Второй шанс (СИ) - Евгений Холодов

— Только в самых общих чертах, — признался я. Это уже почти успело стереться из моей памяти.

— Тогда слушай. Изначально были лишь две сущности, полностью противоположные друг другу, и кроме них не было ничего. Одна создавала миры, а другая пыталась их уничтожить. И длилось это бесчисленное множество эпох. Первую мы называем Творцом, другую прозвали Разрушителем, поскольку их настоящих имен никто не знает. Однажды, Творцу удалось создать особенно прекрасный мир, который он полюбил сильнее прочих. Создал он моря и континенты, растения и животных, людей, эльфов, гномов, и множество других разумных рас. Мир этот, как ты понимаешь, назвал он Альтреей.

Посмотрел он на дело рук своих и решил, что ничего более прекрасного он никогда уже не сотворит. И поскольку этот мир ему особенно полюбился, ему не хотелось, чтобы его постигла участь всех его предыдущих творений. Тогда создал он богов, чтобы они за всем этим приглядывали, и наделил их частью своей силы, а сам решил сразиться с Разрушителем. Но силы их были равны, и никто из них не смог бы победить. Творец это знал. Он сделал так, что их сила полностью поглотила друг друга, и тогда оба они перестали существовать. Так говорят легенды всех народов. Как было на самом деле — никто не знает. Кроме богов, пожалуй. Но у них‑то не спросишь.

Бранн ненадолго умолк, задумавшись, затем продолжил:

— Ну так вот. Долгое время Альтрея процветала. Все народы жили в мире, согласии и довольстве. Эту эру назвали Эпохой Мифов. Тогда были созданы величайшие произведения искусства, и вся мирная магия в ту пору была сильна, как никогда. Сейчас еще можно изредка отыскать заклинания из тех времен. Та эпоха длилась несколько тысячелетий, но потом все изменилось. Не в один миг, постепенно. Правителями овладевали зависть и гордыня, начались войны, голод и болезни стали терзать всех обитателей мира. Старые государства переставали существовать, народы объединялись в империи, они расцветали, рушились, а на их месте зарождались новые.

Было время, когда все воевали против всех, и даже боги погрязли в собственных распрях. То была Эпоха Легенд. Эра величайших воинов, героев и боевых магов. В ту пору создавались самые совершенные оружие и доспехи, самые разрушительные заклинания. Сейчас их называют легендарными и они ценятся выше всех остальных. Эта Эпоха тоже подошла к концу. Последние несколько веков уже не было таких войн, боги как будто бы тоже примирились. Жизнь стала спокойнее, голод и эпидемии напоминали о себе уже не так часто.

Казалось, что так будет и дальше. Но все закончилось в один день, более десяти лет назад. В наш мир пришли Лорды Разрушения. Неизвестно, где они были все это время, да и вообще никто не подозревал об их существовании. Но оказалось, что Разрушитель тоже был способен что‑то создавать. Его детища получились под стать ему самому. В тех местах, где они спустились на землю, не осталось ничего живого. Целые страны перестали существовать в считанные часы. Боги, конечно же, встали на защиту своего мира. Как и тысячи лет назад, сама земля содрогнулась от той битвы. Лордов Разрушения удалось остановить, но не уничтожить. Те земли, которые они успели осквернить, стали их вотчиной. Они отгородились магическим барьером, и никто не знает, что происходит за ним, потому что никто не в силах его преодолеть. Но еще хуже стало, когда из‑за барьера начали появляться невиданные до того твари. Вскоре территория вокруг оскверненных земель опустела на несколько дней пути.

Многие народы объединились и попытались остановить созданий Разрушителей. Завязалась долгая война, победить в которой мы не могли: наши силы конечны, тогда как врагам не было числа… И тогда пришли вы. Возрожденные. Избранники богов. Бессмертные. О вашем появлении возвестили Посланники Творца, тоже возникшие из ниоткуда незадолго до вас. Поначалу мы ликовали, но радость быстро сменилась недоумением: вы приходили в наш мир слабыми, словно младенцы. Но вас было много, вы быстро учились, и вскоре превратились в реальную силу, которая помогает нам выстоять в этой бесконечной войне. При этом вы умудряетесь воевать между собой, а иногда даже с нами.

Занятная история. Для местных обитателей мы и спасители, и угроза одновременно. Наверное, они сильно удивились, когда сошедшие с небес герои стали пополнять ряды местного криминалитета, грабить и убивать. Классы типа вора и ассассина пользуются в Альтрее не меньшей популярностью, чем в других играх.

Закончив рассказ, Бранн от души приложился к кружке.

— Ты вот говорил, что помнишь что‑то о своей прежней жизни? — спросил он меня, сделав несколько глотков.

— Немногое.

— Расскажешь?

— Почему бы и нет? Как я и говорил, отец был наемником — южанином, мать тоже из Даргарда, — я стал импровизировать, придумывая предысторию своего персонажа. — Он был отличным бойцом и неплохим командиром. Собрал свой отряд, занимался в основном охраной торговых караванов. Много где ему пришлось побывать, пока его отряд снова не занесло в Даргард, где он и встретил мою мать. Она знатного рода была, а на юге торговля для знати не считается чем‑то зазорным, поэтому ее семья была еще и преуспевающими торговцами. Отряд отца был нанят на долгий срок ее семьей, так мои родители и познакомились. Когда решили пожениться, то ее родня, конечно же, была против — не хотели пускать в семью человека не из знати. Тогда он просто забрал ее и уехал. Мешать ему не стали. К тому времени у него уже было много людей, он успел заработать уважение и доказать как свое воинское мастерство, так и то, что сможет обеспечить свою будущую жену.

Они уехали на север в Хельмстад, где отец продолжил заниматься тем, что у него получалось лучше всего. После моего рождения он стал больше времени проводить дома, но продолжал изредка ходить с караванами. В одном из таких походов на охраняемый его отрядом караван напали, а сам он получил тяжелое ранение. После этого отец больше не водил отряды. Да и незачем ему было — к тому времени у него уже было три сотни бойцов, да и толковых командиров хватало. Вместо этого моя семья решила всерьез заняться торговлей, а уж в ней‑то моя мать хорошо разбиралась.

Когда я немного подрос, родители обучать меня: отец — воинскому искусству, мать — торговле. Мне же не нравилось ни то, ни другое. Поэтому я стал дизайн…кгм…художником. Рисовал поместья, замки и дворцы, а потом архитекторы создавали их по моим рисункам. Вот в общем‑то и все.

Ваш навык Красноречие увеличивается до 11!

Интересно, как мне это удалось? Благодаря длинной речи или тому, что история была выдуманной? Во время игры прошлым персонажем я как‑то не уделял внимание этому навыку.

— Вот оно как… — медленно произнес удивленный рейнджер. — Я‑то всегда думал, что боги призывают себе на службу только самых искусных бойцов и магов, героев, чем‑то проявивших себя. Выходит, они любого могут выбрать, несмотря на то, совершал ли тот подвиги или нет?

Я пожал плечами:

— Выходит, что так.

— М — да — а-а… — Бранн надолго погрузился в раздумья.

Похоже, мне попался НПС, завидующий живым игрокам и всерьез надеющийся, что и его 'изберут'. — А как там, в Высших Сферах? Ты и богов, наверное, видел? — прервав раздумья наконец спросил рейнджер.

— Нет, не видел. Помню, только свет кругом был, и все, — честно признался я.

Бранн снова о чем‑то задумался. Даже жаль его немного. Если так посудить, то чем он сейчас отличается от меня? Мы оба мыслим, оба чувствуем, у каждого из нас есть мечты и желания. Можно ли сказать, что я более реален, чем он? Да, я прожил долгую жизнь в реальности, но игре уже десяток лет, и все эти годы почти неотличимые от реальных людей НПС жили в ней своей жизнью в абсолютно реалистичном мире. При этом в них вложена память о предыдущих годах их жизни и о тысячелетиях истории этого мира. Для них Альтрея существовала многие века, в ней были свои правители и герои, свои империи, войны и катаклизмы. А десять лет назад в их мир начали приходить игроки — избранные богами, бессмертные…

Я поежился. Слишком уж реальной получилась Альтрея. Впрочем, на данный момент для меня это только плюс. Если уж мне придется жить в виртуальности, то такая мне подходит больше всего.

— Даже не знаю, что теперь делать, — поделился своими мыслями мой тренер, в очередной раз наполняя кружки. — Я ведь раньше как думал: стоит совершить какой‑нибудь подвиг, и тогда высшие силы обратят на тебя внимание. Теперь выходит, что их избранником может стать любой. С одной стороны — хорошо. Не каждому в жизни удается совершить что‑то достойное внимания богов. А с другой стороны, если шанс есть у каждого…

Я уже был не рад, что рассказал Бранну о профессии художника. Сказал бы, что был великим воином — ему бы спокойнее было. Повезло же наткнуться на НПС — мечтателя. А хотя…