Сказки Большого озера - Кэролайн Барт

Разум, смытый мощной волной желания, еще не совсем покинул Нэнси, и ей было страшновато и стыдно от мысли, что сюда в любую минуту могут спуститься другие члены экипажа. Но как только мокрый купальник упал к ее ногам, ей вдруг стало все равно. Было так тепло и приятно… Так сладостно… Ее хрупкое и прохладное обнаженное тело почти слилось с горячим, твердым и сильным телом Майкла. Она почувствовала, как его сухие, пылающие губы коснулись сначала одного ее соска, потом другого… Нэнси не выдержала и громко застонала, когда обе ее груди утонули в его больших ладонях. Желание пронзило ее с такой силой, что она почти потеряла сознание…

От сладостного обморока Нэнси спас сильный голос Марго, раздавшийся у верхней ступеньки трапа:

– Ян, у нас есть сухие махровые полотенца?

– Есть еще два или три в рундуке кубрика.

Нэнси и не знала, что она может двигаться так быстро. В мгновение ока мокрый купальник снова облепил ее пылающее тело, а Майкл торопливо отвернулся от лестницы так, чтобы не было заметно его готовности к любовному акту.

Прямо под трапом находился узкий коридорчик, ведущий к нескольким каютам. Его не было заметно из кают-компании, просторного салона, в который спускалась лестница.

– Как, вы еще не переоделись? – воскликнула показавшаяся на лестнице Марго, увидев влюбленных. – Быстро переодеваться, вы же простудитесь! – В ее низком голосе звучали заботливые материнские нотки. – Марш за мной! – велела кузина, укоризненно взглянув на Майкла. – О чем ты думаешь? Девушка в мокром купальнике, она же может заболеть!

Оба поплелись за ней по коридорчику, обитому деревянными панелями, по обе стороны которого было несколько дверей. Они зашли в одну из них и оказались в большой каюте с подвесными койками.

– Это кубрик, – объяснила Марго. – На обычном судне это помещение для матросов. – А поскольку мы сами себе матросы, то используем его и как гостевую каюту, и как гардеробную.

Она открыла крышку рундука – металлического ящика, используемого на некоторых судах вместо стенного шкафа – и достала большое махровое полотенце.

– Вот вам одно на двоих, – сказала Марго, сама стоящая в мокром купальнике. – Еще два – для нас с Дэвидом и Яна. Больше сухих и чистых нет.

Майкл побежал за сумками с одеждой, которые они поставили в угол кают-компании.

Марго, не стесняясь Нэнси и показывая ей пример, сбросила с себя свой «капитанский» купальник, и перед тем, как окутать себя полотенцем, предстала перед ней во всей своей прекрасной наготе – то ли Дианы-охотницы, то ли морской нимфы. Нэнси на секунду перестала вытирать волосы, залюбовавшись ее высокой упругой грудью, плоским животом и округлыми сильными бедрами спортсменки.

До чего хороша, восхищенно подумала Нэнси, но, по-видимому, склонна к полноте. Впрочем, как и полагается античным богиням… И, следуя примеру капитана, тоже сняла почти высохший купальник.

Заметив ее восхищенный взгляд, Марго широко улыбнулась.

– Хороши мы с тобой, хороши, – хохотнула она. – Но ты – блондинка, так что дольше сохранишь молодость и красоту. Моя испанская кровь раньше отыграет…

4

Майкл вернулся уже одетым в джинсы и клетчатую рубашку с длинными рукавами. Он принес сумку Нэнси, но, увидев ее, прикрытую лишь куском махровой ткани, и свою великолепную кузину, прекрасную наготу крупного тела которой не смогло скрыть полотенце, поставил сумку на пол и попятился к выходу.

– Не смущайся, Микеле, здесь все свои, – рассмеялась Марго. – Где там Ян? Он еще не переоделся? Пусть побыстрее сменит Дэвида у штурвала. Он стоит там мокрый…

– Ян уже пошел сменить Дэвида, – ответил Майкл, высовывая нос из-за двери.

Не успели девушки натянуть брюки и тонкие свитера, как в кубрик вбежал дрожащий от холода Дэвид.

– Могли бы принести мне какую-нибудь ветровку, – стуча зубами, проворчал он. – Не уважаете вы членов команды, господин адмирал, – укорил он жену.

– Иди скорее сюда, мой бедненький. – Строгий капитан мгновенно преобразился в нежную любовницу. – Иди сюда, я тебя согрею… – В ее низком голосе зазвучала нежность и затаенная страсть.

Взяв свое полотенце, она привлекла к себе мужа и начала растирать его плечи и грудь. Затем накинула на него полотенце, отгородив таким образом Дэвида от Нэнси и Майкла, и стала растирать спину мужа, прижав его к себе.

Увидев, что мокрые плавки Дэвида свалились к его ногам, а губы супругов слились в страстном поцелуе, Нэнси и Майкл потихоньку вышли из кубрика.

– Они ведут себя как молодожены, – с завистью проговорил Майкл. – А живут вместе уже лет пять, – добавил он.

– Так это же прекрасно, – улыбнулась Нэнси. – Я могу им только позавидовать!

Майкл остановился, взял ее за плечи и посмотрел на нее затуманившимся взором.

– Правда, тут есть чему завидовать. – Он прильнул к ее губам, почувствовав в ответном поцелуе страсть и нежность.

– Бедный Ян, – проговорила Нэнси, оторвавшись наконец от Майкла. – Он одинок на этой яхте любви.

Майкл улыбнулся. Он был счастлив оттого, что сумел отогреть эту замерзшую душу и разжечь в ней ответный огонь.

– Не жалей. Ян – счастливый муж и отец, – развеял он сочувствие Нэнси. – Его жена Лора кормит новорожденного Марка. Ребенку всего месяца два с половиной.

– И наверняка их любовь тоже разгорелась на этой яхте, – предположила девушка.

Майкл нежно провел пальцем по ее розовой щечке.

– Ты умница и тонкая душа, – тихо сказал он. – Именно так все и было… Это – яхта любви. Счастливой любви, – добавил он, целуя Нэнси.

Они поднялись по трапу и, обнявшись, направились к Яну, чтобы скрасить минуты его вынужденной и затянувшейся замены вахтенного Дэвида.

Качки не было. Озеро так же внезапно успокоилось, как и разбушевалось. Гроза миновала. Черные тучи ушли далеко, и темные полосы на горизонте, перемежающиеся с отсветами заходящего солнца, были непонятно чем: то ли остатками грозы, то ли предвестниками надвигающейся ночи.

– Ну где там вахтенный? – недовольно спросил Ян. – Неужели до сих пор не переоделся?

Майкл и Нэнси переглянулись, едва сдерживая смех.

– Его… задержала Марго, – осторожно произнес Майкл и многозначительно посмотрел на Яна.

– Марго, говоришь? – усмехнулся рыжий крепыш и подмигнул. – Ну… тогда это надолго.

– Может быть, я поведу судно? – предложил Майкл. – Я умею держать курс.

Ян покачал головой.

– Нет, это у нас не принято. – Он наклонился над приборами, как бы желая подчеркнуть, что вести яхту – не простое дело. – Во-он уже видна глубокая бухта. Это пляж яхт-клуба. Минут через двадцать придем на место.

Майкл и Нэнси молчали, глядя на пока еще еле видную рощицу хилых акаций.