Хроники Гнипахеллира (СИ) - Паша Козельский

сконцентрировано большое число зараженных, а потому, параллельно с лечением, я ухитрился собрать приличное количество чумной бациллы. Что-то подсказывало мне, что это не просто чума, уж больно быстро она началась.

— Никто не должен покидать Карабалам-Сити! — надрывался мэр. — Пограничники за городом предупреждены и будут стрелять на поражение.

— Вы с ума сошли, мастер, — возмутился Патрик, когда увидел, как я переливаю весь добытый биоматериал в одну пробирку.

— Надо разбираться с причинами, а не оплакивать умерших! — отрезал я. — Я давал клятву хранителя. — пробирку я сдал в биолабораторию ордена, приказав отчитаться о результатах лично мне.

Мы работали и днем, и ночью, не покладая рук. Домой я смог попасть лишь вечером третьего дня. Громко надрывался ментафон. Нехотя поднявшись, я принял вызов. На экране появилось изображение рыжеволосой женщины с зелеными глазами. Это была Моргана — моя старая подруга из Авалогна.

— Раин, — задыхаясь, прокричала она. — Как там дела у вас в Туране?

— У нас тут чума! — закричал я.

— У нас тоже! — ответила старая подруга. Позади нее раздался душераздирающий крик.

— Что это? — спросил я.

— Это Кевин! — так звали мужа Морганы. — Мы все тут так кашляем. — За эти три дня я повидал не мало кашлюнов, но такого кашля даже я не слышал. — Нас чем-то отравили с воздуха, а потом началась чума!

— Разглашение внутренних сведений иностранным гражданам! — послышался голос в ментафоне. Раздались выстрелы и Моргана упала. Что происходит в Авалоне?

Недомогания я почувствовал на следующее утро. Что-то словно взорвалось в моих легких, и тело пронзила адская ломота. Я схватился за ментафон и вызвал великого магистра.

— Я сегодня не смогу выйти, — сказал я, сплевывая кровью. — Зацепил где-то, — добавил я, прекрасно понимая, что зацепил в чумном бараке.

— Давай выходи! — рявкнул всемастер.

— Я заражу всю резиденцию! — простонал я.

— Хочешь секрет открою, — улыбнулся великий магистр. — У нас и так весь орден болеет. — Только сейчас я заметил, что с его носа свисала струйка кровавой пены.

— Хорошо еду!

— Калите бубоны микроволнами, носите маски для предотвращения распространения миазмов! — надрывался с уличных экранов мэр.

— Похоже чума захватила весь мир! — сказал я, поднимаясь на колокольню. — В Авалоне происходит непонятно что.

— МОСК говорил о том, что болеет весь мир, — сообщил пультовик.

— Травят нас! — закричал Патрик. Весь день я лечил людей, сам при этом еле стоял на ногах.

— Много еще? — стонал я в рацию.

— Три точки,

— О нет!

Дома меня ждал сюрприз. За столом на кухне восседал мой старый приятель Федра и скрупулезно подъедал припасы из холодильника. Все бы ничего, но Федра являлся очень хитрым вором и в данный момент должен отбывать наказание в «потайной бездне» — тюрьме для самых опасных преступников империи. С Федрой я был знаком еще по прошлой жизни и увидеть его в Карабалам-Сити я уж никак не ожидал.

— Привет, — буднично сказал воришка. — Я у тебя тут перекантуюсь?

— Что ты тут делаешь? — вымолвил я.

— В бездне началась чума и неразбериха, и я решил ее покинуть, — спокойно ответил Федра. — Да ты сядь покушай, что, как не родной?

— Как ты попал в город? Пограничники расстреливают всех на месте.

— Напугал старого контрабандиста пограничниками, — хихикнул непрошенный гость. — Канцелярия не очень охотно суется в Гнипахеллир, а в квартире адепта ордена, так и явно никто искать не станет, вот я и решил…

— Как ты узнал, что я здесь? — перебил словоохотливого вора я.

— Так по своим тюремным каналам! — пожал плечами Федра. — Залетел к нам один парнишка с твоей родины, я его и спрашиваю, как там поживает мой старый друг Раин О Хара? Тот напряг своих, ну вот и узнали, что ты подался в орден.

— А найти мой дом здесь, тебе помогли местные воры, — закончил я.

— Смекаешь, — кивнул Федра. — Так я пересижу у тебя эпидемию?

— Ну пересиди, — разрешил я. — Правда, есть одна проблема: я и сам болею.

— Что же, — покачал головой вор. — Если подохну, значит, такая моя доля воровская.

Я просто поражался философии Федры и его сословия. Во всех вопросах они пеняли на фарт и воровскую долю, а свое ремесло передавали как искусство от учителя к ученику. Если ты прокололся, то никто за тебя впрягаться не будет, будь добр, отсиди. А если сможешь сбежать из мест лишения свободы, то слава тебе и почет до конца жизни. Вот Федра и воспользовался чумой, чтобы получить пожизненное уважение воров ну и полагающийся к нему подогрев.

— Ну что, мастер О Хара? — произнес я, обращаясь к зеркалу. — Кармахакингом занимались, теперь беглых преступников укрываем. Что дальше?

— Я тут заткнул твое «умное жилище»! — крикнул Федра из коридора. — Нельзя ему меня видеть!

Так прошла еще неделя. Чума медленно шла на спад, но болели люди тяжело. Мне и самому несколько раз пришлось обращаться к Патрику, чтобы он изгонял из меня миазмы. Чумное кладбище оказалось переполненным, и людей просто начали закапывать в лесу. Мы постепенно очищали город от заразы. Добрались и до дома Алекса Дирека, который слег почти весь. А вот семье самого медиума было хоть бы что.

— Вы в порядке? — спросил я, заглянув к ним.

— В порядке, — ответил Алекс. — Закройте, пожалуйста дверь, не носите заразу с улицы.

А потом эпидемия закончилась так же внезапно, как и началась. Словно что-то включили, а потом выключили. Все, кто успел выжить, вдруг выздоровели, и город зажил прежней жизнью. Сам я успел вылечиться еще в процессе. При этом город пока еще не открывали, следовало соблюсти карантинные меры. Вместе с чумой исчез и Федра. Он даже не попрощался, лишь оставил записку, что потом обязательно отблагодарит. В этом я не сомневался, воры умели быть благодарными. Умное жилище он за собой тоже починил, и теперь искусственный интеллект радостно приветствовал меня.

Я вернулся за привычную работу, но передохнуть нам не дали. Какая-то черная вредоносная программа отравляла всю сеть.

— Это уже не брат весельчак! — заметил я. На колокольне и в отделе программирования все сбились с ног. Проблема заключалась в том, что из-за чумы никто не заметил, когда оно появилось.

— Похоже на монады хаоса, — заметил великий магистр.

— Как хаос может попасть в сеть? — начали спорить с ним старшие магистры.

Хаос обитал в свернутых измерениях. Всего наша вселенная имела двенадцать измерений: в трех мы живем, четвертое является временем, а остальное было свернуто в результате вселенских процессов. В одном из таких карманов и обитал хаос. Я запустил сканер и начал шерстить сеть. Наконец я нашел то, что искал. Во время чумы терминал Туранской биржи захватили светлячки. Они проникли в компьютер,