Лимитерия (СИ) - Герда

Леший, наконец, осознал, что сражается с непростым противником — потому окончательно рассвирепел. Враг выгнулся, испустил бешеный крик и покрылся в мгновение ока древесной корой. Потому следующий удар демон даже не ощутил. А вот его «абордаж» был более чем успешен: Хог в тот момент запнулся о корягу, и Леший незамедлительно врезался в него плечом. Волонтёр-новичок кубарем улетел назад.

— Ха! Не пытайся брыкаться: я каракурт! — осклабившийся Лимит тотчас вскочил на ноги и закружил вихрем вокруг Лешего.

Противник растерялся. В одночасье он попал в эпицентр искусственного смерча, откуда не мог выйти. А бегающий по коло Хог толкал его из стороны в сторону, отчего Леший, как шарик пейнтбола, летал туда-сюда. Посыпалась первая кора.

Хог понимал прекрасно: так просто всё не закончится — потому и готов оказался к следующим действиям Лешего. Лесной демон поднял стопу и опустил её с громким звуком, отчего по земле прошла звуковая волна. Почва внезапно стала мягкой и засасывающей, как болотная трясина, и Лимиту пришлось прервать свой бег. Кнутом притянул себя он к ближайшей ветке, раскрутился на ней и прыгнул на другую. Потом снова сие повторил, но уже на другом дереве. Леший бросился за ним. Он вырвал с корнем красивую берёзу, после чего швырнул в Хога, однако парень успел уклониться.

— Чот я форму прежнюю потерял, непорядок. Надо бы поднажать, — с этими словами Хог активировал белоснежный Коловрат в правом глазу. — «Посолонь»! Зарядка!

Лимитеры, в отличие от эрийцев (и тех, кто был потомком последних), напрямую колдовать не умели. Для того, чтобы использовать боевую (и не только) магию, им необходимо было волшебное оружие. Оно могло быть как холодным, так и огнестрельным; как книгой чародея, так и магическим камнем. Его используемый человек заряжал своей внутренней энергией, благодаря чему получал воистину убойный во всех смыслах аргумент для любых битв.

Что, собственно, и случилось после «Зарядки»: чёрный кнут вдруг засиял белоснежным светом, испускающим искажения цвета Солнца, и Хог туго натянул его. На лице отважного Лимита появилась триумфальная улыбка.

Вязг!

Леший выпучил пылающие изумрудным огнём очи — а потом завыл настолько громко, что даже лес немного содрогнулся. Ибо белый хлыст не только пробил броню, но ещё и пламя бело-жёлтое после себя оставил. А Хог прокрутился вокруг оси, как в танце, и ударил снова. Усиленный Коловратом кнут бил быстрее, сильнее и ощутимее, нежели раньше. Хотя он светился во тьме, будто новогодняя гирлянда, предугадать траекторию его атак возможным не представлялось.

Исход этого боя очевиден: Хог выиграет, и Леший это прекрасно понимал. Единственное, что могло спасти его — бегство. Им демон не пренебрёг.

— Пряня, ко мне! — крикнул Хог, поняв намерения врага.

Леший выпустил из чрева густое облако пыли, заставив Лимита закрыть лицо руками. Через секунду в волонтёра полетел осиновый кол, но тот кувырком прокатился под ним, после чего бросился бежать.

Вокруг — проносящиеся на бешеной скорости деревья. Из-за сильного ветра сложно было разобрать звуки окружающего мира: падали листья, вылетали из земли сырые корни, гремели камни. Всё это происходило во время бега, и Хогу приходилось, не сбавляя темпа, прыгать в разные стороны, дабы не погибнуть.

Он попал в иллюзию Лешего. Куда ни пойди — везде бесконечный лес. Одна тропа, ведущая в никуда. И нет выхода из ловушки сей, покуда спутал лесной демон все пути возможные. Оставалось только бежать.

Только Хог был готов к такому. И подле него летящий Пряник тоже, носом втягивая воздух.

— Направо. Налево. Ясень, — сообщил енот о местонахождении схоронившегося врага.

Хог хмыкнул. Со скоростью молнии он вырвался вперёд, оторвавшись от преследующих его острых веток. Затем свернул влево и, подпрыгнув, нанёс сокрушительный удар кнутом по ясеню, коим был Леший. Жуткий звук разлетающихся щепок огласил поляну вперемешку с громким падением демона на землю. Его тело больше ничего не защищало.

А дальше всё происходило как в киношном «slow-mo»: Леший поднимается на ноги, но перед ним на корточки спрыгивает плотоядно улыбающийся Хог.

— Время кончать, хе-хе, — пафосным голосом говорит он.

Удар спереди. Удар справа. Сбоку. Сверху. Снизу. Лимит буквально закружил вокруг врага, словно заведённая юла, обрушивая на орущего от боли демона сто пятьдесят кулачных ударов. Они прилетали одновременно, точно и быстро — словно шаровая молния, настигшая свою цель.

А потом кросс объятого бело-жёлтым светом правого кулака с хрустом врезается в Лешего, и демон с донельзя ужасным грохотом влетает в дуб, ломая его собой. Один из рогов не выдержал такой силы и отлетел от головы противника — и был тотчас пойман Пряником. Зелёные очи потухли. Леший, обмякнув, шумно рухнул на землю пластом.

Он проиграл.

— Вот тебе кара Перуна, ха-ха! — победно усмехнулся Хог, гордо ткнув себя в грудь большим пальцем.

— Молодец, Кнутик! Отличная работа! — поздравил хозяина Пряник, принеся ему его честно заработанный трофей.

— Без тебя бы я не справился, малыш, так что эта победа — общая.

Лимит выставил ладонь, и энергичный енот хлопнул по ней мягкой лапкой.

Эпизод 3: Будущие товарищи

Хог не хотел просыпаться. Уж слишком мягок был кожаный чёрный диван профессора Сахарова, на котором Лимит досыпал оставшуюся ночь. А ещё не слишком радовало юношу то, что сегодня ему придётся заново знакомиться с кордоном «Луч», но уже в качестве охотника-волонтёра. От этого никуда не деться, безусловно, — однако приступать к сему не хотелось в ближайшее время.

Вернувшиеся с задания Хог и Пряник объявили об успешном завершении миссии, и Макс, коротко сказав:

— Я в тебе не ошибся, сынок.

…вручил ему эмблему синего орла. Теперь она красовалась на его левом предплечье, как бы объясняя, к какому союзу принадлежит Лимит. Пряник повязку не получил, но оно и понятно: он — не охотник, только питомец.

Хог вытянулся на диване во весь рост и громко зевнул. Уже утро, судя по освещению в кабинете Сахарова. Пряник мирно дремал на спинке дивана в позе свернувшейся кошки.

Хог причмокнул. Лёг на правый бок, глядя сквозь приоткрытые веки.

— А-а-а, чудище, страшила, пугало!!!

И с таким дичайшим криком подскочил с дивана, что Пряник, славящийся глубоким сном, тоже проснулся. С визгом.

— Ты кто, грызло мне в пятку? — орал Хог.

Данное обращение было адресовано девушке, испугавшейся не меньше волонтёра (и то лишь потому, что он орал). Она тоже закричала от страха и едва со стула не свалилась, но, благо, удержалась. С виду ей можно было дать восемнадцать лет: причёска с каре лесенкой шоколадно-орехового окраса