Философия. Словарь неофита - Александр Семенов

В размышлениях Анаксимена мы встречаем первую попытку объяснить способ возникновения различных природных явлений из одной первопричины. Над этой проблемой Фалес даже и не задумывался, хотя она стала главной для всех натурфилософов. В самом деле, объявить первоначалом ту или иную стихию и обосновать свой выбор – только полдела. Гораздо труднее ответить на следующий вопрос: а каким, собственно, образом из одного-единственного вещества возникает такое немыслимое разнообразие веществ в природе? Почему в одном случае из воды (или из воздуха) появляется, к примеру, булыжник, а в другом случае – человек? И это при том, что все булыжники и все люди одновременно и похожи друг на друга, и различны… В своей теории сжатия и разрежения воздуха Анаксимен впервые предпринимает попытку решить эту задачу, но это всего лишь один шаг к цели. По сути, ему удалось объяснить возникновение только самых общих земных стихий – воды, земли и огня.

Помимо натурфилософских размышлений Анаксимен занимался также изучением небесных сфер. К примеру, он утверждал, что Солнце имеет земляную основу, но эта земля очень раскалена от быстрого движения Солнца по небу. Звезды, по его мнению, представляют собой огненные сгустки, однако их тепло до нас не доходит в силу их огромной удаленности от Земли, которую он представлял в форме диска.

Анаксимандр

(ок. 610 – ок. 540 до н. э.)

«Основа мира – Беспредельное»

Следующий шаг в развитии натурфилософской мысли сделал Анаксимандр (хотя он родился и раньше Анаксимена), родом также из Милета. Выбор одной из стихий в качестве первоосновы показался ему неправомерным. Логика его размышлений была достаточно последовательна и убедительна. Если в роли первоначала признать один из земных элементов (пусть даже и вездесущий, как воздух), то этим нарушается пропорциональность их распределения в мире. А это противоречит закону справедливости (равновесия), который для всякого грека являлся основным в мироздании. Согласно Анаксимандру, все главные стихии – и земля, и вода, и воздух, и огонь – в равной степени участвуют в образовании и поддержании природных сил. А это означает, что сами они, в свою очередь, порождаются каким-то еще более общим началом, которое невидимо обычному человеческому глазу. Логично представить, что начало это должно обладать поистине беспредельным, всеохватным характером, пронизывая не только весь земной мир, но и весь космос. Анаксимандр назвал его апейрон, что по-гречески значит «беспредельное».

Итак, «апейрон» – это не только беспредельное, но и вечное материальное начало, как бы содержащеев себе все земные элементы одновременно. Однако его самого никоим образом воспринять и ощутить невозможно. Из него возникает совокупность всех вещей физической природы, и в него же эти вещи возвращаются после своего разрушения. Но как конкретно это происходит? Здесь Анаксимандр делает попытку разрешить самую главную проблему натурфилософии: показать, каким именно образом из единого первоэлемента образуется бесконечное разнообразие свойств материального мира.

Все дело, говорит Анаксимандр, в том самом законе справедливости, благодаря которому поддерживается равновесие мировых стихий. Именно он является двигателем природного «калейдоскопа» веществ, причем наблюдать его действие можно постоянно и повсеместно. Так, например, мы легко можем заметить, что все элементы, явления и процессы в мире практически всегда находятся в различных противоположных состояниях: горячее – холодное, сухое – влажное, твердое – мягкое и т. п. При этом, как считает Анаксимандр, закон равновесия не дает ни одному из состояний возможности возвыситься, преодолеть другое. Как только где-то возникает или непропорционально увеличивается одно из них, тут же автоматически появляется или начинает усиливаться его противоположность. Таким образом удерживается баланс природных сил, мир же представляет собой беспрерывный круговорот взаимосвязанных процессов: горячее всегда охлаждается, влажное высыхает, быстрое замедляется и т. д.

Из идеи об «апейроне» Анаксимандр вывел и весьма любопытную космогонию – т. е. теорию о происхождении мироздания, космоса. Он объявил, что самыми первыми (и самыми основными) противоположными силами, выделившимися из «апейрона», были «горячее» и «холодное». Поначалу огненная сфера породила все небесные тела и светила. При их дальнейшем взаимодействии «холодное», с помощью того же «апейрона», превратилось в «жидкое», которое, скопившись в земных впадинах, образовало океаны и моря. Под воздействием Солнца в них зародились сначала простейшие организмы, а затем (уже на суше) и более сложные, вплоть до человека. Нетрудно увидеть, что в своей космогонии Анаксимандр, по сути, задолго до Чарльза Дарвина обозначил общие контуры знаменитой теории эволюции.

Однако полностью проблемы Анаксимандр все же не решил. Его теория «апейрона» дала только внешнее описание процессов зарождения многообразия в природе, но никак не их механизм. Решение этой задачи было впереди.

Ксенофан

(ок. 570 – ок. 478 до н. э.)

«Единое – главный закон бытия»

С именем Ксенофана из г. Колофона связан один из переломных моментов в истории античной философской мысли. Прожил он весьма долгую жизнь, в постоянных странствиях и путешествиях, без определенного места жительства, без семьи. Себя он называл бродячим поэтом и свои философские взгляды излагал только в поэтической форме.

В его учении мы впервые встречаем соединение двух философских тем: размышления о первоначале природы у него тесно переплетаются с проблемой постижения сущности богов, изображаемых в различных мифических представлениях. Как мы помним, в учениях предыдущих философов какая-либо из стихий признавалась «ведущей» и обеспечивала многообразие природы с помощью того или иного закона, «механизма». Однако нельзя забывать и о том, что в те времена молодойеще философии приходилось вести отчаянную борьбу за овладение умами античного общества. Причем соперницей ее выступала уже зрелая, хорошо разработанная мифология. И не только греческая, но и египетская, и месопотамская, и ближневосточная. Нелишне напомнить, что мифология долгое время была единственным средством объяснить и обосновать полную картину возникновения и развития мира и космоса. С помощью многочисленных богов и полубогов она довольно легко и обстоятельно отвечала на многие насущные вопросы и проблемы. Таким образом, в мифологии роль вечных философских законов, по которым живет и развивается природа, играли божественные силы. В массовом сознании античного общества вера в безусловную мудрость и справедливость мифических персонажей подкреплялась простотой и ясностью их помыслов и действий. На этом фоне сложные философские конструкции, требующие соответствующей подготовки и значительных усилий ума и воображения, явно уступали. В этих условиях развенчание мифологических богов как природообразующих сил было главной задачей философии. И вот, в лице Ксенофана мировая философская культура получила одного из самых язвительных и непримиримых критиков мифологических представлений. «Разум» едва ли не впервые в истории всерьез ополчился против «Веры».

Острие своей критики Ксенофан в первую очередь направил против т. н. антропоморфизма мифологии, т. е. против изображения богов в виде людей. Дело в том, что скитальческий образ жизни позволил Ксенофану познакомиться со многими странами и народами, и везде он наблюдал одну и ту же картину. Боги всех народов не только имели человеческое обличье, но и мыслили и действовали как люди. Более того, они рождались, умирали и при этом обладали всеми человеческими пороками и недостатками – обманывали, интриговали, крали, прелюбодействовали. Но более всего удивило Ксенофана то, что у разных народов боги и выглядели по-разному: «Эфиопы – черными и с приплюснутыми носами, фракийцы – рыжими и голубоглазыми…»

А что было бы, саркастически спрашивает Ксенофан, если бы животные могли изображать своих богов? Быки изваяли бы статуи богов-быков, а кони – богов-коней и т. п. Одним словом, с точки зрения здравого смысла все эти боги – всего лишь плод человеческой фантазии, вымысел. Однако Ксенофан не был атеистом, он просто предлагал взглянуть на божественную природу по-иному. Какими же воспринимает богов Ксенофан? В первую очередь, заявляет он, существует всего-навсего один единый бог! Таким образом, выясняется, что представления о единобожии существовали у древних греков еще за пять столетий до Рождества Христова. Далее, Ксенофан в общих чертах дает характеристики этого бога, которого он называет Единое. Во-первых, он не имеет никакого конкретного облика и содержания. Правда, он обладает самой идеальной, по античным представлениям, шарообразной формой. Только шар, по мнению греков, может выступать универсальной моделью космоса, т. к. именно в шаре мы встречаем равноудаленность всех точек окружностей от центра. Кроме того, Единое вечно, т. к. истинный бог не может существовать временно, т. е. рождаться и умирать. Далее, Единое однородно, т. к. ничто совершенное не может состоять из частей, т. е. иметь возможность разделения на части. И, наконец, Единое неподвижно, «ибо не подобает ему быть то в одном месте, то в другом». Иными словами, если в какой-то точке космоса нет бога, то там образуется «провал» бытия, пустота, ничто. А это несовместимо с идеей совершенного, вездесущего бога. При этом только Единое может обладать абсолютным знанием и пониманием, говорит Ксенофан. Человеческие возможности познания ограничены, мы можем иметь всего лишь мнение о природе вещей.