Мне бы в небо 2 - Даниил Митрофанов

бы даже сказал, что здесь всё очень и очень сложно. Мы должны сделать так, чтобы ошибка была исправлена, но исправлена она будет только для нынешнего воплощения. А вот прошлое ваше воплощение, должно столкнуться с этой ошибкой и прожить её, как и вы в своё время. Это единственный способ, оставить будущее прошлого воплощения без изменений.

— Это одна из сложнейших задач, над которой специалисты организации начинают работать сразу же, как получат все необходимые вводные, — взяла слово Фаина Рашидовна. — Например, над вашей проблемой Сергей начали работать сразу после доклада полковника Климова. Какие конкретно предпринимаются шаги в данном направлении, мы не знаем. Наша задача состоит в том, чтобы получить как можно более подробную информацию. Ближайшие полгода мы будем встречаться с вами каждую неделю и вспоминать всё до мельчайших подробностей. К сожалению, этот процесс достаточно долгий и ускорить мы его никак не сможем. Принимать препарат, для улучшения памяти, без вреда для здоровья разрешено не чаще одного раза в неделю. А вы сегодня его уже приняли.

Я сразу же прекратил жевать, не зная, куда выплюнуть откушенный кусок плюшки. Мне только что сообщили, что тайком дали какой-то препарат для улучшения памяти.

— Не стоит так пугаться Сергей, — начал успокаивать меня Карл Гедеонович. — Этот препарат в ограниченных дозах оказывает великолепное воздействие на отделы мозга отвечающие за долгосрочную память. А память вселенцев, уже через месяц после симбиоза становится одним целым с памятью реципиента. Можно сказать, что сейчас ваш мозг имеет сразу два набора воспоминаний, которые лежат в разных шкафах. А ещё имеется и третий, самый маленький шкафчик. В этот шкафчик начали складываться воспоминания, после вселения. Как протекают эти процессы нам не известно. Жаль, но ещё не было ни одного вселенца со знаниями в данной области. Но мы с Фаей надеемся, что он обязательно появится ещё при нашей жизни.

— Карлуша, ты как всегда, — всплеснула руками домомучительница, отчего её грудь оторвалась от стола, а затем звонко шлёпнулась об него. — Вместо того чтобы успокоить нашего гостя, ты запудрил ему мозги ещё сильнее. Сергей, данный препарат совершенно безвреден. Он добавлен в чай. Как вы могли заметить, мы также его пили и продолжаем это делать. Но действительно принимать этот препарат чаще одного раза в неделю не стоит. В следующую нашу встречу мы попытаемся вспомнить ранее упущенные из виду подробности любого описанного вами сегодня эпизода. А на сегодня наша встреча завершена. Вам ещё нужно встретиться с нашими техническими специалистами. Ждём вас на следующей неделе. Я испеку яблочный пирог. Если вам не будет сложно, не передадите пару плюшек своему сопровождающему?

Я и не заметил, как пролетело больше двух часов. Супруги Куперманы оказались профессионалами, совершенно непринуждённо вытянув из меня кучу информации. В нужный момент они задавали уточняющие вопросы, которые мне очень помогали. Причём я рассказывал лишь об основных моментах. Кратко настолько, насколько это было возможно. Они сами попросили об этом. И в следующие наши встречи эти короткие рассказы нужно будет развернуть в более подробные. Но я сильно сомневался, что это получится. Многие воспоминания уже давно стёрлись из моей памяти. Остаётся только надеяться, что этот их препарат для улучшения памяти действительно поможет.

Максим всё это время ждал меня за дверью, как мне показалось, он даже успел поспать, привалившись к стене. По крайней мере, когда я вышел из кабинета, выглядел лейтенант, словно только проснулся. Но это не помешало ему вопросительно посмотреть на меня и протянуть руку, чтобы взять плюшки.

— Огромное спасибо — Фаина Рашидовна. Ваши плюшки божественны, — крикнул Максим и схватив меня за руку, потянул обратно к лифту. — Ну как понравились тебе наши главные мозгоправы? Каждый новичок, появляющийся в четвёртом оплоте, проходит через их руки.

Глава 5

В четвёртом оплоте я задержался намного дольше, чем изначально планировал Базонов. Просто с конструкторами мы моментально нашли общий язык. И они не хотели меня отпускать, даже после того, как получили прямой приказ.

Сперва они расспрашивали меня, на каких самолётах я летал и что могу сказать об их лётно-технических характеристиках. А в процессе моего рассказа задавали кучу уточняющих вопросов. На удивление я отвечал практически на каждый из них. Хотя и считал, что никогда не знал этой информации. Похоже, что препарат Куперманов отлично работал. Теперь нужно быть предельно осторожным и не вспомнить чего-нибудь плохого. Какой-нибудь детской обиды или ссоры с родителями.

Но в компании конструкторов делать мне это было некогда. Мужики по крупице вытаскивали из меня всю информацию о самолётах, какую я знал. И немало этой информации было о самолётах, которые будут производиться гораздо позже. И о модификациях уже имеющихся моделей.

Сегодня меня просто спрашивали, а ответы снова записывали на диктофон. Когда основная часть была закончена, мы просто разговаривали.

Конструкторов, занимающихся самолётостроением, в четвёртом оплоте оказалось четыре человека. Все они были местными. И каждый в своё время успел поработать в крупнейших конструкторских бюро союза.

Дмитрий Шимонин десять лет проработал в КБ Яковлева. Сергей Грушин четырнадцать лет отдал КБ Антонова. Валентин Сориян шесть лет работал в КБ Туполева. Аркадий Штельман двадцать два года в КБ Ильюшина.

Штельман, как самый опытный из конструкторов, был руководителем в этой группе. Все эти люди были фанатиками своего дела и было видно, как им нравится этим заниматься. Во время следующей нашей встречи мы уже будем работать с чертежами. И отчего-то я был уверен, что у меня найдутся знания, необходимые ребятам.

Всего за несколько часов после знакомства, начал относится к этим мужикам с уважением. Что было для меня не характерно. Но они действительно этого заслуживали.

Вместо шести часов я пробыл в четвёртом оплоте все десять и на улице уже стемнело.

— Оставить вас на территории четвёртого оплота на ночь, я не имею никакого права. Это нарушает внутреннюю инструкцию, — заявил нам Владимир Дмитриевич, когда мы с майором оказались у него в кабинете. — Но не переживайте. Полёты в ночное время у нас производятся регулярно. Я и сам периодически совершаю такие полёты. Поэтому обратно в академию вас доставлю именно я. К тому же я действительно в этом году буду работать там инструктором. Руководство поставило передо мной задачу завербовать подающих надежду ребят. Несколько наших пилотов скоро уходят на заслуженный отдых. Нужно подготовить им замену.

Сам бы я сейчас не рискнул лететь ночью, а вот Илья Валерьевич