Кодекс Охотника. Книга XIV - Юрий Винокуров

ее смертельная аура сейчас вышла из-под контроля и клубилась вокруг девушки. Правда, аккуратно крутилась… Ведь совсем недавно ее Дар обжегся об одного человека.

Катя крепко сжала в руке свой клинок, и уверенной походкой шагнула в Разлом… Ей что-то кричали вслед, но она уже никого не слушала.

— ДА, СТОЙ ЖЕ! — крики усилились.

Ей было наплевать, она уверенно двигалась к своей цели. Вот только не ожидала, что вместо плавного перехода она ударится об барьер, который сейчас окружал Разлом.

— Это что еще такое⁈ — она раскрыла рот от удивления.

А затем нанесла несколько сильных ударов, но барьер даже не дернулся.

— Бесполезно… Я уже пыталась, — послышался женский голос за ее спиной, который дал понять, что ситуация патовая.

От бессилия ей захотелось закричать. Александр там один закрыт против целой армии! И его все еще нет…

* * *

— Закрыл Разлом, да? — улыбнулся я, глядя на него, а он молчит.

Да и эмоций никаких не проявляет, просто смотрит на меня своими мертвыми глазами, и держит свой двуручник на весу, как пушинку.

Впрочем, я смог добиться от него нескольких слов.

— Не уйдешь… — холодным и безразличным голосом сказал он мне.

Я не выдержал и засмеялся.

— Почему вы все думаете, что это вы заперли меня? Постоянно это повторяется… Неужели тяжело догадаться, что это вы заперты со мной, а не я с вами…

Шутки в сторону, и поскольку больше нет никаких свидетелей, я начинаю действовать.

Тело аж дрожит от силы, которую я в него влил, и теперь уже я иду в атаку.

Удар за ударом я наносил по врагу, но он с легкостью отбивал их или принимал своим телом, защищенным чем-то наподобие доспеха.

— Нет шансов… — еще одно безразличное высказывание. — Тебе не победить… Во мне легион!

С этими словами он активировал свою ауру на полную, и по идее, она могла убить меня, если соприкоснется с телом. Но и я не пальцем деланный… Просто врубил свою… Душевную.

Теперь сражались не только мы, но и наши ауры. Но это мелочи… Меня еще окружали мертвые… Которые, не так были опасны, как больше мешали.

— Няша… Жги! — дал приказ я Фениксу, который только и ждал своего часа, и не расходовал силы.

Она летала сверху над боем, и изредка атаковала, но получив приказ, словно обрадовалась и обрушила свое пламя в полную силу. В итоге, вышло огненное кольцо, через которое все равно прет нежить, но сгорает, не проходя дальше.

— А теперь твоя очередь… Действуй, отважный самурай!

— Слушаюсь, господин! — пришел ментальный ответ от Одина.

В один момент в воздух взлетело несколько сотен мелких тварей, и полетели искать свои цели. Все это время он специально их призывал, держа вне боя.

— Как тебе такое поле битвы? Заставляет задуматься? Предатель Кодекса…

Он ничего не ответил, словно ему было все равно. Но я чувствовал, что не только мои силы тают, но и его. Слишком много своих существ он стал терять, а некроманты очень зависимы от своих миньонов.

Несколько раз я чуть не снес ему голову, и могу сказать, что фехтовальщик из него такой себе, но вот силы ему не занимать.

Проблематичный он противник, когда его подлавливаешь и отрубаешь руку, то он просто отращивает новую. Даже меч ему не нужен. Он призывает костяной.

Прошло примерно два часа, как мы с ним сцепились в схватке, и никто не мог продавить.

— Я могу так сражаться несколько столетий… А ты? — вдруг открыл он рот.

— Думаю, потяну… — кивнул ему с улыбкой. — Кстати, в какой момент ты решил предать Кодекс? Когда понял, что слишком слаб, и тебе захотелось быстрой силы?

Я видел, что он не дотягивает навыками и, ему было не так уж много лет, когда он предал нас и наши принципы.

— В тот момент, когда я убил своего учителя и забрал его душу, — пожал он плечами.

Он что, мою манеру перенимает?

— Слабый у тебя учитель был, — улыбаюсь. — Обычно таких дают слабым ученикам.

— Не слабый… Доверчивый.

Значит, он убил его в спину или заманив в ловушку.

Ладно… Реально так долго, как он, я не продержусь. Дома меня молодая жена ждет.

Запрыгиваю в сосредоточение душ и жадно загребаю энергию, а затем выпрыгивая оттуда, выпускаю волну во все стороны. Он закрывается куполом, а вот его армия начинает рассыпаться на части, и я вижу, как души улетают на перерождение.

— Сильная душа! — похвалил он меня. — Из тебя выйдет императорская нежить… Ты поведешь мои легионы дальше.

— А нехило ты так размечтался, — аж опешил я от такого. — Тебе губу не закатать?

Впрочем, это было бы сложно сделать. Его тело сейчас сухое и морщинистое от некроэнергии и, пожалуй, если провести такую манипуляцию, то я смогу его повредить.

— Не веришь?

— Не верю…

Хреново… Он явно провел долгое время в спячке, отчего был таким тормознутым, но сейчас становится бодрее, говорит больше и двигается быстрее.

Если он с каждым часом будет становиться сильнее, то… Фиг знает что… В любом случае, я убью его. По другому и быть не может.

Прошло еще два часа, и я уже реально запарился… Но могу отметить, что пока я его сдерживаю, то нежити почти не осталось. Один и Няша здорово их потрепали.

А Затупок сумел пробраться через огонь Феникса, и даже нассать на нашего противника. Правда, умер сразу… раз пятнадцать, но факт остается фактом. Самое обидное, что этот поступок вызвал больше эмоций, чем все, что я делал до этого.

— У тебя, как бы, армия закончилась, — сообщаю ему. — Что ты теперь будешь делать?

Сейчас уже птицы Одина помогают мне бороться с ним. Хотя, они много урона не наносят, но отвлекают.

— Армия? — зажглись серым его глаза. — Ты считаешь этот отряд армией? О, нет… Армию я тебе сейчас покажу.

Не знаю как, что бывает очень редко, но он стал творить странную магию, относящуюся к пространственной школе. В один момент открылось шесть огромных порталов, в нескольких километрах от нас. Оттуда стали выбегать просто толпы… Их невозможно сосчитать… И все мертвые… А с двух, вообще, вышло то, что особенно удивило меня. Два костяных замка на ножках, которые называли зикураты. Они вмещали в себя большое войско некромантов и имели специальные конструкты для заражения земли, чтобы поднять разом мертвые тела, которые лежат в земле, вселив в них проклятые души. Они двигались уверенной походкой на своих шести костяных ногах, и были похожи на странных пауков.

— Вижу, что ты уже понял, кто перед тобой, — а вот теперь я первый раз увидел настоящую эмоцию на его лице. Перед тобой не простой Охотник, который стал нежитью… Я ПОВЕЛИТЕЛЬ ШЕСТИ МИРОВ! — взревел он и выпустил… нет, не столб… Это был океан некроэнергии.

И тут я понял, в какую задницу попал! И не я один… Мой мир тоже!

Чем больше его подданных заходило в этот мир, тем сильнее он становился. Что очень хреново! Очень!

— А теперь скажи мне, Охотник! — стал медленно приближаться он ко мне. — Чего стоит твоя вера в Кодекс? Сколько лет ты отдал служению? Десять? Двадцать? А может все тридцать? Дошел до ветерана? Имел личных зверей? Все это стоило того, что есть сейчас у тебя? Не думаю… — покачал головой. — Вот она сила, которая не знает границ! Ведь она… необъятная, а не то, что жалкий Кодекс Охотника…

Я хренею… Нарвался на повелителя, которому несколько тысяч лет. Предатель учит меня жить. Это, вообще, нормально? Нет!

А еще, кажется, он добился своего. Я стал злиться.

— Сила⁈ — перешел я на повышенные тона, видя, как его армия движется к выходу из Разлома. — Думаешь, ты познал настоящую силу? А вот я так не думаю… Но, пожалуй, я тебе покажу, как сражаются великие Охотники, пусть и после перерождения.

Ой, а чего это мы так глаза выпучили? Куда делась маска безразличия?

— Занятно! Значит… перерождение существует, — хмыкнул он. — А еще досадно, что оно никакое не блаженство. Лишь унижение… — это он намекнул, что вся моя сила пропала, и приходится начинать с нуля. — Пожалуй, я не стану тянуть… и пока сдерживаю тебя, захвачу твою планету. Скажи, там есть те, кто тебе дорог? Хочешь, я оставлю их для тебя живыми? Взамен за службу? Люблю живые игрушки, хотя они и недолговечны.

Все… Доигрался ты, дружочек! Не стоило говорить про дорогих мне людей… И рабство.

— Хана тебе! Возможно, и мне, но это неточно! —