Упрямое счастье, или Воспитание маленького дракона - Анна Гаврилова

Так что я потянулась, зевнула и лениво перевернулась на спину. И тут же удостоилась тёплой улыбки и сияющего взгляда серых глаз. Этот взгляд ужасно смутил, но я свои эмоции не выдала — улыбнулась в ответ и спросила:

— Нас все потеряли, да?

Блондинчик, который, к слову, был уже полностью одет и причёсан, пожал плечами, давая понять, что реакция окружающих ему не слишком интересна. Тут же наклонился, легко поцеловал в подбородок и встречный вопрос задал:

— Есть хочешь?

Вот так я и узнала о визите горничной. Затем облачилась в одну из многочисленных герцогских рубашек и, потягиваясь, отправилась вслед за Даном в гостиную.

Картина, которую там застала, была вполне ожидаемой. На столе, установленном возле одного из огромных окон, появилась белоснежная скатерть, а на ней тарелки и кофейник — обед их светлости. Ну а угощение для маленького дракона рядом, на полу.

Меня такой подход, разумеется, не оскорбил, а вот Дантос недовольно нахмурился. Потом привычно подхватил миски и, водрузив их на стол, галантно предложил даме стул. Я, разумеется, согласилась, но с одним условием:

— Миски мои.

Блондинчик чуть скривился, однако спорить и подсовывать мне «человеческую еду» не стал. И это сильно порадовало, ибо порции, приготовленные для светлости, были прямо-таки гигантскими. Раза в полтора больше, чем обычно.

Последнее вызвало недоумение, которое тут же подметили.

— Это компенсация за пропущенный завтрак, — усевшись напротив, признался Дан.

Мигом вспомнились слова о том, что меня искали всё утро, и причины, по которым кто-то не позавтракал, стали более чем ясны. Но совесть проснуться не успела — от раскаяния отвлекло тихое и удивлённое:

— Ну надо же…

— Что случилось? — обратилась к Дантосу я.

В ответ мне предложили приглядеться к набору столовых приборов, и… в общем, повод для удивления действительно имелся. Просто количество приборов было двойным, в смысле на две персоны рассчитанным. Впрочем, с учётом сведений, полученных от Жакара…

— Некоторые из слуг догадываются, что я не просто дракон, — сказала, умыкнув у светлости сперва ложку, а потом и вилку.

— Я в курсе. Но ведь это не повод нарушать конспирацию.

Дантос был настолько серьёзен, что я не выдержала и разулыбалась. Тут же подхватила пшеничную булочку и сосредоточилась на супе.

Мой визави столь легкомысленную позицию точно не оценил, но голод оказался сильнее желания спорить. В итоге блондинчик последовал моему примеру — тоже обратил внимание на суп.

А через четверть часа, когда первый голод был утолён, это самое внимание переключилось на меня. Теперь Дантос сидел, жевал, поглядывал и молчал. Причём молчал выжидающе!

Вот тут и открылась одна принципиально важная проблема. Да, я приняла истинный облик и даже губы под поцелуй подставила, но простить не простила. То есть говорить нам было не о чем, разве что о выходке с приглашением Катарины и о трупе Ласта. Ну и о дневнике, разумеется.

И я уже раскрыла рот, дабы сообщить Дану о своём намерении задержаться в образе человека, но решительный стук в дверь мою инициативу оборвал.

— Дантос, нужно поговорить! — голос Вернона прозвучал очень сурово. — Срочно!

Мои намерения… нет, не изменились. Но я быстро сообразила, что если останусь в истинном облике, то дальше покоев герцога Кернского не уйду. То есть буду вынуждена сидеть тут, в то время когда там, снаружи, стряслось что-то важное.

Такой расклад, конечно, не понравился, и я спешно поднялась на ноги, чтобы удалиться в ванную.

— Вернон, минуту подожди! — крикнул тем временем Дантос и тоже вскочил.

Он в два счёта оказался рядом, ухватил за руку и привлёк к себе. В серых глазах читалась… нет, не мольба, но искренняя просьба: «Не превращайся!»

Увы, но времени на обсуждения не было, и мне пришлось вероломно кивнуть. И сделать вид, будто намерена просто пересидеть визит мага в спальне.

С тем и ушла. Покинула гостиную, чтобы вскоре оказаться под той же дверью в облике чешуйчатой девочки и услышать предельно нервное:

— …план императорского дворца и слепок ауры главного хранителя, понимаешь?! И у меня нет никаких сомнений в том, что он этим слепком воспользовался! То есть этот человек проник в государственные тайны! И какие из них он унёс в могилу, а какие разболтал или продал, мы знать не можем.

— И что ты предлагаешь?

— Во-первых, сообщить Роналкору, а во-вторых…

Нет, договорить Вернон не смог. Магу помешало выразительное «Ву-у-у» в исполнении одного ну о-очень сладкоголосого дракона.

Попыток встать на задние лапы и открыть дверь самостоятельно я не делала — ждала, когда за мной поухаживают. И дождалась… не очень довольного моим появлением Дантоса.

По всему выходило, что в этот раз телепатия не сработала, что для герцога Кернского превращение стало сюрпризом. Но угрызений совести я опять-таки не испытала — в данный момент меня больше заботила глупая идея Вернона рассказать обо всём Роналкору.

— Почему ты считаешь эту идею глупой? — спросил Дан, и я невольно вздрогнула.

Помянула крепким словом нестабильность ментального контакта, а потом призналась…

— Ву! — сказала я. Что в данном случае означало: подумай сам, если Роналкор узнает, то в замок сразу же понаедут всякие следователи, дознаватели и прочие личности. А нам эта толпень нужна?

Блондинчик довод не оценил — поджал губы и глазища прищурил. А через миг в тишине гостиной прозвучало:

— Кстати, а что ты говорила о векселях? Они твои по праву первого мародёра, или?..

Маленькая красивая я сделала большие глаза и бросила взгляд на переполненного эмоциями Вернона. А не найдя поддержки, села, обвила лапки хвостиком и тяжко вздохнула. Подвергаться допросу, конечно, не хотелось, но я с самого начала знала, что процедуры этой не избежать.

— Так что с векселями? — напомнил Дантос.

Я вздохнула опять и принялась делиться знаниями. И даже не сомневалась — вот сейчас телепатический дар светлости сработает без сбоев.

Сообщение о том, что я знаю найденного в склепе человека, особого удивления не вызвало. Признание, что человек этот был магом, тоже восприняли ровно. А вот когда я напомнила про ошейник и упомянула про роль Ласта в его появлении на драконьей шее, воздух в гостиной резко наполнился грозой. Источником этой грозы был, разумеется, Дантос.

Герцог Кернский пришел в ярость, причём резко. На мгновение стало страшно за дорогущую мебель, но крушения всё-таки не случилось. Зато мы поняли — подпускать Дантоса к трупу не стоит. Впрочем, если этот труп уже осмотрели и он больше не нужен, то почему нет?..