Покорный поневоле - Дженнифер Робертс

- Вижу, тебе это по-прежнему не нравится, - недовольно заключает Фелипе. - Селия права - от тебя пахнет невинной покорностью. Это… соблазняет.

Приблизившись к распятому телу Малыша, он прижимается носом к его груди и медленно вдыхает.

- Или, может, я просто чувствую на тебе запах моей Селии. Подозреваю, что спустившись ниже, я смогу различить ее женские соки, оставшиеся на твоем розовом члене.

Наслаждаясь смешанным ароматом женского возбуждения и резким семенным запахом Малыша, Хозяин чувствует, как его рот наполняется слюной, и он начинает медленно опускаться вниз. От этой близости, мышцы парня дрожат. Всхлипнув, он прижимается спиной к стене, словно та ему откроется и поглотит его. Он понимает тщетность своих попыток придерживаться привычной скромности, но Фелипе по достоинству оценивает безрезультатные старания своего нового любовника. Хищник предпочитает преследовать убегающую жертву. Проведя языком по коже Малыша, Хозяин пробует его на вкус, отчего громко и неистово стонет. Деликатес.

- Ф-Ф-Фелипе? - умоляюще произносит красавчик, - пожалуйста… перестаньте. Я не хочу этого.

Тон Хозяина пронизан безудержным весельем.

- Не хочешь?

Поднимаясь, он не отнимает рук от бедер Малыша, который на несколько сантиметров выше и, скорей всего, может чувствовать под своим подбородком его дыхание.

- Ты согласился принадлежать мне.

- Селии, - шепчет блондин.

Фелипе впивается пальцами в его бедра.

- А кому принадлежит она?

В произнесенных словах скользит плохо скрываемая угроза. На нежной коже Малыша остаются отметины. У Фелипе уходит немного времени на то, чтобы услышать желаемый ответ, после чего он ослабляет нажим.

- Правильно, неблагодарный мальчик, она принадлежит мне, также как и ты, когда мне это будет угодно.

Ведь так оно и есть!

- Или, если хочешь, я в любое время могу вернуть тебя Калебу. На данный момент с его рабыни нечего взять.

- Нет! Пожалуйста, не надо. Я принадлежу вам. Делайте, что вам - черт бы вас побрал - хочется, только умоляю, держите этого гребаного психопата от меня подальше!

Малыш бьется в своих оковах.

- Он убил Шкета! Он! Он…

- Шшш, шшшш.

Удивившись неподдельной панике питомца, Фелипе спешно перемещается и, поравнявшись с ним, сокращает разделяющую их дистанцию, зажимая его между собой и стеной душевой.

- Конечно, ты принадлежишь мне, парень, конечно.

Его слова малоприятны, но производят должный эффект. Его дыхание замедляется, мышцы расслабляются, и через пару минут он еле заметно кивает головой.

- Просто сделайте это.

Малыш вздрагивает.

- Я не буду сопротивляться, я и не могу.

Его речь несколько раз обрывается, когда он произносит слова, которые одновременно потрясают и возбуждают Хозяина, заставляя его член болезненно упираться в ткань брюк.

- Но… просто… не поступайте, как хрен моржовый. Я никогда…

Блондин не может договорить, не расплакавшись. Его, находящийся между ними, член так и остается "незаинтересованным". Когда к Фелипе возвращается способность говорить, его голос звучит опасно низко и похотливо хрипло.

- Не выражайся, парень, предупреждаю в последний раз.

Он вжимается своей эрекцией в начисто выбритые гениталии Малыша.

- Ты никогда что, отчего твое лицо так красиво заливается краской?

Фелипе вдыхает через нос.

- Ты пахнешь так же вкусно, как и неутолимая киска Селии, - шепчет он Малышу на ухо. - Мне интересно, окажется ли твоя киска такой же приятной, как ее.

- У меня нет киски, - скулит парень.

- Разве? - шепчет Хозяин. - А что тогда это?

Смоченным слюной пальцем он очерчивает напряженный анус Малыша. У его питомца маленькая киска.

- Это мой зад, - рыдает он. - Вы знаете, что это мой зад. Прекратите!

Парень взвывает от отчаяния.

- Я не делал ничего подобного! Пожалуйста… я не делал этого.

Решив избавить Малыша от повязки, Фелипе не удивляется, когда тот просит ее оставить – это его единственная защита от собственного унижения. Он решительно держит свои глаза закрытыми.

- Открой глаза, красавчик. Позволь мне увидеть их.

Через мгновение, - Сейчас же.

Малыш продолжает неповиноваться, - Открой, или я проникну в тебя без смазки.

Палец Фелипе продолжает нежное поглаживание девственной дырочки.

По-видимому, призвав все имеющееся самообладание, он нехотя открывает свои глаза. Фелипе дает парню время привыкнуть к яркому комнатному свету, отражающемуся от ониксовой плитки. Не осмеливаясь посмотреть на своего Хозяина, Малыш приковывает взгляд к вделанному в пол сливу. Возбуждение Фелипе поднимается на новые вершины, когда блондин сопротивляется своим невольным реакциям на нежные ласки маленького, тугого ануса. С каждым приглушенным вдохом и вынужденным выдохом, Малыш обдает его щеку теплым дыханием. Хозяин продолжает стимулирование, от которого его питомец крепко закрывает глаза и хнычет. Завалившись головой вперед, он шепчет своему молодому любовнику фразы на испанском, перемешанном с английским языке.

- Открой глаза. Знаю, сладкий мальчик… ты такой тугой… Селия… умная девочка… нам с тобой будет очень хорошо.

Фелипе прошибает пот, и его ласкающий розовую дырочку палец с каждым кругом становится все настойчивее.

- Смазку! - вскрикивает Малыш. - Вы обещали.

К его дрожащим губам стекают крупные, соленые слезы, из носа течет. Он фокусирует взгляд на полу, слева от своего Хозяина. Блондин ненадолго закрывает глаза, когда положив ладонь на намокшую щеку, Фелипе поворачивает его к себе и смотрит в ярко-голубые глаза.

- Позволь мне успокоить тебя, красавчик. Однажды, совсем скоро, ты будешь умолять меня кончить в тебя.

Он постукивает пальцем по анусу Малыша.

- До тех пор, либо ты выкажешь мне свою покорность, либо я переступлю через демонстрируемую тобой неприязнь. Ты меня понял?

Малыш еле слышно выговаривает свой утвердительный ответ.

- Хорошо. Теперь… что это?

На лице блондина отражается испытываемое мучение. Он ломается, как стекло, его голос звучит так же разбито.

- Моя киска.

- И кому эта киска принадлежит, парень?

- Вам, - покоряется Малыш.

- Повтори. Мне нравится слышать это.

Фелипе беспрерывно водит пальцем от промежности блондина до его ануса и вокруг него.

- Пожалуйста, - начинает Малыш, однако выражение лица Хозяина заставляет его замолчать и полностью отдаться ему на милость.

- Моя киска принадлежит вам, Фелипе.

- И когда-нибудь ты позволишь мне ее трахнуть, верно, парень?

За этим вопросом следует тишина, затем… еле слышное, - Да.