Двойник Короля 7 (СИ) - Артемий Скабер

По пути из ангара ко мне то и дело подходили люди. Охотники восторгались моим путешествием к битве. Слуги кланялись, желая удачи. Даже Георгий произнёс короткую речь о чести и доблести.

Для многих из них, как я понял, отправка господина на войну была поводом для гордости. Мои люди радовались, что их барон будет служить стране, защищать её рубежи. Я же воспринимал это как вынужденную необходимость и удачный шанс укрепить свои позиции.

В какой-то момент поддался всеобщему воодушевлению и произнёс несколько мотивационных речей. Говорил о будущем рода Магинских, о задачах, которые ждут каждого в моё отсутствие, о том, как важно сплотиться перед лицом угроз. Люди слушали с горящими глазами.

Но время поджимало. Оставался последний пункт моего списка — лес. Нужно было собрать паучков, которых я оставил там дозревать.

По пути через угодья я жадно вдыхал хвойный аромат. Кто знает, когда ещё доведётся пройтись по родному лесу? Южные степи — это совсем другая земля, другой запах.

Среди деревьев быстро нашёл своих многоглазиков. Кристаллы на их спинах выросли, став крупнее и ярче. Каждый маленький монстр теперь мог не только сканировать территорию, но и выполнять более сложные задачи. Я переместил двадцать паучков в пространственное кольцо, предварительно создав для них там подходящие условия.

Задержался у гнезда паучьих «родителей» — взрослых особей, от которых произошло моё крошечное войско. Они могли бы прикрыть тылы, оставаясь в лесу, но решение пришло само собой: язабрал и их тоже. На войне лишняя сила не помешает.

Довольный своей подготовкой, направился обратно к особняку. Теперь оставалось забрать того, кого я выбрал в качестве сопровождающего.

Вернувшись, в своей комнате застал необычную картину. Мои жёны-перевёртыши переселились сюда, развалились на моей кровати. Их обнажённые тела лишь слегка прикрывал шёлковый покров.

А на полу, скрутившись в неудобной позе, дремала Лахтина. Бывшая королева скорпикозов куталась в покрывало, которое явно стащила с края кровати, и во сне бормотала что-то о своём «утраченном величии».

Я толкнул её носком сапога. Она недовольно поморщилась, но глаза не открыла.

«Собирайся! — приказал мысленно. — Ты отправляешься со мной».

«Что? — в голове зазвучал сонный и недовольный голос. Лахтина медленно открыла глаза, непонимающе хлопая длинными ресницами. — Почему я? Это ваша человеческая война. Я буду ждать тебя тут! И ты обязан мне сразу же вернуть облик, как только вернёшься!»

«Давай, бывшая гроза скорпикозов!» — я толкнул её снова, когда девушка, проигнорировав приказ, свернулась калачиком и закрыла глаза, намереваясь продолжить сон.

Почему именно она? Я долго взвешивал все за и против, и выбор пал на Лахтину исключительно из практических соображений. Дело было не только в том, кто пригодится мне больше всего. Но и в том, кто окажется наименее полезен здесь, в родовом гнезде Магинских.

Своих жён-перевёртышей я не рассматривал серьёзно. Они — моя охрана в особняке, единственные, кто могут в случае необходимости справиться с Жорой. Кроме того, на них возложена задача добывать кристаллы из-под носа императора. Разделять камни… Это было бы неправильным решением. Минувшей ночью я окончательно убедился, что друг без друга сёстры не могут. Их сила — в единстве, и ослаблять одну значит ослабить обеих.

Дядя Стёпа в теле Лампы… Прикидывал этот вариант. Опытный алхимик мог бы быть крайне полезен на войне. Но таскать с собой сварливого старика, который постоянно будет жаловаться?.. Сомнительное удовольствие. К тому же в моё отсутствие Ольга и Лампа должны учиться, а сам Лампа — набираться опыта у своего «квартиранта».

Сашенька… Утром я спустился проверить её самочувствие. Девушка по-прежнему находилась в полубессознательном состоянии, не понимая, кто она и где находится. Полная потеря памяти значительно усложнила бы работу с ней. К тому же я был не уверен, что стоит тратить зелье свободы на усилителя магии. Интуиция подсказывала: у этого зелья может быть лучшее применение.

Так что Сашенька осталась в особняке. За ней будут ухаживать, постепенно внушая единственную мысль: она — служанка рода Магинских и моя личная опора в делах. Её раны уже затянулись, хотя зрение, к счастью, не вернулось. Найти девушку не получится. Жмелевский ослаблен, и это идеально для моих планов.

Поэтому выбор пал на Лахтину. Боевая машина убийств в человеческом теле, бесполезная для поддержания дел в особняке, но потенциально крайне необходимая на войне. К тому же у неё был ещё один важный аргумент в пользу…

— Т-т-т-т… — девушка давила из себя нечленораздельные звуки, пытаясь заговорить.

Именно это. Лахтина будет моей немой служанкой. Я барон как-никак. Для окружающих она просто нужна для удовлетворения моих мужских прихотей. Был ещё один бонус от королевы.

— Раз! — скомандовал я, и Лахтина исчезла, переместившись в пространственное кольцо.

Оставил её там, чтобы она могла выплеснуть своё возмущение, поплакать о несправедливой судьбе и смириться с новой ролью. Хотя, если честно, не понимаю, что может не понравиться в путешествии с благородным бароном?

Для комфорта королевы я создал в пространственном кольце нечто вроде отдельной комнаты с кроватью, подушками, одеялом и прочими удобствами. Рядом обустроил вольер для Ама. Для паучков выделил отдельный «домик», где они могли бы спокойно развиваться.

Тщательно разложил по местам оружие, артефакты, одежду и зелья, чтобы в случае необходимости не тратить время на поиски. Даже с учётом всего багажа внутри пространственного кольца оставалось ещё место. Я чувствовал это, хоть и не мог точно сказать, сколько именно.

Посмотрел на часы. Пора было отправляться.

Когда вышел из комнаты с сумкой, в которой лежали только кристаллы, меня ждал сюрприз. Мои люди выстроились живым коридором: слуги, охрана, охотники — все до единого. Некоторые стучали мечами о ножны, создавая ритмичный перестук, от которого дрожали стены. Другие выкрикивали пожелания удачи и скорого возвращения с победой. Третьи просто кланялись, провожая взглядом.

Это… меня даже тронуло. По-любому идея Витаса или Медведя. Кивал каждому, когда проходил мимо. Я поднял руку в прощальном жесте, и люди ответили оглушительным криком. Их лица светились странной смесью гордости и печали.

Витас лично проводил меня до машины. Когда я усаживался на заднее сиденье, Лейпниш крепко сжал моё плечо.

— Возвращайтесь живым, господин, — произнёс он тихо, но твёрдо. — Род будет ждать.

Я кивнул, и машина тронулась с места, увозя меня за пределы территории особняка. Однако у самых ворот нас остановили.

— Магинский! — в открытое окно всунулась перекошенная от злости физиономия майора Патронажного. — Думаешь, что всё обыграл?

Он стоял, широко расставив ноги, словно готовясь не то к драке, не то к длинной тираде. Его лицо раскраснелось от едва сдерживаемой ярости,