Венецианский купец - Уильям Шекспир

Уходят.

СЦЕНА 3

Венеция. Улица.

Входят Шейлок, Саларино, Антонио и тюремщик.

Смотри за ним, тюремщик! Нет пощады;

Вот он — глупец, ссужавший деньги даром.

Смотри за ним!

Послушай, добрый Шейлок…

Мой вексель! Против векселя ни слова!

Я клятву дал, что получу сполна.

Ты звал меня собакой без причины.

Собака я! Страшись моих клыков!

Дож будет справедлив. Я удивляюсь,

Дрянной тюремщик, — слишком уж ты глуп:

Едва попросит, ходишь с ним на волю.

Прошу, дай мне сказать…

Мой вексель! Ничего не стану слушать.

Плати по векселю; ни слова больше.

Я не из тех глупцов, унылых, слабых,

Что, охая и головой качая,

На просьбы христиан идут. Довольно!

Не слушаю. По векселю плати!

(Уходит.)

Бесчувственнейший пес, какого знаю

Среди людей!

Оставь его. Не стану

Бесцельно больше умолять его.

Моей он ищет смерти. Но причину

Я знаю: часто от его сетей

Спасал несчастных я, и вот за это

Меня он ненавидит.

Я уверен —

Такого иска не признает дож.

Не может дож законы нарушать:

Ведь он, отняв у чужестранцев льготы,

В Венеции им данные, доверье

К законам государства подорвет;

А наши и торговля и доходы —

В руках всех наций. Потому — довольно.

Я изнурен потерями и горем

Так, что едва-едва себе фунт мяса

Найдет мой кровожадный кредитор.

(Тюремщику.)

Идем! — Дай бог, чтоб увидал Бассанио,

Как долг его я заплачу; а там…

Уходят.

СЦЕНА 4

Бельмонт. Комната в доме Порции.

Входят Порция, Нерисса, Лоренцо, Джессика и Бальтазар.

Синьора, я в глаза вам говорю:

Постигли благородно вы и верно

Божественную дружбу, — доказали

Вы это тем, как сносите разлуку.

Но знай лишь вы, кому вы честь дарите,

Какому благороднейшему мужу,

Какому другу вашего супруга, —

Конечно, больше б вы гордились этим,

Чем свойственно при вашей доброте.

Я до сих пор ни разу не жалела

О сделанном добре; так и теперь.

Ведь меж друзей, что вместе жизнь проводят,

Чей дух несет одно ярмо любви,

Гармония должна быть несомненно

В чертах лица, и в нравах, и в душе;

И потому я думаю: Антонио,

Как друг сердечный мужа моего,

С ним, верно, схож. А если это так,

Как мало я истратила на то,

Чтобы спасти души моей подобье 59

От дьявольской жестокости! Но это

Походит уж на самовосхваленье, —

Так лучше потолкуем о другом. —

Лоренцо, я вручаю все хозяйство

И управленье домом в ваши руки

До возвращенья моего супруга.

Сама ж дала обет я тайный небу:

С Нериссою, пока мой повелитель

И муж ее не возвратятся к нам,

Жить в тихом созерцанье и молитвах.

Есть монастырь отсюда мили за две;

Там будем жить мы. Я бы вас просила

В моем желанье мне не отказать.

Не только дружба — и необходимость

Обязывают вас к услуге этой.

От всей моей души готов, синьора,

Я выполнить все ваши приказанья.

Желания мои известны слугам;

Они вам с Джессикой повиноваться.

Как мне и моему супругу, будут.

Прощайте же, до нового свиданья.

Дай бог вам светлых мыслей, ясных дней!

Я вам желаю радости сердечной.

Благодарю за ваши пожеланья

И их охотно возвращаю вам.

Прощайте, Джессика…

Джессика и Лоренцо уходят.

Ну, Бальтазар,

Ты был всегда и верен мне и честен, —

Будь и теперь таков. Возьми письмо

И, сколько хватит сил у человека,

Мчись в Падую. Там доктору Белларио,

Кузену моему, вручишь посланье,

А он тебе бумаги даст и платье;

Затем доставишь все скорей как можно

Ты к перевозу, где паром отходит

В Венецию. Не трать напрасно слов,

Но поспеши; там ждать тебя я буду.

Синьора, поспешу как хватит сил.

(Уходит.)

Идем, Нерисса, у меня есть план.

Не знаешь ты… Мы их скорей увидим,

Чем ждут они.

А нас они увидят?

О да, увидят. Но в таких одеждах,

Нерисса, что у нас то заподозрят,

Чего нам не дано. Бьюсь об заклад,

Коль мы с тобой мужской наряд наденем,

Я буду лучший мальчик из двоих.

Изящней меч носить, чем ты, сумею;

Ломать свой голос, как при переходе

От мальчика к мужчине; мелкий шаг

Сменять мужской походкой; хвастать дракой,

Как юный хват, и лгать напропалую

О том, как дамы бегали за мной,

Отвергнутые, чахли, умирали:

"Хоть я не виноват, но мне их жалко, —

Уж лучше бы я их не убивал".

И двадцать небылиц таких прибавлю,

Что поклянутся все, что школу кончил

Я с год уже! Я знаю пропасть шуток

Во вкусе тех болтливых хвастунишек, —

Пущу их в ход!

Так пол мужской нам нужен? 60

Фу, стыд! Какой вопрос!

Услышь тебя двусмысленные уши!

Пойдем, тебе мой замысел подробно

Я расскажу в карете. Ждет она

У въезда в парк, — теперь же недосужно;

Нам двадцать миль сегодня сделать нужно.

Уходят.

СЦЕНА 5

Там же. Сад.

Входят Ланчелот и Джессика.

Да, уж это так; потому что, видите ли, грехи отцов взыскиваются на детях. Потому, уверяю вас, я за вас боюсь. Я всегда был с вами откровенен; и теперь выражаю вам свою ажитацию по этому поводу; поэтому, уж будьте спокойны, я уверен, что вы осуждены на вечные муки. Правда, есть еще одна надежда, которая могла бы вам помочь… Да и та вроде как незаконнорожденная надежда…

Что же это за надежда?

А вот: вы отчасти можете надеяться, что не ваш отец произвел вас на свет и что вы не дочь жида.

Действительно, какая-то незаконнорожденная надежда: ведь тогда с меня взыщут грехи моей матери.

В таком разе я боюсь, что вы осуждены на вечные муки и по батюшке и по матушке. Избегаю я Сциллы — вашего отца, так попадаю в Харибду — вашу мать. Так ли, сяк ли — пропали вы.

Я спасусь через моего мужа:61 ведь он сделал меня христианкой.

Правду говоря, за это его похвалить нельзя; нас, христиан, было и без того довольно: как раз столько, чтобы всем можно было прокормиться. А если еще понаделать христиан, то, пожалуй, повысится цена на свиней: коли мы все начнем есть свинину, так скоро ни за какие деньги ломтя жареного сала не получишь!

Все, что вы говорите, я расскажу моему мужу, Ланчелот; кстати, вот он идет.

Входит Лоренцо.

Я скоро начну ревновать к тебе, Ланчелот, если ты будешь шептаться с моей женой по углам.

Нет, вам нечего за нас опасаться, Лоренцо: мы с Ланчелотом не в ладах. Он прямо заявляет, что нет мне милосердия в небесах, потому что я дочь жида; и прибавляет, что вы плохой гражданин республики, потому что, обращая в христианство евреев, вы повышаете цену на свинину.

Я за это перед республикой меньше отвечу, чем ты за то, что устроил негритянке брюшко; ведь арапка-то от тебя в положении, Ланчелот.

Это одно предположение пока; но положим, что это и так… виной ее расположение ко мне. 62

Как любой дурак может играть словами! Скоро, действительно, остроумие будет выражаться в молчании, а болтовня будет поощряться только у попугаев. Ступай, скажи, чтобы все было готово к обеду.