Паутина "кровных" уз - Ева Николская

— Потому что я так хочу, — спокойный ответ мужчины вывел меня из задумчивости. — Любопытный язык, мне нравится. Отныне я буду единственным, с кем ты сможешь здесь общаться. Больше никто не поймет тебя. Да никто и не войдет сюда без моего позволения. А теперь поторопись, мне надо взглянуть на твою спину, — его холодный, чуть скучающий тон пробудил во мне дух противоречия, помноженный на злость и разочарование, он напрочь заглушил призывы логики к тому, что не следует грубить всяким светящимся колдунам, которые по слухам еще и полубоги.

Общаться? Только с ним? Да я лучше дам обет молчания или переду на язык жестов, чем стану терпеть такое с собой обращение. Нет! Ну, это надо же… снял с меня "Шелест". Жмот светломордый! А еще великий повелитель называется. Черта с два, я буду плясать под его дудку! И пусть мне будет плохо… потом.

— Вот еще! — фыркнула я, зло щурясь. Попытки рассмотреть собеседника во всех подробностях успехом не увенчались. Я видела лишь силуэт его высокой фигуры, не более того. Глаза слепило, и это раздражало еще больше.

— Ты сама сделала свой выбор, — пожал плечами он и, переступив зеркальную раму, похожую на переплетения металлических змей с искрящейся от его близости чешуей, оказался в паре шагов от меня.

Я инстинктивно подалась назад, но странное поведение покрывала едва не заставило меня потерять равновесие. Ткань натянулась, ее свободные концы устремились в разные стороны, будто раскрытые крылья. Затем создалось впечатление, что меня потащили за один из них, и я, раскрутившись волчком, чуть не рухнула на пол. Устояла, к счастью. А вот тонкий материал, к сожалению, треснул. Он разлетелся на несколько частей, которые, не успев достигнуть пола, рассыпались золотой пылью и осели на нем причудливым орнаментом. Я так и застыла на месте с приоткрытым от удивления ртом. Идея заслонить некоторые части тела от постороннего взгляда пришла позже, потопталась на пороге сознания и ушла… потому что ее нагло проигнорировали. Как только меня дернули за волосы, побуждая вернуться назад, зародившееся, было, смущение сменилось бешенством. Поэтому вместо того, чтобы сделать попытку скромно заслониться хоть чем-нибудь, я начала отбрыкиваться, царапаться и зло шипеть, как поднятая за шкирку кошка. Очень недовольная кошка.

— Убери руки, сссветлячок-переросток, — высказала прямо в его физиономию, которую так и не смогла толком разглядеть. Два глаза, нос, рот… сплошная игра световых пятен и это проклятое сияние. Похоже на маску из света, скрывающую внешность. Надеюсь, он там не веснушки прячет? — Ой! — Его пальцы крепче стиснули мою слабо заплетенную косу, перехватив ее возле самого затылка. — Больно!

А чего я, собственно, ожидала? Кто же, находясь в здравом уме, обзывается на могущественных магов королевских кровей, да еще и на их территории? Только такие идиотки как… не будем называть по имени, угу.

— Если ты перестанешь дергаться и позволишь мне спокойно рассмотреть узор на твоей коже, я не причиню тебе боль, смер-р-р-ртная, — рычание над моим ухом дало понять, что я кого-то ну о-о-очень сильно раздражаю.

Взаимно!

— Если вы перестанете выдирать мне волосы, я подумаю над вашим предложением, — ответила я, временно прекратив попытки вывернуться из его рук, так как при этом существовала реальная возможность лишиться скальпа. А мне моя шевелюра пока что нравилась. — Почему вы солгали, сказав, что я не подхожу на роль сейлин?

— Потому что ты на нее не подходишь, — свет, идущий от него, обволакивал меня, но не грел. Сияние, окружавшее повелителя, было каким-то холодным и слепящим, словно молния на грозовом небе. Он неподвижно стоял сзади, продолжая крепко держать меня за косу. Терпимо, если не вырываться. — Будь у меня выбор, ты оказалась бы последней в списке претенденток на это звание. Носить имя сейлин — великая честь, слишком большая для такой глупой девчонки, как ты. Но, как это ни печально, выбора у меня нет. Поэтому придется довольствоваться тобой.

— Сочувствую, — сквозь зубы процедила я. — Особенно, если учесть, что эта ваша честь, действительно, великовата для моих хрупких плеч. Так что тащите ее сами, пожалуйста, а меня отпустите домой. Только по-настоящему, а не как в прошлый раз.

— Надоела! — сказал он и, разжав пальцы, с силой толкнул меня вперед.

Ну, вот. Опять… Надоедать ему, похоже, становилось моей доброй традицией с недобрыми последствиями.

Когда я уже смирилась с тем, что "радостная" встреча моего несчастного носа с полом неизбежна, золотая пыль, лежавшая на нем, взметнулась вверх, приняв меня в свои крепкие (как выяснилось) объятья. Словно бабочка, попавшая в паутину, я запуталась в светящихся нитях, в которые теперь преобразовалось рассыпанное пеплом покрывало. Необычная сеть держала мое тело на весу, золотистые жгуты, точно змеи, ползли по ногам, крепко связывая их. Мои руки оказались раскинуты в стороны и зафиксированы в таком положении все теми же "веревками". Знала бы я, во что может превратиться утащенный с каменного ложа кусок материи, гуляла бы по залу голой. Самое невероятное в этой художественной композиции с моим участием было то, что меня привязали к воздуху. Нити, на которых я висела, тянулись в разные стороны, постепенно сходя на нет. Как будто их концы были закреплены в каком-то другом пространстве, а здесь находились лишь полупрозрачные проекции.

Н-да… картина маслом. Я даже название придумала: "Мечта мазохиста". Вишу где-то в полуметре от пола, из одежды одна золотистая сеть, на лице без труда можно прочитать "Сам дурак!", а в голове множество умных мыслей и не одной действенной. Красота!

Хмуро осмотрев свою ловушку, с опозданием подумала: "Надо было все-таки показать этому X-мэну мое нательное украшение, а не выпендриваться, как муха на стекле. Глядишь, отстал бы после желанного просмотра. И не загорала бы я тогда здесь в таком унизительном положении".

Светлоликий бесшумной походкой обошел меня по кругу и, приблизившись почти вплотную, принялся водить рукой по темному силуэту знака, проявившегося на коже.

— Ай, — я дернулась, но магические оковы не позволили увернуться от его прикосновения. — Щекотно же! Хватит. Да прекрати же! Изверг. Садист про…!

— Заткнись, — сказал он в полной тишине.

Еще бы! Если он был источником света, то я отвечала за звук, оглашая зал своими воплями. Вот только проворная веревка, распластавшись на манер ленты, незаметно скользнула к моему лицу и заклеила рот. Причем из-за этой волшебной заслонки я даже мычать теперь не могла. Оставалось обиженно сопеть, не забывая при этом старательно дышать носом. Тело мое продолжало дергаться и извиваться, как брошенный на сковородку уж. Ну, боюсь я щекотки, боюсь! И что с того? Однако на моего сиятельного мучителя это не производило никакого впечатления. Он еще минут пять, как минимум, ощупывал символ на моей спине, после чего удовлетворенно заявил: