Прости, Медвежонок! - Лилия Дворянская

«Ты замерз?» – участливо спросила она, укрывая его одеялом и сильнее обнимая.

«Наверно», – пробубнил он ей в плечо, прижимаясь еще сильнее.

Лера лежала, закрыв глаза, слыша мерное сопение Стаса, улавливая его дыхание на своем плече и прислушивалась к своим мыслям. Эйфория от близости медленно растворялась и замещалась невнятной тревогой: «А что дальше?», «А будет ли это дальше?».

«Сейчас мне тридцать восемь, ему – двадцать семь. Еще каких-то два года и мне сорок. Сорок! А ему – все еще двадцать девять», – мысленно вела диалог Лера сама с собой, – «Да, конечно, ни на одни отношения, какая бы разница в них ни была, не дается никакого срока годности. Я вот тоже замуж навсегда выходила и что?! Через семь лет все сломалось, хоть Костя и был старше меня на шесть лет. Понятно, что Стасу со мной проще и спокойнее, чем с той же Настей. Не нужно ничего доказывать, не нужно терпеть капризы, не нужно бояться, что тебя не поймут и не поддержат. А я? Что получаю я? Радость общения? Ну ты же сама этого хотела, разве не так?! Ладно, поживем – увидим».

Она осторожно высвободила из-под головы Стаса свою руку и обнаружила, что тот уже крепко спит.

«Медвежонок, я поехала домой», – попыталась бережно разбудить его Лера.

Но Стас только что-то невразумительно промычал и перевернулся на другой бок.

Она встала с кровати, нагнулась, подняла с пола и аккуратно сложила на спинке стула спортивки и футболку, в которые переодевалась взамен своей промокшей одежды.

Не включая света, прошла в ванную и забрала с сушилки свое платье. Натянула его. Влажная ткань сразу же прилипла к телу, неприятно холодила кожу и еще больше отдалила от недавней близости со Стасом.

На прощание Лера подошла к спящему Стасу и опустилась перед ним на корточки. Осторожно, чтобы не разбудить, убрала прядь волос с его лица и с нежностью посмотрела. Он вызывал у нее необычайно теплые искрящиеся чувства. Стас был милый и трогательный, а спящий еще и очень беззащитный. Его нестерпимо хотелось сгрести в охапку и прижать к себе.

Лера тихонько вздохнула, поднялась и направилась к входной двери.

«Поживем – увидим», – еще раз повторила она про себя, вышла на лестничную клетку, закрывая дверь. Услышала щелчок замка, подергала дверь и, убедившись, что та надежно закрыта, уехала к себе домой.

9

«Да, если бы я только знала, что будет дальше», – покачала Лера головой, – «Я бы… А, что «я бы»? Не пошла к нему домой? Не стала с ним знакомиться?»

Она покрутила в руках стеклянный бокал с остатками вина, отставила его от себя и с горячностью произнесла: «Он же очень хороший, добрый, ласковый, заботливый. Меня до сих пор не покидает чувство, что я сделала что-то не то, неправильно поступила, нельзя с ним было так, он этого не заслужил».

В Лериных глазах блеснули слезы, и она шмыгнула носом.

Ира погладила ее по плечу и поинтересовалась: «А как его мама отнеслась к тому, что он начал встречаться с тобой?»

Лера промокнула уголки глаз бумажной салфеткой, сделала глубокий прерывистый вздох, успокоилась и ответила: «Знаешь, нормально. Я ждала худшего. Я пыталась поставить себя на ее место и представить, чтобы бы я сделала, если узнала, что мой сын нашел себе взрослую тетеньку на одиннадцать лет старше его, разведенную и с ребенком».

«И что же?» – ехидно переспросила ее подруга.

«Я бы взяла ремень и всыпала бы сыночке по жопоньке, а потом поехала бы к этой тетеньке и всыпала бы по жопоньке ей».

Ирина рассмеялась: «Радуйся, что у тебя дочка. Взрослый муж – это не так и плохо».

«На мой взгляд, – поделилась Лера, – разница до десяти лет – это приемлемо, больше – уже много. Даже, когда мужчина старше. Хотя, наверное, не это главное…»

«А что для тебя главное?»

«Для меня главное, чтобы вы лучшими друзьями друг для друга были. Чтобы друг с другом интересно было. Что бы вы друг за друга горой стояли и заботливо друг к другу относились. Вот пройдет у вас любовь и что останется? Что держать будет? Квартира, дети? Так это не жизнь, а сплошные мучения. А вот если забота есть, уважение, тогда не страшно, даже, когда острота чувств спадет».

«Глупенькая», – произнесла Ира и махнула на нее рукой, – «вот мне с моим мужем не интересно. Все, что он мне может рассказать, это про кражи, разбои и жуликов. У них в полиции все разговоры или про материалы, или про сроки, или про отчеты. И меня он не слушает, только головой кивает, когда я ему что-то рассказывать начинаю. Я рассказываю и вижу, что он о чем-то своем думает. И ничего! Уже двенадцать лет вместе. Отдыхать ездим, квартиру-трешку в ипотеку взяли. Увлечения у нас разные. У него лыжи и рыбалка. У меня вязание и тортики».

«Но ты же спокойно отпускаешь его на рыбалку. Скандалы не устраиваешь? А он носит твои свитеры и ест твои тортики».

«Ну да!» – согласилась ее подруга.

«Вот!» – выставила Лера указательный палец, – «Вы с уважением относитесь к увлечениям друг друга и вообще друг к другу. Ты терпеливо слушаешь про «его» жуликов и сочувствуешь его рабочим сложностям, а он слушает тебя, ну или делает вид, что слушает и не отмахивается, не говорит «помолчи, отстань, уйди, надоела».

«Получается так», – озадаченно протянула Ирина.

«Вот меня мой бывший муж совершенно не уважал», – с грустью вспомнила Лера, – «Костя к любым моим увлечениям пренебрежительно относился. Помнишь я одно время игрушки вязала, так он называл их: «глупости», «пылесборники» и «убийцы времени». Критиковал меня по поводу и без, не то надела, не то приготовила. А самое противное, еще и в присутствии посторонних людей. Он перчатки дома забудет, а я виновата, что не напомнила. Ради Алиски терпела».

«Знаешь из-за чего мы развелись?» – хихикнула она.

«Да, ты рассказывала, что у него подруга на стороне была» – напомнила Ира.

«Да, не-е-е», – протянула Лера, – «Я уже после развода об этом узнала. Нет, что стало последней каплей?»

Ира удивленно помотала головой: «Расскажи!»

Лера, нанизала на вилку кусочек отварного картофеля, лежащего перед ней на тарелке, потрясла им в воздухе и торжественно объявила: «Картошка!».

«Что?» – засмеялась ее подруга.

«Картошка!» – подтвердила Лера и рассказала, – «Я купила на рынке ведро картошки, пересыпала его в пакет, а пакет поставила в багажник Костиной машины. По дороге картофелины из пакета раскатились и немного запачкали багажник