, быстро вернул на макушку: не хватало только рожей тут сверкать.

Не стал выходить на подъездную дорогу, а направился вдоль дома, с интересом осматривая зону боевых действий: нехило так мы тут повеселились! Незнакомку, на которую поступил заказ, уже держал на руках один из её охранников, второй как раз осматривал полёгшего товарища, двое других прикрывали тылы. Вся компания явно собиралась валить обратно в квартиру девчонки, оставив во дворе трупы.

– Кто из наших с крыши прикрывал? – донёсся до меня обрывок фразы.

Я мгновенно напрягся, понимая, что речь шла обо мне, но они явно не в курсе, что я как-то причастен к этому замесу, ибо меня все ещё не пытались остановить или и вовсе молча «убрать», а значит, я вне подозрений.

Его товарищ озадаченно почесал в затылке и непонимающе нахмурился.

– Но у нас не было прикрытия в той части.

Дальше последовал поток непереводимых ругательств, когда до амбала дошла суть ситуации.

Бога ради, не благодарите.

Хотя нет, можете прислать открытку на Рождество.

Больше на них не смотрел и речей не слушал. Завернув за угол дома, быстрым шагом дотопал до оживлённого проспекта и всё. Меня тут не было. Я просто один человек из толпы прохожих, спешащих по своим делам и не знающих, что во дворе новостроек остались лежать мертвые наёмники, и была спасена одна, видимо, очень важная жизнь.

Как добрался до квартиры, не помнил, потому что мозги работали, словно шестерёнки в часовом механизме; теперь весь пазл сложился в единую картинку, вот только нихрена мне от этого не полегчало. Стало понятно, и почему информации было так мало, и почему не оказалось ни одной фотки в дурацкой папке, и почему моя паранойя так настырно вопила о том, что с этим заданием будут одни сплошные проблемы. Вот же с... безответственные люди!

Не знаю, как мне удалось добраться до дома и ничего при этом не расхреначить от злости. Это не было совпадением и в принципе дурно пахло, потому что… На что они вообще надеялись, заказывая мне её? Что я не замечу, что она девушка, с которыми я не работаю, и всё равно пропишу ей пулю между глаз? А эти боевики внизу были на кой – подстраховка?

Нет, здесь однозначно кроется что-то ещё.

Почему было сразу не отправить их для устранения? Будем смотреть правде в лицо – если бы не я, охрану вместе с девчонкой просто-напросто покрошили бы кубиками, потому что численное превосходство явно было не на их стороне. Но я сомневался, что мои заказчики ставили именно на это – мой переход на «тёмную сторону» и внеплановое сокращение штата в рядах тех, кто меня нанял.

Тогда что там сегодня произошло?

Закопался в мысли настолько, что в квартиру вошёл на автомате и не сразу понял, что не так; остановился на пороге, застыв на напрягшихся инстинктах, и меня озарила догадка: в моей руке не было спички, которая теперь валялась у входной двери.

Кто-то побывал в моей квартире.

Доставать СВД из чехла я не видел смысла, ибо собрать её за секунду всё равно не успел бы, а потому вытащил из ботинка армейский нож и медленно пошёл вглубь дома. В зале первое, что бросилось в глаза – моя спортивная сумка, стоявшая посреди комнаты; она находилась там же, где я оставил её, и никаких подозрений не вызывала. Тщательно осмотрел зал, а после провёл инспекцию во всех оставшихся комнатах, но везде оказалась та же песня: идеальный порядок, который был утром, и никаких следов, указывающих на присутствие посторонних.

Я спрятал нож и вернулся обратно, чтобы осмотреть сумку. На первый взгляд всё выглядело совершенно обычно, но интуиция била по нервам разводным ключом, и я присмотрелся внимательнее, подмечая ничего не значащие на первый взгляд детали. «Собачка» молнии на боковом кармане застёгнута до самого конца, но я точно помнил, что не дотянул её на несколько зубчиков; рукав полосатого свитера, лежащего внутри, съехал на бок, хотя у меня всегда всё было сложено ровно. Сразу видно, что работали чисто, без осечек, и если бы не моя параноидальная мания безопасности в виде спички, я бы никогда не узнал, что сюда кто-то заходил. Дилетанты... Только после этого я кинулся к батарее и, просунув за неё руку, со вздохом облегчения выудил папку с информацией о цели, которую благоразумно запихнул туда утром. Что бы здесь ни искали, вряд ли нашли, потому что папка – единственная ценная вещь в этой квартире, и я не сомневался, что приходили именно за ней.

Хотят спрятать концы?

Первым желанием было собрать вещи и свалить в закат, потому что одним обыском эти ублюдки вряд ли ограничатся: в следующий раз я могу прийти и застать тут отряд бравых блюстителей правопорядка. Но когда я всё вернул по местам и почти собрал сумку, в голове что-то щёлкнуло: хрена с два я отсюда свалю, пока не пойму, какому смертнику пришла в голову эта шальная идея меня подставить. И когда узнаю, кому именно – а я узнаю! – он тысячу раз пожалеет, что выполз из своей пещеры, в которой сидел.

Сделал себе большую кружку крепкого кофе без сахара, чтобы прочистить мозги, и снова вывалил на стол содержимое папки; здесь должно было быть что-то, что прольёт свет на всю эту хрень, в которую я умудрился вляпаться – что-то, что укажет на то, где мне «посчастливилось» лохануться. В который раз беру в руки потрёпанный бейджик и только теперь замечаю небольшую каплю засохшего клея в нижней части, которую сперва принял за налипшую грязь: очевидно, здесь и была фотография, которую кто-то убрал до того, как эта вещь попала ко мне. Интересно, почему девчонка выбрала мужское имя? Если бы не эта деталь, я бы похоронил этот заказ ещё в самом начале, потому что всё это слишком очевидно. Было бы неплохо поговорить с самой мишенью, вот только вряд ли её охрана подпустит меня близко; а после того, что сегодня случилось, не удивлюсь, если за этой Максим будет следить целый взвод.

Как же выйти на моих заказчиков?

По итогу единственной реальной зацепкой стало имя моего бывшего хозяина – моя задница чуяла, что без этого отморозка здесь явно не обошлось. Но, во-первых, я уже больше двух лет с ним не контактировал – с того самого злополучного дня, когда унёс из его лагеря ноги; во-вторых, я понятия не имел, как его найти. Если Урман не захочет, его и кинологи с собаками днём с огнём не отыщут, хотя те очень старались последние лет двадцать, а то и больше. Но в плане маскировки и умения залечь на дно Марианской впадины ему не было равных, и если он где-нибудь не проколется, добраться до него будет невозможно. Проще было найти способ поговорить с самой девчонкой и выяснить, кому она сумела так насолить, что они с заказом намудрили от души и даже на аванс не поскупились.

Наверняка ведь потому и ходит под присмотром охраны.

Ну и в-третьих – он меня до чёртиков пугал, потому как по части наказаний Урману тоже равных нет.

Моя шкура хорошо это запомнила.

Собрал всё обратно в папку и кинул взгляд на часы – я здесь знатно задержался. Сидеть на иголках в ожидании выносящего дверь ОМОНа не хотелось; да и на инстинкт самосохранения, который требовал скрыться, наплевать не получалось, но вместе со всем меня тянуло поговорить с Максим – короче, противоречивые эмоции умудрялись уживаться. Плюс про своих работодателей тоже нельзя было забывать, а это значит, что сначала нужно максимально подчистить хвосты и сбить их со следа.

Должен же быть какой-то способ, который позволит мне поговорить с ней и при этом не схлопотать пулю промеж глаз ни от её охраны, ни от боевиков.

Подхватив рюкзак с «гитарой» и засунув во внутренний карман куртки папку, в последний раз вставил в дверь спичку: возвращаться в эту квартиру я не намерен, но от привычек никуда не денешься. Путь мой лежал на ж/д вокзал, где мне предстояло купить билет и свалить из города – это была моя первостепенная задача. Не важно в какую сторону, главное свалить. А то, что я сойду на первой же станции, это мелочи. И вернусь обратно уже на каком-нибудь рейсовом автобусе, расплатившись за билет не через кассу, а напрямую с водилой – вообще фигня-вопрос. Моя цель – оставить явный след, указывающий на то, что я покинул город; ненадолго, но это позволит выиграть время. Главное, чтобы на вокзале не было кипиша: надеюсь, бравые ребята из органов правопорядка ещё не объявили какой-нибудь план-перехват. В конце концов, те, кто напал на охранников, остались лежать, а сами охранники вряд ли сейчас будут искать призрака, прикрывшего их задницы сверху. Там проблем и без меня хватает, а вот успели ли поймать мою мордашку камеры – большой вопрос. Я, конечно, фотогеничный парень – насколько могу судить по ориентировкам, – но пока что хотелось бы поработать без пиара.