Колизион. Шатер отверженных - Ясинская Марина Леонидовна

Завтрак закончился, но обычно следовавшая за ним утренняя тренировка не началась; привычная рутина была разрушена – то ли отсутствием реального директора, то ли впечатляющей репетицией «Обскуриона», после которой отрабатывать свои номера стало как-то неловко. Фьору даже подумалось: уж не хотели ли «черные» циркачи этим показать свое превосходство и морально задавить? Если так, то надо признать, что им это удалось.

Возможно, будь у них директор, он бы сумел повлиять на настрой своих артистов. Или хотя бы убедиться, что они не пропустят тренировку. Но новоявленный и. о. директора не спешил прояснять ситуацию, слишком занятый втиранием в доверие к Джордану и флиртом с пока не слишком поддающейся его очарованию Рондой, а настоящий директор так и не нашелся… Почему он до сих пор не нашелся? Точнее – почему не признался?

Проходя мимо двух тесно припаркованных друг к другу черных автобусов, Фьор услышал голос, который невольно заставил его замедлить шаг. Говорил директор «Обскуриона».

– Что значит «почти уверен»?

Голос собеседника звучал глухо, и, хотя он и казался знакомым, Фьор никак не мог сообразить, кто это говорит.

– Я не видел его в деле, поэтому не могу дать стопроцентной гарантии. Но судя по тому, что я видел, это он и есть.

– И ты говоришь, он проявляется только в ее присутствии?

– Кажется, да.

– Снова «кажется»? – Голос Джордана звучал недовольно.

Ответа невидимого собеседника Фьор не расслышал. Он попытался аккуратно переместиться, чтобы заглянуть между автобусами и увидеть, с кем говорит Джордан. Похоже, это кто-то из «Колизиона». Но какие дела могут связывать одного из их циркачей с директором «Обскуриона», которого они встретили впервые в жизни? Не заслали же к ним шпиона, на самом-то деле! Да и какие тайны можно у них вынюхивать?

Сделав еще один небольшой шаг, Фьор наконец увидел просвет между автобусами и два силуэта. Стоя против света, фаерщик не мог рассмотреть лиц беседующих, но это было и неважно. Он просто дождется, когда эти двое разойдутся, проследит за циркачом и узнает, кто это. А потом, пожалуй, задаст ему пару вопросов.

– Надо проверить, – донесся до Фьора голос Джордана. – Принеси мне его. И если это не он, то тебе придется задержаться.

– Надолго?

– Пока не найдешь то, что тебе поручено. Все, свободен, – отпустил собеседника Джордан.

Фьор приготовился следовать за тем, другим, как вдруг кто-то тихо вскрикнул у него за спиной:

– Ой!

Фаерщик вздрогнул, взгляд упал на землю, и он увидел, как с кончиков его пальцев срываются огненные капли и, падая на землю, подпаливают жухлую осеннюю траву, а та тлеет и неохотно пытается заняться пламенем.

– Извините, – пробормотал Фьор, сжимая пальцы в кулак, поднял голову – и отшатнулся, а мигом онемевшие губы с трудом произнесли: – Ира?

Стоя возле их трейлера, Риона яростно отчитывала загородившего вход Вита. Тот возвышался над ней на полголовы, молчал и терпеливо сносил поток претензий.

– Что случилось? – спросила Кристина.

– Ничего, – резко ответила Риона. – Просто некоторые, – ткнула она пальцем в Вита так, будто это была рапира и она хотела ею его пронзить, – в очередной раз отказываются принимать ответ «нет»!

– Он тебе замуж, что ли, выйти предложил? – пошутила Кристина, пытаясь разрядить обстановку. Она прежде замечала особую враждебность танцовщицы к Виту, но сейчас та из нее буквально выплескивалась – через край! Что такого натворил их ходячий генератор электричества, из-за чего она так бурно реагирует?

Риона на шутку не отреагировала.

– Он прекрасно знает, что мне неприятно его общество, но все равно продолжает его навязывать, – ответила танцовщица таким высокомерным, ледяным голосом, что Кристина живо представила себе, какой та была, когда впервые оказалась в «Колизионе» и за что заработала прозвище Принцесса – в некомплиментарном значении.

Вит продолжал невозмутимо стоять со скрещенными на груди руками, загораживая вход в трейлер, и никак не реагировал на выпады Рионы – не оправдывался, не спорил, не пытался объясниться. Просто молчал и ждал.

– Ну поговори ты с ним; тебе так жалко пять минут времени? – примирительно спросила Кристина. – Все равно мы скоро уже должны трогаться.

Риона недовольно поджала губы и, кажется, собралась спорить дальше, но тут мимо них на довольно большой скорости пронесся один из автобусов «Обскуриона». А за ним – еще один, и еще, и еще; автокараван черного цирка тронулся. Значит, они следующие.

И действительно, через несколько мгновений загудели автобусы и трейлеры «Колизиона», давая сигнал к отправлению.

Риона мученически вздохнула, давая миру понять, на какую жертву она идет, и подошла к Виту.

– Ну? Так и будем тут стоять? Или ты нас впустишь?

Вит колебался пару секунд; он явно хотел поговорить с Рионой до отправления, но этого сделать уже не получалось.

Риона фыркнула и забралась внутрь. Кристина последовала за ней, и молчаливый акробат, которому выпало сегодня быть их водителем, завел мотор. Трейлер медленно тронулся, и Кристина увидела, как Вит, оставшись в одиночестве, вдруг присел на корточки на обочине дороги, достал откуда-то лампочки и стал быстро втыкать их в землю. Нити накаливания в стеклянных колбах загорелись, и все вместе лампочки образовали причудливый световой узор. Зачем Вит это делает? У них же сейчас нет представления!

Впрочем, Кристина сразу забыла о загадочном поведении Вита, когда наконец увидела, что в трейлере не оказалось соседок.

– А они где? – кивнула девушка на пустые кровати.

– Поехали с «Обскурионом», – ответила Риона. – Думаю, не хотели прерывать флирт; за завтраком они все очень мило болтали с тамошними парнями.

– Или захотели оказаться в числе тех двоих, кого «Обскурион» заберет с собой после представления, – выдвинула другую версию Кристина.

– Думаешь? – нахмурилась Риона. – Но зачем им это?

– У нас – тонущий корабль, на котором к тому же нет капитана, – сухо пояснила Кристина. – И неизвестно, выплывем мы или нет. А эти предлагают спасательную шлюпку.

– Не уверена, что захотела бы искать спасения именно на этом корабле.

– Я тоже. Но, кажется, большинство наших просто очарованы «Обскурионом». Хотя, как по мне, он выглядит довольно мрачным. И еще директор у них… брр!

– Мне сначала тоже так показалось. Но, знаешь, когда за завтраком к нам пришли циркачи оттуда, они произвели на меня впечатление очень даже приятных людей. Во всяком случае, те, с которыми я успела пообщаться. Тебе разве так не показалось? Я видела, как ты мило общалась с тем блондином…

Кристина кивнула; Дэнни и правда оказался приятным собеседником.

– Кстати, он очень напоминает мне одного блогера, – продолжила Риона. – Ну, знаешь, того эпатажного, который то налысо побреется, то придет на мероприятие не в одежде, а весь раскрашенный боди-артом, то пожертвует несколько миллионов, чтобы создать амурским тиграм условия для размножения… Как там его зовут?..

– Точно! – с облегчением воскликнула Кристина. Ее тоже преследовала мысль о том, что Дэнни ей кого-то напоминает. Вот кого! Правда, имя этого блогера упорно от нее ускользало, но она точно знала, кого имеет в виду Риона.

Разумеется, Дэнни – не он, просто похож. Тот блогер оказаться в цирке не мог в принципе, такой человек просто не может чувствовать себя ненужным в жизни… не так ли? А Дэнни и вправду производил приятное впечатление. Но это все равно не меняло того факта, что само присутствие «Обскуриона» рядом вызывало настороженность и необъяснимое внутреннее напряжение, которое никак не рассеивалось. И подслушанный Кристиной разговор Кабара с Джорданом только сильнее питал эту тревожность. «Обскурион» вовсе не такой милый бескорыстный спаситель, каким пытается себя выставить.

И потом, был еще один важный фактор, для Кристины – решающий.

– Они выкинули Мануэля, – обвиняющим тоном напомнила она. Для нее этим было сказано все, что она думает об «Обскурионе».