Разбивая сердца - Виктория Роа

найдя своего единственного Слава продолжала зарабатывать тем, что у нее получалось лучше всего — быть собой. Быть собой: красивой, начитанной и понимающей. Уметь вовремя замолчать, не создавать конфликтов, обходить острых углов, да и умение дать мужчине понять, что он важен был ее этакий козырь. Виктор расстался с девушкой два года назад. По началу, женщина верила его искусным речам, но брак изжил себя спустя пять месяцев. Его измена раз и навсегда охладила чувства этой дамы. Впредь дальше статуса «Эксцентричного чучела» он не продвинулся. Мужчина, обнимая свою спутницу за талию, подошел к столику, поздоровался крепким рукопожатием с Виктором, кивнул Лидии и отодвинул стул для своей женщины. Слава ласково улыбнулась, и заняла место рядом с этим собеседником бывшего мужа. Прожигая взглядом зрелого партнера Виктор сдерживался, но терпение его было на грани.

— У Вас очень хорошенькая спутница, Борис. — улыбнулся Виктор небрежно кивнув в сторону своей бывшей супруги. — мне казалось, что в прошлую нашу встречу Вы были без спутницы, как давно Вы с ней знакомы?

— Виктор Эдуардович, не думаю, что Вы позвали меня для обсуждений моей личной жизни. Кажется, Вы говорили по телефону, что хотите решить какие-то резко возникшие вопросы. — Борис держался уверенно, но сдержанно не позволяя себе лишних эмоций.

— Да, я позвал Вас сюда, Борис, надеюсь, Вы не против, что я буду звать Вас просто Борис… — Виктор улыбнулся. — на счет моей половины в баре «Черный Лис», которая мне уже порядком надоела. Хотелось бы предложить Вам, как потенциально выгодному покупателю эту часть бара. Я понимаю, Борис, что для принятия решения Вам потребуется время, но в целом, я был бы очень рад такой денежной операции.

— Знаете, Виктор Эдуардович, — Борис закурил. — предложение принять я не могу, и на то есть ряд причин, которые я думаю должны быть Вам известны. — он вздохнул. — во первых, я не могу купить долю бизнеса в которой хозяин Ваш отец, а не Вы, а во вторых, я не вижу для себя выгоды в этой купле продаже. Простите, но в этой игре Вы не деловой партнер отца, и тем более даже не протеже. По сути, Вы, Виктор Эдуардович, лишь временно руководите «Черным Лисом» в силу отсутствия отца на месте. Думаю, что Эдуард будет весьма обеспокоен если узнает, что Вы пытались обвести его вокруг пальца.

— Что же, на подобное я был готов. — Виктор цвиркнул зубами. — не могу воздержаться, и не сделать Вам комплимент. Достойным мужчинам роскошные женщины.

— Не согласен с Вашей философией, мой юный друг. — Борис нежно погладил по румяной щеке свою спутницу. — благодарным мужчинам лучшие женщины. Все гораздо проще.

Сделка сорвалась, и внутри Виктора черти разрывали душу, ибо ему, как человеку из достаточно состоятельной семьи было тяжело признаваться, что он остро нуждается в деньгах. Да, отец оставил его временно на своем посту в баре «Черный Лис», но только урезал юношу в деньгах, чтобы тот наконец-то научился зарабатывать сам, и работать на себя. По итогам отсутствия Эдуарда решился бы вся финансовая сторона жизни Виктора, но юноша катастрофически не умел ждать, а деньги ему нужны сейчас. К его сожалению, половину бизнеса отца никто не хотел покупать, и Борис Беркут, что по слухам отличался лояльностью к молодым аферистам типа Виктора, только что так бесцеремонно провел по губам Виктора таким же способом, как юноша привык измываться над своими зрелыми пассиями. Борис отошел к бармену, чтобы заказать для их столика еще два кофе для себя и Славы, ибо считал, что спаивать спутницу такой дрянью, как подают в «Черном Лисе» это выставит его не самым благородным человеком, и вина для Виктора и его женщины. Ярослава не желала оставаться один на один с бывшем мужем, ибо нахождение в одной комнате с этим парнем сейчас для нее каторга, и брезгливое недовольство, и решила попудрить носик. Она не пила алкоголь, а обходилась крепким кофе. Этого хватало ей, чтобы опьянеть и забыться. Кофе — это ее друг. Как только Виктор остался наедине с Лидой он грубо скрутил ей волосы, и притянув к себе прорычал…

— Подыграй мне, и тогда тебя ждет очень сладкое поощрение, радость моя. — он нежно облизал женскую щеку, а после слегка укусил ее набухшие губы. — я знаю, ты у меня умница.

— Знаете, Виктор Эдуардович, но с обслугой Вам здесь нужно работать и работать. В целом, я считаю, что если бар так долго держится на плаву, то видимо и постояльцы здесь тоже имеются, но если есть постояльцы, то я считаю правильным постоянно развиваться и не стоять на месте. — Борис добавил два кусочка сахара в свой кофе и медленно размешивая осадок ударял изящной ложкой о края глубокой пиалы, чем напрягал Виктора и заставлял нервно вздрагивать Лиду. — да, кстати, Ваш отец до сих пор не рассказал мне о Вашей свадьбе.

— О моей свадьбе? — удивился Виктор. — простите?

— Я посмотрел на Вашу очаровательную женщину, и подумал, что Вы женились во второй раз. — Беркут отпил небольшой глоток кофе и хмыкнул. — впрочем, это совершенно не мое дело.

— Зато я вижу, что Вы успели обзавестись подружкой. — Виктор ревниво просверливал своим взглядом Славу.

— Скрывать здесь нечего, ибо моя супруга Слава по истине лучшая из всех женщин, каких я встречал до этого момента. — Борис нежно поцеловал в щеку Славу и она смущенно отвела взгляд.

Вечер набирал свои обороты. Разговоры отходили далеко за серьезные темы, и только Ярослава продолжала держаться с достоинством герцогини, или даже королевы, не реагируя на едкие замечания и откровенно небрежные возражения в ее адрес. Нападки бывшего мужа ей были неинтересны. Посчитав себя выше нелепых оскорблений, и подтруниваний, она молча пила свой кофе, окуная горячую ложку в сладкое пирожное. Присутствие Лиды не вызывало в ней никаких эмоций. Впрочем, Слава не привыкла ровняться или брать примеры, она привыкла жить своей жизнью, думать своей головой, чувствовать своим сердцем, прислушиваться к своей душе. На секунду задумавшись, Слава почувствовала, как Борис нежно коснулся ее коленки, и скользя по бархатной коже вверх, остановился на оборке ажурных чулок. Женщина подняла свой взгляд и посмотрела на Лиду. За небрежно лежащей пудрой просвечивал на левой щечке синяк. На секунду сердце обвили терновые заросли, что причиняли боль колючими воспоминаниями. Это было вполне себе в стиле ее бывшего супруга. Не скупался он на пощечины для женщин, и считал, что их в принципе нужно воспитывать кнутом и пряником. Только пряника они никогда не получали.

Лидия потянулась к своему мужчине, и ее