Блаженная несвобода - Елена Кшанти

— Значит, у тебя много врагов? Зачем они тебе?

— Враги не возникают по желанию, они необходимый атрибут жизни.

— Странно, а у меня их нет.

— Тебе так кажется, или ты просто их не хочешь видеть.

— Может, ты немножко прав, но все зависит от нашего восприятия действительности. Если мы будем людей, которые пытаются нам навредить, воспринимать, как наших учителей или как очистителей нашей негативной кармы, то и враги станут нашими лучшими друзьями.

Стив скривился:

— Не нуди. Это всего лишь пустословие. Если бы ты побыла в том пекле, в котором я побывал, ты бы по-другому заговорила.

— И что это за пекло?

— Это война, девочка. Мне не хочется ни вспоминать об этом, ни тем более говорить. Но там враг настолько осязаем, что вся твоя философия летит к черту.

— Не летит, просто для этого существуют более глубокое понимание и более глубокий анализ.

— И что это?

— Убийца — это человек, находящийся в омраченном состоянии ума. Ума, который сложился под воздействием определенных условий. И этот убийца тоже просто так не возникает, если нет причин для этого в самой жертве.

Стив вытер с подбородка пролившийся чай и сказал:

— Мне кажется, это говорится только для того, чтобы попытаться оправдать бессилие, неумение сопротивляться сложившимся обстоятельствам. Я не верю никаким вашим философиям, все это лишь мозговтираловка и не имеет под собой ничего путного. Я верю в то, что я вижу…

— Думай, как хочешь. Мне тоже так раньше казалось. Я пыталась жизнь строить под себя, применяя давление на окружающих, я даже для этого занималась кунг-фу, пока не поняла, что давить на людей и заставлять их играть по своему сценарию — совершенно бессмысленно. Существуют законы мирозданиями если мы не вписываемся в их условия — мы вынуждены быть в осадке.

Стивен не перебивал, вяло потягивая чай и рассматривая ее волнистые волосы, струившиеся по оголенным плечам. В голову ему пришли чьи-то слова: «Женщине необходимо давать возможность выговориться», и он терпеливо ее слушал. И Стеша продолжала:

— Пока мы относительно благополучны, нам кажется, что мы всесильны. И потому не в состоянии преклонить голову перед тем, что недоступно нашему восприятию. Но когда с нами приключается нечто плохое, что выходит из-под нашего контроля, мы начинаем вдруг понимать, насколько ничтожна наша сила и насколько глобально то, что нам неподвластно.

Тогда и приходит вера.

— Я все-таки предпочел бы верить в себя. Некоторые религии говорят, что Бог внутри нас.

— Но чтобы услышать его, ты должен заменить свою низменную природу, согласно которой ты родился в этом низменном мире, на божественную. А для этого необходимо много времени и сил.

Стивен подобрал под себя мускулистые волосатые ноги и откинулся к стене. Он сидел так долго, смотря невидящим взглядом на уже переодетую Стешу, и пребывал в собственных раздумьях. Он смотрел, как она собирала грязную посуду, тщательно вытирала облупившийся по углам прикроватный столик, как стряхнула пролившийся чай с журнала, на обложке которого улыбалась индийская актриса Карина Капур… Потом она выпрямилась и сказала:

— Уже поздно, пора спать.

Он посмотрел прямо ей в глаза и спросил:

— Ты будешь спать вместе со мной?

— Нет.

На минуту в его глазах вспыхнуло что-то недоброе, казалось, он мысленно уже сорвал с нее всю одежду, сжал ее тонкое тело в стальных объятиях и ворвался в нее…

Но это длилось совсем недолго, он сжал нервно челюсти и, шумно выдохнув воздух, попытался улыбнуться:

— Тогда расскажи мне сказку.

Стеша обернулась вместе с подносом, озадаченно на него посмотрела и недоверчиво произнесла:

— Ты что, в самом деле хочешь, чтобы я тебе рассказала сказку?

— Ну раз сексом ты заниматься не хочешь, тогда давай сказку.

— Ну и нахал.

— Да ведь так положено, на ночь сказку рассказывать.

— Но это положено для маленьких детей, а ты ведь не ребенок.

— Правда? Как жаль, а мне так хотелось оставаться им. — Он заулыбался мило и непосредственно.

И Стеша смягчилась и тоже улыбнулась в ответ:

— Ну тогда я тебе расскажу сказку, которую сочинил очень мудрый человек… Но я о нем ничего не знаю, потому что я ее прочитала в Интернете. Это сказка про самых маленьких детей, которые еще не родились. — И девушка отставила поднос с грязной посудой на тумбочку и, задрав подол юбки, бесцеремонно забралась на кровать.

— Ну слушай. В животе беременной женщины разговаривают двое младенцев. Один из них верующий, другой неверующий.

Неверующий младенец спрашивает: «Ты веришь в жизнь после родов?».

Верующий младенец отвечает: «Да, конечно. Всем понятно, что жизнь после родов существует. Мы здесь для того, чтобы стать достаточно сильными и готовыми к тому, что нас ждет потом».

Неверующий младенец: «Это глупость! Никакой жизни после родов быть не может! Ты можешь себе представить, как такая жизнь могла бы выглядеть?».

Верующий младенец: «Я не знаю всех деталей, но верю, что там будет больше света и что мы, может быть, будем сами ходить и есть своим ртом».

Неверующий младенец: «Какая ерунда! Невозможно же самим ходить и есть ртом! Это вообще смешно! У нас есть пуповина, которая нас питает. Знаешь, я хочу сказать тебе: невозможно, чтобы существовала жизнь после родов, потому что наша пуповина слишком коротка».

Верующий младенец: «Я уверен, что это возможно. Все будет просто немного по-другому. Это можно себе представить».

Неверующий младенец: «Но ведь оттуда еще никто никогда не возвращался! Жизнь просто заканчивается родами. И вообще, жизнь — это одно большое страдание в темноте».

Верующий младенец: «Нет-нет! Я точно не знаю, как будет выглядеть наша жизнь после родов, но в любом случае, мы увидим маму, и она позаботится о нас».

Неверующий младенец: «Маму? Ты веришь в маму? И где же она находится?».

Верующий младенец: «Она везде вокруг нас, мы в ней пребываем и благодаря ей движемся и живем, без нее мы просто не можем существовать».

Неверующий младенец: «Полная ерунда! Я не видел никакой мамы, и поэтому очевидно, что ее просто нет».

Верующий младенец: «Не могу с тобой согласиться. Ведь иногда, когда все вокруг затихает, можно услышать, как она поет, и почувствовать, как она гладит наш мир. Я твердо верю, что наша настоящая жизнь начнется только после родов…»

Стивен спал. Стеша осторожно вытащила из-под его головы свою руку и отправилась спать в гостиную на большой твердый матрас, сделанный из волос кокосового ореха. Такие матрасы были очень популярны в Индии.