Вперед, Паола! - Лина Мерканто

– Я тоже. Предлагаю отметить это событие. Можем остаться здесь, можем спуститься в бар. Как вы хотите?

– Пожалуй, нам обоим не помешает сменить обстановку. Голосую за бар.

– Отлично. – Гольвезе встал и поправил галстук. – Если вы готовы, то можем идти.

В баре было шумно и тесно. Андрей с трудом протолкнулся к стойке и обернулся к Гольвезе.

– Что будете пить?

– Сегодня заказываю я. Вы – мой гость.

– Ну, что ж. Я отыграюсь в Москве. Двойное виски со льдом, пожалуйста.

Они не без труда нашли свободный столик в углу. Рядом расположилась большая компания, судя по всему, многонациональная, поскольку звучал плохой английский язык. Андрей невольно прислушался. Высоченный, широкоплечий мужчина с мужественным лицом викинга громко рассказывал анекдот. Сквозь общий хохот Андрей услышал:

– У нас в Норвегии, когда муж уходит на работу, то шлепает жену по заднице. А когда возвращается, ее задница еще колышется. И не потому, что у наших женщин такие толстые задницы, а потому, что у нас самый короткий рабочий день.

Андрей рассмеялся вместе со всеми и повернулся к Гольвезе.

– Вы не поверите, но у нас в России есть точно такой же анекдот.

– Охотно верю. Мир действительно тесен, даже анекдотов не хватает на всех. Но вернемся к нашим делам. Вы что-то рассказывали о странной встрече, которая у вас произошла здесь. Какая-то девушка из рекламного агентства. Расскажите, пожалуйста, еще раз, и подробнее.

– Я столкнулся с ней сразу же по приезде, здесь, в лифте. Она была очень хороша, я и подумал, что смогу с приятностью скоротать время до нашей встречи.

– Ну, конечно, о чем еще может думать женатый мужчина в командировке, – с улыбкой заметил Гольвезе.

– Вот-вот. Она ничего о себе не рассказывала, пока случайно не выяснилось, что она работает в рекламной фирме. Я ее прижал слегка, и она поведала мне странную историю. Будто ее шеф знал о нашей сегодняшней встрече и поручил ей выяснить подробности. А она якобы отказалась и приехала сюда уже по своему почину, чтобы предупредить, что нами интересуются. Я, конечно, не поверил ни единому ее слову. Наверное, я был с ней слишком груб, она испугалась и убежала как раз, когда вы звонили. С тех пор я ее не видел. Глупо все как-то получилось.

– Да, пожалуй. Следовало бы задержать ее и выяснить, что к чему. А вы не запомнили никаких имен?

– Она упомянула название фирмы, но я, к сожалению, не запомнил. А имя шефа… Постойте… Да! Риджини! Я уверен, она говорила, что его зовут Риджини.

– Тогда все более-менее ясно. Я знаю его. Вот только откуда он мог узнать о наших планах, ума не приложу.

Гольвезе нахмурился.

– Риджини – один из главных наших конкурентов в Италии. Фирма небольшая, но работает неплохо. Мы с ними недавно серьезно бодались за заказ для телеканала РАИ. Риджини из кожи вон лез, чтобы заполучить его. К счастью, у него ничего не вышло. Я вовремя перехватил инициативу, подмазал кого следовало.

– Все как в России: не подмажешь – не поедешь, – вздохнул Андрей.

– Да, да. Хорошее выражение, надо его запомнить. А с девушкой стоит разобраться. Она может быть нам полезна. Как, вы говорите, ее зовут?

– Паола. Паола Контини. Ее номер на моем этаже. Кажется, 37.

Гольвезе допил свой коньяк и вопросительно взглянул на Андрея.

– Выпьете еще что-нибудь или лучше поужинаем?

Андрей вдруг вспомнил, что не ел с самого утра.

– Давайте поужинаем в номере. Здесь везде слишком шумно. Но сначала выясним, здесь ли еще Паола.

Дежурная сообщила, что синьорина Контини еще не съехала, однако на звонок, несмотря на поздний час, никто не ответил.

4

Паола проснулась и долго лежала неподвижно, пытаясь сообразить, где она находится. Все вокруг было незнакомо. Тяжелая старинная мебель, бархатные портьеры, зеркало и картины в золоченых рамах. Изящные китайские вазы, бронзовые бра на стенах. Роскошные апартаменты, не сравнить с ее простеньким номером. В одном из кресел мирно спал какой-то мужчина. Его длинные, волнистые волосы свесились вперед, закрывая лицо. Как странно, подумала Паола. Просыпаюсь в чужой комнате, рядом спит незнакомый мужчина, а у меня на душе легкость и покой, будто так и надо.

Она потянулась и села на кровати. Судя по свету, заливавшему комнату, уже давно белый день. Постепенно к Паоле возвращалась память. Андрей с холодными, невидящими глазами, грубые руки на ее теле и, наконец, возрождающая ласка воды и Роберто. От этого имени ей вдруг стало тепло. Она встала и, легко переступая босыми ногами, подошла к креслу, в котором спал Роберто. Опустилась на колени, убрала волосы с его лба. Он медленно открыл глаза.

– Не исчезай, видение. Я готов всю жизнь провести в этом кресле, засыпать и вновь просыпаться и каждый раз видеть нагую нимфу у своих ног. Давай попробуем еще раз. – И он быстро закрыл глаза.

Паола вдруг всей кожей ощутила свою наготу, сдернула с кровати платье и накинула на себя. Роберто вновь открыл глаза.

– Ну, вот, я так и знал. Прощайте, иллюзии. Но даже и в этой жуткой тряпке ты выглядишь божественно.

– Между прочим, ты сам мне ее купил.

– Да? Знаешь, если приглядеться, она не так уж и плоха. Даже, можно сказать, делает честь моему вкусу, особенно в той ситуации.

Он запнулся, прикусил губу и испытующе глянул на Паолу. Она улыбнулась. Роберто показалось, что от ее улыбки в комнате стало еще светлее.

– Не волнуйтесь, доктор. После вчерашней процедуры ваша пациентка вполне здорова, прекрасно себя чувствует и даже не отказалась бы от легкого завтрака.

– Эх, нет здесь моего отца. Он был бы вне себя от счастья. Ведь мне только что присвоили вожделенную ученую степень. А насчет завтрака стоит подумать. Насколько легким он должен быть?

– Я подумала о стакане апельсинового сока, яичнице с беконом, сыре, тостах с маслом и медом, кофе со сливками и персиках.

– Да уж, легче не бывает. Вы всегда так завтракаете, нимфа, или же общение со мной совсем истощило ваши силы?

– Тебе смешно, а я со вчерашнего утра и жалкого сэндвича не видела. Еще немного, и отсюда вынесут посиневший трупик.

– Угроза серьезная и требует немедленных действий. – Он снял трубку и сделал заказ на двоих.

– Сейчас все принесут. Так что подожди умирать.

– Ладно, так уж и быть. Отложим. Я пока пойду приму душ. Ты знаешь, с некоторых пор мне нравится твоя ванная.

– Могу спинку потереть. У меня с тех же самых пор появился богатый опыт.

– Спасибо, но сегодня я сама справлюсь.

Паола исчезла в ванной.

– Вот так всегда: помогаешь людям, а они тебя потом и на порог не пускают, – пробормотал ей вслед Роберто. – А я, между прочим, за ночь уже принял форму кресла.