Пожиратель Богов. Часть 2 - Юрий Розин

class="p1">Впрочем, от него уже тоже осталось не так много. Передав всю мощь и импульс атаки моему телу, сам он почти что остановился, при этом оказавшись буквально под самым аспектом чревоугодия.

Вероятно, он даже не успел порадоваться тому, какой урон мне нанёс. Разъедающая сила аспекта к этому моменту успела разъесть его мозг до состояния швейцарского сыра.

Моя выносливость и живучесть были многократно выше, чем у любого обычного живого существа. Но у меня уже не было пустого тела. Разрушение почти всех внутренних органов, серьёзная травма сердца, разрыв лёгких — всё это было, мягко говоря, смертельно опасно.

Я заставлял своё сознание работать, контролировать аспекты и основы Магической Формулы. Но больше ни на что моих сил уже не хватало.

Мир за пределами моего тела почернел и исчез. Я даже не мог бы сказать, стоял я до сих пор или уже упал, хотя, очевидно, второй вариант был куда более вероятен.

Мой организм стремительно двигался к естественной гибели. Не знаю, сколько времени у меня было, но оно явно исчислялось даже не минутами, а секундами.

И теперь, когда я дождался смерти главного святителя, как будто бы пришла пора переключаться на восстановление. Врубать на полную аспект льва и основание нерушимого тела вместе со всеми известными мне мировыми приказами.

Вот только я продолжал вливать всю мировую ауру в аспект чревоугодия. Потому что вместе с распадающейся плотью главного святителя в него начала потоком вливаться огромная энергия, содержавшаяся в теле великана.

Интересовала меня, однако, вовсе не она. Хотя мировая аура была ценным ресурсом, её я мог накопить в любом количестве, со временем. В отличие от крови и родословной четырёх древних монстров, начавших также поглощаться аспектом.

Раньше это было невозможно, так как восприятие мировой ауры было заблокировано, аспект понимания работал в жуткими помехами, а жрать великанов на глазах у Ариании не стоило. Но теперь я наконец-то понял, как именно работала система если не всего Истинного Мира, то по крайней мере Изельграунда.

И, на самом деле, она была куда скучнее и примитивнее, чем у Земель, Содружества или любого другого мирового скопления Великих Душ, о которых мне было известно благодаря Алистеру.

Аборигены скорее всего не рождались представителями одной из четырёх «рас». Вместо этого в какой-то момент жизни они выбирали одного из монстров или, пожалуй, правильнее будет сказать: «Один из Тотемов», и проходили процедуру, похожую на переливание крови.

Её эффект был примерно подобен тому, что я испытывал в прошлом при поглощении монстров. Перестройка тела на основании отличительных черт пожранных тварей.

Вот только мои превращения были стабилизированы генами поглотителей, а с учётом относительно небольшой силы «доноров» протекали очень плавно и неспешно.

На великанов, с другой стороны, никак не подготовленных к подобным переливаниям, кровь потомков древних чудовищ влияла резко и неконтролируемо, вызывая самые настоящие мутации по типу птичьих когтей или щупалец вместо бороды.

Главный святитель при этом не только получал кровь всех четырёх монстров, но скорее всего подвергался подобным вливаниям на постоянной основе. Из-за чего, собственно, и мог использовать мощь Тотемов сам по себе.

К моему счастью, ни живучесть генбу, ни воскрешение феникса не смогли противостоять аспекту чревоугодия. Хотя и то, и другое было проявлением соответствующих чудовищных аспектов, самих аспектов не было ни у главного святителя, ни у Тотемов. Так что, условно говоря, моя дубина оказалась больше.

Тем не менее, чистота родословной, содержавшейся в крови главного святителя, происходящей напрямую от потомков первых монстров, была куда выше моей. И упускать шанс поглотить её целиком я не собирался.

К сожалению, из-за аспекта льва родословные феникса, генбу и кракена не получили шанса даже на попытку закрепления в моём теле. Стоило им попасть в мою кровь, как они оказались разложены на чистую энергию и всё, что сделали — немного укрепили ткани тела.

Родословная льва, с другой стороны, была принята моим организмом с огромным энтузиазмом. Из аспекта чревоугодия её сила даже без моего вмешательства устремилась к аспекту льва в сердце, откуда хлынула в тело.

Опять же, в ней не было чистой энергии аспектов, так что процент завершённости остался без изменений. Однако я отчётливо ощутил, что моё физическое тело, не менявшееся со времён пожирания аватара Амалы и перерождения через обретение Сущности телесной гармонии, приблизилось к некой невидимой границе новой эволюции.

Правда, чтобы перешагнуть эту границу, мне нужно было куда больше силы родословной, чем содержалось в крови главного святителя. Впрочем, я прекрасно знал, где её достать… вот только из крови мёртвого монстра эта сила очень быстро вымылась бы.

Мысленно грязно выругавшись, я всё-таки переключил фокус на восстановление тела и, как только ощутил мало-мальский эффект, потратил почти все имевшиеся силы, чтобы вернуть связь с реальностью хотя бы на пару секунд.

— Лев… — прохрипел я порванной гортанью, — живой…

Я не знал, услышал ли меня кто-нибудь, и понял ли правильно. В любом случае, сил на что-то большее у меня уже не осталось. Поставив подсознательную установку на поддержание работы аспекта льва и основания нерушимого тела, я погрузился в кромешную тьму.

* * *

— О, оживает! — первым, что я услышал, когда вернулось сознание, был голос Вана. — Он приходит в себя, эй!

Тело болело нещадно. И не удивительно.

Осмотрев себя с помощью аспекта понимания, я понял, что восстановление завершилось хорошо, если наполовину. Лёгкие и сердце восстановились, как и желудок с печенью, но вот всё, что было ниже, пока что находилось в процессе регенерации.

Почки походили на крошечные вишенки, желчный пузырь — на сморщенную курагу, кишечник был раз в пять короче, чем должен был. С учётом того, что отключаться я больше не собирался, в ближайшие часы меня ждала та ещё агония.

Внутренние органы в принципе заживали куда дольше и болезненнее, чем мышцы, а тут они и вовсе отрастали с нуля. Двигаться и тем более сражаться в таком состоянии было едва ли возможно.

С трудом разлепив глаза, я понял, что лежу на мостовой всё той же площади, но уже на целой её части. Похоже, меня перетащили из того кратера, что своим ударом создал лев.

Вскоре перед моим носом собрались все… девять находящихся в сознании моих спутников. Одного эльфа не было видно. То ли он пострадал в бою и сейчас, как и я, где-то отлёживался, то ли был мёртв.

— Вы… — гортань тоже успела плюс-минус восстановиться, но говорить всё ещё было очень сложно, в пасти было сухо,