Страсть к удовольствию - Нина Роуэн

Гранвилл с удивлением посмотрел на гостя, несколько обескураженный неожиданной сменой темы.

– Э-ээ… вы имеете в виду войну? Прочитайте сообщение об Альминском сражении. Похоже, это была безусловная победа союзных сил. Они даже взяли в плен двух русских генералов. Правда, наступление не планировалось.

– Его и не было. – Себастиан не испытывал особой симпатии к России, хотя и провел там довольно много времени в детстве и в ходе нескольких концертных турне. Теперь его желание вернуться в эту страну объяснялось тем, что два его брата и невестка жили в Санкт-Петербурге.

– Я только что прочитал сообщение о том, что битва на Альме считается предвестником скорого падения Севастополя, – сообщил мистер Блейк.

– Я об этом ничего не слышал, – отозвался Себастиан.

Он внимательно посмотрел на хозяина, за неприметной внешностью которого скрывался незаурядный интеллект. Но как велика была сила этого интеллекта? Гранвилл Блейк не проявил особого интереса к… Как он их там назвал?.. Да-да, к арифмометрам. И следовательно, мистер Блейк, возможно, ничего не знал о чертежах шифровальной машины.

Резко опустив чашку на блюдце, так что оно громко звякнуло, Себастиан поблагодарил хозяина за то, что тот уделил ему время и поделился с ним своими обширными знаниями, и, откланявшись, отправился на поиски Клары. Как он и предполагал, она находилась в студии. Остановившись на пороге, Себастиан внимательно посмотрел на нее.

Опустившись на колени, так что юбки пышным кругом легли вокруг ее ног, Клара перебирала что-то в большом деревянном коробе.

Несколько секунд Себастиан любовался ее изящным профилем и прелестной шейкой, обрамленной непослушными каштановыми завитками. Ни заколки, ни ленточки не могли удержать ее волосы, так что ей приходится то и дело откидывать капризные пряди взмахом тонкой руки. Но за этой утонченностью скрывалась незаурядная сила характера, о чем свидетельствовали четкие линии ее подбородка и твердость во взгляде.

Тут она вдруг повернулась и посмотрела на него. Губы ее растянулись в улыбке, а на щеках появились ямочки. Себастиан улыбнулся ей в ответ, и на сердце у него потеплело.

– Наверное, дядя Гранвилл ужасно утомил вас, – сказала Клара.

– Нисколько, – солгал Себастиан. – Мы говорили о машинах, которые решают математические задачки.

– В самом деле? Что ж, если кто-то знает в этом толк, то это определенно дядя Гранвилл. – Она выпрямилась. – Вы нашли то, что искали?

«Не совсем. Но, возможно, я нашел то, чего не искал», – подумал Себастиан и приблизился к Кларе. Остановившись перед ней, отвел прядь волос с ее щеки.

Но она на этот раз не покраснела. Более того, вдруг посмотрела на него с какой-то удивительной прямотой.

– У вас необыкновенные глаза, – произнес Себастиан.

– Мой дедушка называл их глазами колдуньи, но он говорил это любя. – Клара усмехнулась и добавила: – Во всяком случае, я так думаю.

– Я в этом уверен, – сказал Себастиан. – Ваши глаза… просто безумно привлекательны.

– Спасибо. – Взгляд Клары скользнул по его губам.

Себастиан же мысленно улыбнулся. Не первый раз он ловил ее взгляд на своих губах. Интересно, что она в них нашла? А впрочем… Возможно, ему просто показалось, что она смотрела на его губы. Хотя лучше бы смотрела.

Себастиан заглянул в короб и, увидев в нем игрушки, спросил:

– Это все работы вашего дядюшки?

– Да. – Клара осторожно прикрыла крышку ящика. – Я берегу их для своего сына.

– У вас есть сын?

– Его зовут Эндрю. – Клара нервно сглотнула. – Ему семь лет, он живет с моим отцом в его поместье в Суррее.

Себастиану хотелось узнать побольше, но ответ Клары не располагал к дальнейшим расспросам: в ее словах, вернее – в интонациях, слышалось некое напряжение.

Несколько мгновений оба молчали, потом Клара спросила:

– Так чего же вы хотите?

Его сердце тяжело застучало в грудную клетку.

– Чего я хочу? – переспросил Себастиан.

– Да. От моего дяди и… от меня.

– Видите ли, я…

– Только не говорите, что хотите разобраться, как работают дядины механизмы. Я заметила, что вы несколько раз сдерживали зевок во время продолжительной лекции дядюшки.

– Вы правы. Я предпочел бы побеседовать с вами.

– Со мной? – Клара быстрым движением заправила прядь за ухо. – Почему вы так часто пытаетесь мне льстить? Почему вы целовали меня? Чего же вы все-таки хотите?

Несколько секунд Себастиан боролся с желанием открыться Кларе, но осторожность взяла верх. Ведь если бы он рассказал ей, что искал секретные чертежи, она, возможно, выгнала бы его из дома. И тогда он уже никогда не добрался бы до этих чертежей.

Но, с другой стороны, тактика уверток и лжи вела его в никуда. И потом… с Кларой у него все-таки больше шансов добиться результата, чем с мистером Блейком.

Клара по-прежнему смотрела прямо ему в глаза, но Себастиан заметил, что она все же волновалась, хотя старалась скрыть свое волнение.

– Возможно, я смогу вам помочь, но вы должны сказать мне правду, – заявила она неожиданно.

Правду? Пальцы его правой руки судорожно сжались, и Себастиан на мгновение потупился. Потом снова посмотрел в глаза Клары. В самом деле – глаза колдуньи, глаза, притягивавшие как подводное течение, а затем увлекающие пловца в бездонные глубины…

Намерение Себастиана очаровать эту женщину, чтобы узнать секрет шифровальной машины, практически сошло на нет. Он больше не мог обманывать Клару Уинтер – и не хотел, – но ему вдруг захотелось узнать секреты Клары, исследовать все самые потаенные уголки ее беспокойной души.

Себастиан сделал глубокий вдох, пытаясь унять гулкое биение своего сердца. Дарайус просил сохранять строжайшую конфиденциальность при поисках чертежей машины, но завоевать доверие Клары можно только откровенностью.

– Я ищу технические характеристики одного устройства, – проговорил он наконец. – Мне сообщили, что ваш дядя, возможно, обладает чертежами этой машины. Она была изобретена Жаком Дюпре, и у меня есть основания полагать, что он незадолго до смерти отослал чертежи вашему дяде.

– Откуда вам это известно?

– Об этом мне сообщил мой младший брат. Брат живет в Санкт-Петербурге, и одно время он переписывался с месье Дюпре.

– Что это за машина?

– Она передает телеграфные сообщения, но, по-видимому, каким-то… совершенно новым способом.

– Но зачем месье Дюпре понадобилось бы посылать чертежи моему дяде?

– Не знаю. – Себастиан пожал плечами. – Дарайус считает, что скорее всего это было сделано для того, чтобы обеспечить их сохранность. Вам об этом ничего не известно?

– Ничего, – ответила Клара не очень-то уверенно. – Но если бы я даже что-то знала… зачем бы я стала вам об этом рассказывать?

– Я готов хорошо заплатить за информацию.

– Это было бы решение дяди Гранвилла, но никак не мое.

Взгляд Клары вскользнул куда-то в сторону, и Себастиан понял, что в комнате появился Гранвилл Блейк.

Обернувшись, Себастиан увидел, что Гранвилл внимательно смотрит на них с Кларой, и в его глазах за стеклами очков мерцает беспокойство.

– Все в порядке, дорогая? – спросил мистер Блейк.

– Да, дядя Гранвилл.

Себастиан ожидал, что Клара спросит дядюшку о чертежах машины, но она этого не сделала. И она пристально смотрела на него, Себастиана, – призывала его не раскрывать своих намерений. Он едва заметно качнул головой, и ее губы дрогнули в улыбке. При этом ему показалось, что она уже приняла какое-то решение, – вероятно, пришла к выводу, что можно будет использовать его интересы с пользой для себя. Но эта мысль не вызвала у него раздражения: напротив, она даже обрадовала Себастиана: у него возникло ощущение, что он, рассказав Кларе о чертежах, сделал то, что она ждала от него. И теперь, что бы она ни попросила взамен, он был намерен пойти ей навстречу.

Несколько минут спустя, стоя у окна, Клара наблюдала, как Себастиан спускается по ступеням к ожидавшему его экипажу, и ей казалось, что в душе ее словно раздвинулась плотная занавеска, пропускающая потоки света. Надежда, которую она обрела в тот момент, когда Себастиан Холл поцеловал ее, превратилась в нечто почти реальное. Вера в то, что он сможет помочь ей, постепенно перерастала в уверенность, поскольку иного и нельзя было ждать от такого человека, как Себастиан Холл. Но Клара понимала, что из этой запутанной ситуации был только один выход… Если она сможет найти необходимые Себастиану чертежи, у нее появится возможность заключить с ним сделку, касавшуюся Уэйкфилд-Хауса. Да, конечно, суд принял решение, по которому она не могла ни продать, ни завещать поместье, но она сможет сделать так, чтобы закон перевел его на имя другого лица. На имя Себастиана. А уж ему ничто не помешает передать Уэйкфилд-Хаус ее отцу – при условии, что тот откажется от опеки над Эндрю. Но для этого…

Клара прижала руку к груди. Для этого ей необходимо выйти замуж за Себастиана Холла.